Страница 73 из 142
Зал сиял. Мерцал блеском натертого паркета, изысканными нарядами присутствующих дам и слащавыми улыбками мужчин. Вспышки фотоаппаратов то и дело озарявшие присутствующую публику, добавляли некой фешенебельности происходящему. Правящая элита или, как еще говорят, сливки общества отдыхали. Дамы демонстрировали новые дорогие наряды и украшения, а мужчины – новых дам. Некий театр абсурда.
Переливчатый блеск пузырьков шампанского в бокалах и приглушенный свет шикарных, хрустальных люстр создавали особое настроение. Можно было представить, что это бал-маскарад, где каждый носил ту маску, которая выпала ему по жребию. Дурак или плут, королева или король, придворная фрейлина или служанка. В воздухе витал праздник.
Прошел месяц.
Соня смотрела на окружающий ее блеск светского общества, и недоумевала. Как она оказалась втянутая в эту авантюру. Еще два часа назад, она таяла в объятиях Ворона, страстно отвечала на его ласки, а сейчас пробовала дорогущее шампанское, и практически не чувствовала его вкус. Все казалось ей таким искусственным и фальшивым. Улыбки, фразы, даже музыка, струящаяся из динамиков. Абсолютно все.
Она никогда не была на приемах такого рода, и ощущала себя не в своей тарелке. Еще и наряд, который ей выбрал Дима, вызывал неприятные эмоции. Раздражало все – начиная от пафоса речей мужчин и женщин, и заканчивая вычурностью их нарядов.
Ее платье было таким же. “Шикарное”, - как окрестила бы его Эля. “Сексапильное”, – сказала бы Лисичка. “Невероятное”, – подтвердила бы Аннушка. Ее подружки не знали, как изменилась их тихая, молчаливая художница за последний месяц. Каждый был занят своими делами, и иногда лишь отвечая на звонки мушкетерш, она испытывала стыд. И все потому, что не говорила о мужчине, ставшим центром ее мира. О событиях, которые произошли с ней. Она была не готова кому бы то ни было признаться, что все изменилось.
Что такое месяц? Это 31 день жизни. Прожитой, наполненной эмоциями и случайностями. Это 744 часа, когда сомнения, страх и переживания захватывают твое сознание и подсознание в цепи. Оковы не способные позволять здраво мыслить. Она бросилась в неизведанный омут, и сейчас пребывала в ступоре от совершенного. Потому то, и не призналась подружкам. Она все еще сомневалась. В Вороне. В их отношениях. Во всем.
Синий атлас, покрытый легким, полупрозрачным шифоном открывал грудь в великолепном вырезе. Расшитый кружевными узорами, подчеркивал тонкую талию и округлые бедра девушки. Изрядно похудевшая за последний месяц, она продолжала комплексовать из-за своей непропорциональной внешности. Спина Сони была полностью обнажена, вплоть до ямочек у основания округлых ягодиц. Длинное, ниспадающее к полу, оно привлекало внимание публики. Волосы ее были искусно завиты и уложены в шикарную, вечернюю прическу. Декольте украшало колье из сапфиров и бриллиантов, подаренное Вороном накануне.
В общем, их отношения за этот месяц, перешли на новый уровень. Теперь убить мужчину хотела именно Соня. Он ломал ее, как не единожды заявляла художница, в пылу новой перепалки. Глоток алкоголя, взбудоражил воспоминания.
….Спустя сутки после произошедшего на кладбище, Ворон пришел к ней с букетом тюльпанов. Еще и с приглашением в кино, которое она тут же отвергла. Мужчина на этом не остановился. Потащил ее на каток, где Соня умудрилась подвернуть ногу. Чертыхаясь и браня нерадивого ухажера, очутилась в его квартире. Ночь они провели вместе. А на утро, девушка опять бросила любовника, и уехала к себе. Переодевшись, направилась на работу, где ее уже ждал разгневанный Ворон. Вдоволь поругавшись, они разошлись по этажам, а вечером – вновь пошли гулять. Стоило отметить, что мужчина действительно заботился о Соне, ухаживал. Одаривал ее вниманием и заботой. Пытался преподносить дорогие подарки, но художница их всегда возвращала. Так же, она отказывала Ворону и в переезде в его квартиру. Уже не единожды. Не готова Соня к столь важному и ответственному шагу. Пока. Вика, заметив столь сильную перемену в их отношениях, ликовала и радовалась за друзей. Оба были достояны счастья. Главное, чтобы умудрились все не разрушить.
И понеслись. Дни напролет сменялись днями. Периодические совместные завтраки, легкие хлопоты, работа, регулярные беседы за ужином, и ночи. Ночи их были наполнены близостью. Пылкой и пьянящей. Каждый раз разной. Иногда - жадной и тягучей, словно мед. Иногда – страстной и безумной, точно ураган. В них не было времени для разговоров и периодических пререканий. В них была страсть. Соня понимала, что их с Димой отношения, это нечто из ряда вон выходящее. Она закончила расписывать холл, и так совпало, что подошел юбилей компании.
Как сейчас, помнила девушка вечер, когда Ворон попросил ее составить ему компанию.
- Соня, - позвал он ее, поставив варить кофе. – Мне нужна твоя помощь…
- Бегу, - ответила девушка, выбегая из ванной. Она закончила принимать душ. Укутавшись в теплое, банное полотенце, спешила к мужчине. Мокрые пряди ее волос, облепили лицо и шею, делая художницу более юной и целомудренной. Еще недавно, они занимались любовью. С этим у пары проблем не было. Стоило посмотреть или коснуться им друг друга, как оба уже горели в обоюдной, пылкой страсти.
- Что случилось? – переспросила она, осматривая Ворона. Удостоверившись, что он цел, удивлённо вскинула бровь.
- Присядь, пожалуйста. – предложил он, указывая на стул рядом. Чашка ароматного, дымящегося кофе возникла перед ней. Вдохнув его терпкий аромат, настороженно посмотрела на любовника. - Ты знаешь, в моей компании скоро будет большое празднование. Юбилей. – тем временем, продолжил он, не разрывая зрительный контакт с девушкой. - От меня ждут появления с дамой, и я прошу тебя ею стать. Соня замерла, недоумевающе уставившись на мужчину.