Страница 62 из 154
После занятий Стефанио сидел в своей комнате и ждал Роберто. Вдруг дверь распахнулась, и без стука вбежал Маркантонио Франкотти.
— Филин умирает! — сходу выпалил он.
— Что?!
— Пошли скорее, он в нашем госпитале!
Стефанио отбросил книги и кинулся вслед за Маркантонио.
— Его нашли во дворе, — на ходу объяснял тот. — Никаких ранений, но без чувств. Больше ничего не знаю.
За несколько минут они добежали до госпиталя, который располагался в западном крыле университета. У комнаты, где лежал Бантини, столпились студенты.
— Говорят, скоро кончится.
— Да нет, агония еще не началась.
— Что же с ним случилось?
— Вроде конвульсии...
— Бедняга Филин!
Стефанио рванул дверь на себя. На одной из коек лежал бледный, с яркими пятнами на щеках, Роберто; вокруг столпилось несколько преподавателей. Доктор, сидя на кровати больного, осматривал его. Стефанио встал рядом и внимательно следил за его действиями.
Наконец тот встал и развел руками:
— Не понимаю. Лихорадка, затрудненное дыхание, учащенный пульс, конвульсии. Причина неясна.
Роберто вскрикнул, его голова дернулась в сторону. И Стефанио, приглядевшись, вдруг увидел возле уха красное пятнышко, вокруг которого алела яркая окружность. Перед его мысленным взором встала картинка из арабской книги «Канон врачебной науки», которую он когда-то изучал в Алжире.
«Ну, конечно! И симптомы сходятся. Но нужно торопиться, если эту гадость не удалить, Роберто долго не проживет».
Стефанио решительно отодвинул доктора и склонился над другом, внимательно разглядывая красное пятно. Но того, что ожидал, не увидел. Выпрямившись, он приказал:
— Принесите оптическое стекло. Быстрее!
Иезуиты переглянулись. Видимо, что-то в лице Стефанио сказало им, что в данной ситуации он командует неспроста. Один из педагогов молча вышел и через пару минут вернулся с увеличительным стеклом.
Осмотрев пораженный участок кожи, Стефанио без труда заметил то, что искал — в центре пятна виднелась маленькая черная точка. Он удовлетворенно кивнул и принялся раздевать больного, внимательно проверяя шею, грудь, живот, пах. В результате он обнаружил еще два красных пятнышка, окаймленных алой полосой.
— Нужен пинцет и масло оливы, — не отводя глаз от пациента, сказал Стефанио.
Никто не пошевельнулся. Он оглядел иезуитов и внушительно добавил:
— Пожалуйста.
Получив и то, и другое, он тщательно намазал поврежденные участки маслом и принялся ждать. Вскоре черные точки в центре пятен стали увеличиваться, и на их месте над кожей появились маленькие темные бугорки. Стефанио осторожно подцепил их пинцетом и повернулся к топтавшимся рядом педагогам:
— Вот и все.
Те недоверчиво переглянулись, и один из них с иронией уточнил:
— Он вылечился?
— Практически да. Это ядовитые пустынные клещи, поражающие организм, пока у них есть доступ к крови. Если их вовремя удалить, больной быстро выздоравливает. Я смазал кожу маслом и тем самым перекрыл им доступ воздуха. Поэтому они вылезли на поверхность, откуда их легко вытащить пинцетом. Жар и конвульсии скоро кончатся, и Филин придет в себя, вот увидите. Ума не приложу, где он умудрился их подцепить...
Сказав это, он спокойно вышел, оставив иезуитов стоять с открытыми ртами.
Этот случай наделал много шума в университете, приведя в студентов в восхищение, а Андреа Кальво — в еще большую ярость. А учителя тихонько говорили между собой:
— Похоже, Господь заботится, чтобы у ордена и в будущем был способный генерал.
Стефанио по-прежнему выделялся отменными знаниями. После спасения Роберто он объявил наставнику, что намерен изучать восточную медицину для лучшего ухода за больными в богадельнях и госпиталях. С этой целью он накупил множество книг и регулярно запирался с ними в своей комнате. Бернардо Вилларди не уставал поражаться трудолюбию молодого человека.
На самом деле Стефанио это ничего не стоило: он просто использовал знания, полученные в прошлом. Конечно, он полистал некоторые фолианты и даже нашел кое-что новое для себя, но это было лишь небольшое дополнение к уже имеющемуся опыту.