Страница 84 из 142
“Здравствуй, родина” – думала Соня, спрыгивая на перрон после полной остановки поезда. Вежливый парень, с которым она познакомилась в купе, помог ей спустить вещи. Ее скромные пожитки вместились в одну, небольшую сумку. Больше художница брать с собой не хотела. Не видела смысла.
Аромат родного города заполнил ноздри девушки, и она готова была разрыдаться. Воспоминания недавних событий стремительно накатили. Сколько нужно времени человеку, чтобы понять другого? К примеру, обычной женщине – обычного мужчину?
Становиться грустно и тоскливо на душе….Ведь порой нам нужна целая жизнь, чтобы узнать об особых предпочтениях и вкусах, о симпатиях и антипатиях, о тайных желаниях и совсем обычных стремлениях близкого человека.
Как в парфюмерном магазине. Мы знаем, что нашему избраннику нравятся нотки мускатного ореха и бергамота. Смотрим на весь парфюмерный ряд и теряемся. Ведь ароматов, с такими нотами, много. Слишком много. Возникают сомнения и переживания, когда определяемся и останавливаемся на каком-то конкретном пузырьке. Задумываемся, а стоит ли наш избранник тех душевных терзаний, которые мы переживаем.
Ведь ничто не вечно. Вкусы меняются вместе с нами. Но как глубоко человеческое заблуждение, полагающее, что мы способны понять душу другого человека. Мы ведь периодически и сами сходим с ума, разрываясь между платьями одинакового цвета, но разными по фасону. Мороженное в брикете или в рожке? Алые розы или полевые васильки? Как такое возможно? Да пожалуй, и нет в этом ничего удивительного – такова человеческая натура, всегда искать диссонанс всюду или создавать самим.
Первые минуты после насилия стерлись с ее памяти. Осталось ощущение только громкого биения сердца, которое отдавало во всем теле. Шум заполнил собой все пространство, а кровь отдавала в висках так, что девушке показалось – она вот-вот оглохнет. Дрожь выматывала ее тело, то и дело накатывая унижающими волнами, от кончика рук до кончиков ног.
Она задушила в себе рыдания, так и рвущиеся наружу. Отключила разрывающееся от боли сердце, и включила скрытые резервы, о которых ранее и не догадывалась. В памяти всплыло лицо мужчины и того, как осознание происходящего дошло до его воспаленного мозга. И больше не могла смотреть ему в глаза. Ей было стыдно и противно. Соня слышала, как он допил бутылку коньяка, в несколько глотков. Холод кухонного кафеля проник в нее, и девушке показалось, что она умерла. Но боль в теле яснее ясного кричала – она жива. Как завороженная, удерживала обрывки некогда восхитительного наряда. Он ушел, оставив ее одну. Попользовался и выбросил, точно презерватив какой-то.
Истерично хихикнув, девушка прошла в спальню и быстро переоделась. В душ она сходит потом, все равно уже поздно. Сейчас самое главное уйти от человека, растоптавшего ее. И почему? От обычной глупости и недопонимания.
Зачем он так с ней? Зачем?
Точно в тумане, выскользнула из его дома. Обернулась в какой-то миг, чтобы навсегда проститься. В окне нужной квартиры горел тусклый свет, и одинокая фигура мелькнула за занавеской. Он следил за ней. Соня вздрогнула от отвращения и рванула прочь. Ей казалось, она даже сейчас ощущает его грубые руки и жадные объятия, тяжелое дыхание и то, как он ее ломает. Как трещит каждая ее частичка, каждая эмоция. Каждое чувство хрупкой души и как слезы превращаются в хрусталь, раз за разом разбивающиеся о его силу и жажду обладания.
“Как же я скучала по тебе, Одесса.” – думала художница, пытаясь обрести нормальную возможность дышать. Ее тяжелые размышления были прерваны снующими пассажирами. Приезжающие или уезжающие, все выглядели суетливыми и встревоженными. На их фоне, Соня выделялась, как алая капля крови на белоснежном снегу. Порыв весеннего ветра принес с собой еле ощутимый аромат моря.
“Скорее бы увидеть море.” – продолжала размышлять она, печально улыбаясь. Все пройдет и забудется. Заживут раны, нанесенные тем, кого сумела полюбить. Она снова отстроит свой мир. Возведет и стены, которые сумел сокрушить Ворон своей заботой и вниманием.
Пробираясь к выходу с вокзала, пытливо осматривалась. Соня смутно помнила город, в котором родилась и была счастлива в детстве. Город, в котором были родные и близкие люди, любившие ее просто так. Потому, что она есть в этом мире. Люди, дарившие счастье и любовь ей. Девушка прошла через парк, к трамвайным путям, и прыгнула в первый мимо проезжающий трамвайчик под номером 10. Веселые одесситы. Всегда задумчивые. Всегда необычные, окружали ее. Соня почувствовала привкус соли на губах. Опять плачет.
Слезы.. Как часто она стала плакать, встретив на своем жизненном пути мужчину, лишившего ее покоя. Как больно. Как горько. Хотелось рыдать навзрыд, выпустить из себя всю ту боль, душащую ее. Натянув очки, чтобы никто не видел ее слез, девушка продолжала ехать. А куда? И сама не знала.
Денег, вырученных за заложенное в ломбарде колье, хватило на оплату комнаты в Киеве, и на поездку в Одессу. Она без зазрения совести сдала его. Пусть и ругала себя не единожды после. Боль в теле несоизмерима с болью в сердце, которую ей нанесли. И она вновь бежала. На этот раз от боли и предательства. Может ли любящая женщина вынести насилие, чтобы сохранить иллюзию счастья и любви? Она думала, что сможет сделать все для Ворона. Димой, а тем более Митей – она больше не смела его называть. Набросившийся на нее точно дикий зверь, безумец ни в чем не хотел разбираться. На придумал себе что-то, и… Покалечил душу….