Страница 28 из 33
- Представляешь, у Аньки на компе есть «Need for speed: hot pursit 2»! – разорался Тема, пока рыжий разувался и вешал верхнюю одежду в шкаф. – Я в него лет десять, наверное, не играл. Такая древность древняя! Анечка, ты ведь его скинешь, правда?
- Конечно, - улыбнулась соседка. И вновь в ее глазах скользнула какая-то странная тень.
- Тема у нас помешан на гонялках. Удивляюсь, как он до сих пор себе машину не купил. – Глеб схватил сумку и с усилием понес ее на кухню, разбирать. Ребята двумя хвостиками поспешили за ним.
- Ничего, у меня все впереди! Отец сказал, что если я закончу институт с красным дипломом, то он разорится на какой-нибудь приличный внедорожник, - похвастал Артем.
- Учти, я в твою машину ни за какие коврижки не сяду! – пошутил рыжий.
Приятель в ответ только фыркнул. Мол, не больно-то мне и хотелось всяких противных Глебов катать.
- Давай я помогу.
Стоящая до сих пор в проеме Аня подошла, протягивая руки к сумке. Парень бросил на соседку растерянный взгляд, но отказываться не стал.
- Знаешь, я, пожалуй, тоже воздержусь от поездок с таким водителем, - шепотом добавила она. – Он гоняет, как сумасшедший. И еще говорит, что тормоза придумали трусы.
Глеб помимо воли тихонько засмеялся. Да уж, Тема был таким во всем. Слегка чокнутым фанатиком. Любое дело он превращал в миссию всей своей жизни, будь то подготовка к экзаменам или организация очередной попойки. Артем отдавал всего себя друзьям и знакомым, поэтому-то его и сделали старостой группы, несмотря на частые прогулы и вопиющее презрение к университетским правилам. Рыжий почти четыре года наблюдал за другом, каждый раз удивляясь тому, как этому раздолбаю удается так легко выбивать для своих студентов лучшие дни сдачи экзаменов, билеты на каток и в бассейн и прочие «плюшки».
Но самой большой страстью Артема были гонки. Он научился водить едва ли не в четырнадцать лет, но свою тачку так и не завел. Причин тому было множество. То родители запрещали (а они были единственными людьми во Вселенной, которых Артем слушался), то элементарно не хватало денег, а то и времени на обязательные занятия в автошколе. Однако, зная натуру Темки, Глеб мог с уверенностью сказать: это все пустые отмазки. Главная причина заключалась в том, что друг пока не нашел ту единственную машину, на которой был хотел проехать не одну сотню километров. Ведь не зря же тот порой выдавал: «Машина - не девушка. Ее надо выбирать тщательно».
Зато по компьютерным симуляторам Тема был экспертом. Он проводил порой все ночи напролет, проходя очередной чемпионат или гонку на выбывание. Друг смотрел все состязания «Формулы 1», знал характеристики всех новинок автопрома и мог бы, наверное, без труда стать лучшим продавцом в автосалоне.
- О, вареньице! – Тема прямо из рук Глеба вырвал заветную баночку. – Эх, была бы у меня такая бабушка…
- …я бы не женился, - сострил рыжий. – Повесь, где взял! А лучше в холодильник запихни. И, вообще, займись чем-нибудь. Кто про обед говорил? Под ногами только мешаешься.
- Ой, ой, а чего это мы раскомандовались?! - Состроил гримасу Тема, но варенье на место засунул. – Анька, кстати, отлично водит. До меня ей, конечно, далеко, но потенциал виден. С какой игрушки начинала?
- Да все с той же «Горячей погони», только с первой части. Так что гоняю уже почти десять лет. Да, как раз с октября две тысячи второго.
- Ого, какая точность, надо же! Признайся, ты – дальняя родственница Супермена, обладающая нечеловеческой памятью, правда? – заговорщически приобнял девушку Артем.
- Да нет. Просто как раз тогда мне первый компьютер купили. Ну, и сразу установили эту игру. Вот я и запомнила, - отчего-то потупилась Анна, отодвигаясь от приятеля.
И это не ускользнуло от внимания Глеба. Он в который раз убедился: с девушкой что-то не так. Словно у нее некое подобие раздвоения личности. Анна вела себя сдержанно, робко, постоянно зажималась. А потом вдруг выдавала очередную тираду на грани исповеди. Словно забывалась, выходила из роли забитой девочки, вылезала из своей скорлупы. И эта «внутренняя» Анна нравилась рыжему гораздо больше, хотя порой и ставила его в тупик.
- А почему ты к Кате не пошла? – спросил Глеб.
Он предпочитал в разговорах бить в лоб, а не ходить вокруг да около. Особенно в разговорах с соседкой. Словно проверял ее скорлупу на прочность, и одновременно защищаясь от разъедающих его самого сомнений: а не лучше ли, вообще, замолчать? Рыжий по-прежнему чувствовал себя уязвимым рядом с Аней. Но после их последней встречи в нем что-то отозвалось, зазвучало камертоном в ответ на прикосновение ее боли.
- Мы с ней поругались… - тихо пробормотала Аня.
- Я думал, вы с Катей как сестры, - в свою очередь удивился Тема.
- Даже близкие родственники порой не могут найти взаимопонимания.
От этих слов соседки Глеб едва не уронил тарелку с котлетами. В который раз Аня невольно задевала его очередной фразой. И камертон в груди начинал колебаться быстрее.
Человеческие разговоры – эта та же игра на инструменте. Слова дергают невидимые струны, порождая звук: воспоминание, чувство, случайно возникающую картину из собственного опыта. Любое из них может ранить, развеселить, сделать самым счастливым на земле. Бывало ли с вами такое: вы вдруг замечаете мечтательную улыбку на лице собеседника или морщинку между бровей? А на вопрос: «Что с тобой?» - получаете неизменный ответ, что это так, чепуха, не обращай внимания. А в голове собеседника в это время проносятся бури, пылают огненные смерчи или льется дождь из непролитых слез.