Страница 42 из 42
Собравшиеся вокруг в ужасе смотрели на нас, опасаясь приблизиться. В самом деле, не каждый день такое увидишь: настоящие разборки наследников случались редко. Обычно отношения выяснились незначительными стычками, не доходивших до крови. А тут я чуть не загрыз своего противника, но он сам на то напросился. Такие оскорбления нельзя оставлять безнаказанными, тем более, когда знаешь, кто их нанес. Ранения на шее в драках действительно наносились только по серьезным причинам.
В коридоре появился еще один наследник с нашего курса - Торден, вернувшийся в общежитие, и живший с Максом на одном этаже. Он ошеломленно уставился на развернувшуюся баталию в коридоре, пытаясь понять, что произошло.
- Вы что тут устроили? Совсем рехнулись? – спросил он, подходя ко мне и Максу, обводя взглядом кровавую картину.
- Хочешь присоединиться? – вызывающе рыкнул я, раздраженный боем.
- Я не настолько сумасшедший, как вы, - равнодушно ответил Торден. – Хоть поубивайте друг друга.
При этом бросил на меня презрительный взгляд, хотя и на Макса он смотрел не с большим уважением и даже без сочувствия.
- Ну, вот и не лезь, - прорычал я.
Торден недовольно хмыкнул и, обойдя нас, направился к своей комнате. Еще раз взглянув на Макса, я тоже пошел прочь, возвращаясь на свой этаж. Иллар и Норт поспешили за мной, проводимые осуждающими взглядами обитателей общаги.
- Может, объяснишь, что это было? – требовательно спросил Норт, поднимаясь вслед за мной по лестнице.
- Долго объяснять, - отмахнулся я.
Я взглянул на укушенную руку: кровь прекратила сочиться, и чувствовалось, как рана начала заживляться.
- Но мы согласны послушать, - возразил Иллар, настаивая на объяснениях. – Мы никуда не спешим.
Но я не удостоил его ответом, а только прибавил шагу, идя в комнату. Я начинал отходить от вспышки гнева и хотелось побыстрее отмыться от крови, а то чувствовал себя каким-то монстром. Подумать не мог, что такое когда-нибудь сделаю. Войдя, сразу направился в ванную. Опираясь руками на умывальник, взглянул в зеркало и испугался сам себя: глаза горят диким зеленым огнём, нижняя половина лица в крови, как у вампира после кровавого пиршества, дыхание все еще тяжёлое, хочется рычать и скалиться – потревоженная звериная ярость не угасла. Не верилось, что это мое отражение в зеркале. Наверное, я буду сниться сам себе в кошмарах.
Налюбовавшись своим ужасающим видом, стал яро отмываться от всего этого. Снял безвозвратно испорченную рубашку и выкинул в мусор, футболку швырнул в корзину для белья. Обмыв руку, осмотрел: на ней красовались по две глубокие рваные полосы сверху и снизу от зубов Макса. Но раны уже стянулись и начали заживать, так что можно за них не переживать.
Сейчас мне уже казалось, что я действовал слишком резко и агрессивно. Но как же по-другому пресечь все эти оскорбления? Эта пародия на волка ничего другого, кроме силы, не признает. Рано или поздно подобное должно было произойти. Но надеюсь, теперь он угомонится и больше не посмеет задирать меня.
Задумавшись, я понял, что так буду действовать всегда в случаях посягательств на мою семью и честь. Пытаясь игнорировать агрессию в свою сторону, я шел против своей сущности, против себя. Такова природа наследников, а в будущем и глав стай - защищать то, что дороже всего в жизни, пресекать любые покушения на стаю и благополучие ее членов. Стало как-то не по себе. Я практически был готов убить его. Хладнокровно расправитесь без сожалений. Неужели таковой и есть наша природа волков, или это только у наследников так? Набираясь жизненного опыта, нам еще предстояло осознать свое истинное предназначение в этой жизни, сполна постигнуть, на что мы способны, на что готовы идти ради достижения наших целей, чем готовы жертвовать и за что готовы бороться.
Никто с абсолютной уверенностью не мог сказать, стану я главой стаи или нет, но сейчас другого выбора у меня не было. И я должен быть готов к такой участи: действовать жестко и решительно, не теряя время на сомнения, повиноваться зову своих инстинктов, иначе проиграю. Так же, как и в своё время мой отец. Однако ему было куда легче – никто ни на минуту не усомнился в его праве на это. Меня тоже с рождения подготавливали к этому, но с момента, когда все стали травить и сомневаться во мне, всё стало выглядеть несколько иначе, больше напоминая борьбу за выживание.
Вдруг захотелось вымыться полностью, словно это помогло бы избавиться от жестокой реальности. Отойдя от горячки драки, я ощутил тот букет чужих запахов, что охватывал меня: кровь, запах Макса, битый бетон и другие. Простое умывание от них не избавит.
Обычно волки стараются избегать лишнего соприкосновения между собой, чтобы не цеплять на себя чужих запахов. Даже не принято здороваться за руку, как у людей. Исключение составляли члены семьи. А мы во время драки не раз касались друг друга, пустив кровь. И если опять же сравнивать с цветами, то чувствовал себя, словно вымазанный черной вонючей краской.
Раздевшись, я забрался в душ, чтобы избавиться от этого раздражающего фактора. При моем появлении из ванной парни настороженно уставились на меня.
- Может, все же поделишься, что произошло между вами? – отважился спросить Иллар.
Конец ознакомительного фрагмента.
Полную версию книги можно приобрести на сайте Литнет.