Страница 130 из 142
- Ты достойна большего.
Эти слова, эхом звучали в голове художницы, пока она поднималась в свою комнату. Вежливый Зафир помог ей донести увесистые букеты с подарками, и сразу же удалился. День рождение и день выставки можно было считать завершенным.
Закрыв дверь, Соня тяжело сбросила туфли лодочки на высоком каблуке. Пусть они и были красивым, ходить на них было то еще удовольствие. Следом сняла она и великолепный наряд. Украшения также были положены на стол. Из глубин шкафа выудила Соня небольшое полотенце и устало опустилась на диван.
Вдох-выдох. Вдох-выдох. Вдох-выдох.
Грудь нещадно давила, словно огромный ком в ней рос и увеличивался в размерах. Смахнув выступившие слезы, она поднялась и подошла к цветам. Жаль было ей такую красоту. Достав вазу из шкафа, художница набрала воды и опустила в нее розы. Нежные, они так благоухали, что ее душа трепетно замирала.
Опустив голову, художница закрыла лицо руками и заплакала. В ней бушевал целый вихрь эмоций, но сильнее всего ощущалось отчаяние и раскаяние. Большего эгоиста она и вовсе не встречала в жизни. Как можно быть таким наглым, самоуверенным?
…Я прошу тебя, Соня Малиновская, позволь мне доказать тебе, что я тебя люблю. Искренне. Откровенно. Окажи мне честь, любимая моя, стань моей женой. Будь моей суженой, моей половинкой…
Любит? Он? А что если она ошиблась? Если бы она согласилась на предложение Ворона, то изменила бы себе? Или была бы сейчас с любимым? Что с ней и вовсе происходит? Она просто сошла с ума, диагноз верный. Пребывая постоянно в стрессах и переживаниях, художница не могла здраво мыслить.
Поднявшись, она подошла к пакетам с подарками. Новые кисти. Дорогие, из натуральных компонентов – мечта каждого уважающего себя художника. Набор масляных красок. Духи, которые она когда-то любила, но давно уже не могла себе позволить купить. И …бутылка шампанского. Что ж, и сразу стало понятным, кто из подружек, что подарил.
Скептически посмотрев на бутылку, девушка пожала плечами. Слезы постепенно иссякли, а в голову ей пришла бредовая идея напиться. Она особо не страдала алкоголизмом, но сейчас хотела заглушить в себе те переживания, и то ноющее ощущение в груди.
Откупорив бутылку с характерным хлопком, Соня потянулась за стаканом и налила шипучую жидкость. Играющее, искристое – это было то, что ей нужно. Художница подошла к окну, и распахнула его. Свежий воздух рванул в комнату, наполняя ее ароматами лета. К нему добавился аромат благоухающих роз, и конечно же, задорного напитка.
Сделав глоток, потом еще один. И еще один. Она смотрела в глубину ночи и думала, поступила ли правильно. Для понимания ситуации, нужно было бы все тщательно взвесить. Разложить по полочкам.
…..Ворон признался ей в любви. И даже не один раз. Это ведь плюс.
Она его любит, чтобы не говорила. Тоже плюс.
Соня ему не доверяет – это минус.
И он уже однажды сделал ей больно. Тот же минус.
Но он обещает ей доказать свою любовь. – Еще один плюс? Возможно. Так, плюс с минусом.
Ворон купил для нее галерею. И что? Это тоже плюс? Может и нет?
Он помог ей с заказом раньше, и заботился о ней, до той злополучной ночи. – Плюс.
Он ее ревнует ко всем, значит любит? Плюс с минусом.
Что она теряет, если согласится? В целом, он хуже уже не сможет сделать. Да и плюсов больше, чем минусов…..
Казалось, что голова ее сейчас взорвется от обилия мыслей. Алкоголь постепенно разгорячил кровь. Придерживая полотенце руками, она начала кружится по комнате. Легкая невесомость пришла на замену тяжелым думам. Осушив первый стакан, она рванула в душ. Для полного расслабления, ей хотелось почувствовать теплые струи воды на своем теле.
Спустя несколько минут, Малиновская вернулась в комнату, и вновь приступила к бокалу с шипучим напитком. Голова ее немного кружилась. Третий бокал шампанского за вечер – пожалуй, можно и еще. В конце концов, ей было, что сегодня праздновать.
- И что мне с тобой делать, Митька? – спрашивала у пустоты девушка, опускаясь посреди комнаты, и обхватив себя руками. На глаза ей упала папка с набросками, что девушка сделала в Одессе. Только в этой папке были именно рисунки Ворона, аккуратно сложенные. Бережно и с любовью, как и все воспоминания.
Достав из глубин комнаты и его портреты исполненный масляной живописью. Разместив у стены, она окружила себя маленькими и большими миниатюрами, этюдами и полноценными картинами Димы, и почувствовала, как крупная дрожь начала бить ее. И это несмотря на то, что в комнате было тепло.
- Как мне быть, Дима? Как признаться, что я трусиха? Просто боюсь…Себя и своих чувств…
Трель мобильного разрезала сгущающий мрак, что постепенно окутывал ее. Не посмотрев даже кто звонит, Соня устало ответила на вызов.
- Слушаю.
- Пожалуйста, не клади трубку. – вместо обычного приветствия, услышала девушка тихий, знакомый до боли голос.