Страница 113 из 142
- Есть в нашей жизни поступки, за которые мало просто попросить прощение.
Деликатное покашливание заставило увлеченных собеседников обернуться. На пороге стоял Профессор, вежливо улыбаясь. Соня даже не услышала звук открывающейся двери, настолько была увлечена. В этом и был корень ее проблемы. Она слишком любила этого мужчину. Слишком растворялась вновь, позабыв порой об остальном мире и его связующих звеньях.
Слышал ли он их разговор, или нет, для Сони не имело значение. В конкретную минуту разговора, девушка мечтала о том, чтобы собеседник поскорее убрался из ее дома, как и гость. Она хотела, чтобы все оставили ее в покое. Хотелось забраться под плотный плед, укрыться им и забыть все, что угнетало душу. Все было абсолютно безразличным. Прикрыв глаза, она медленно вдохнула и выдохнула.
- Проходите, Профессор. – спустя мгновение выдавила из себя Соня, отворачиваясь от Ворона. – Вы быстро добрались.
- Да, утро субботы радует отсутствием пробок.- прокомментировал мужчина, переводя взгляд с девушки на мужчину, стоявшего рядом. – Я вам не помешал?
- Нет, что вы. Дмитрий Константинович уже уходит. А пока Вы можете посмотреть мои последние работы.
Переключив внимание Профессора на картины, Соня обернулась на ожидавшего Ворона. Он явно не спешил уходить и взгляд его опалял так, что девушка задумалась: “А почему она еще не само воспалилась на месте?“
Существует же фраза: “Испепелять глазами”. Она очень красноречиво подходила к этому мужчине. Конкретно этому мужчине, который сейчас сложил руки на груди и продолжал смотреть. Внизу живота неожиданно приятно заныло. Грудь налилась небывалой тяжестью и неким особым томлением, которое возникало лишь возле Ворона. Еле слышный не то вздох, не то всхлип вырвался из ее легких. Соня попыталась скрыть реакцию тела, и посмотрела на мужчину. В его глазах мелькнуло понимание того, что сейчас происходит с девушкой, и тут же укрылось за радушной усмешкой. “Он еще и насмехается над ней, козел!” – распалялась сильнее художница, сжимая ладони в кулаки.
Схватив девушку за руку, он рванул ее на себя. Соня испуганно обернулась на учителя, но тот со скрупулёзностью изучал мазки на холстах, игнорируя молодых людей. Ворон прикрыл Малиновскую своей спиной и провел костяшками пальцев по ее скуле.
- Я буду молить о прощение до тех пор, пока ты меня окончательно не простишь. И я буду делать все, чтобы ты вновь мне доверилась, любимая. – голос его немного дрожит выдавая глубину чувств, и дальше она слышит: - Пусть для этого и понадобиться целая жизнь.
В следующий миг, дверь за ним закрылась, а Соня все продолжала стоять и смотреть в одну точку. Ей вдруг стало горько и обидно. Стоны боли, как и громкие рыдания готовы были сорваться с ее губ, еще хранивших следы страстных поцелуев. Девушка чувствовала себя растерянной и разбитой. Ворон все так же был уверен в своей непоколебимости. Все так же не раскаивается в содеянном ранее. И почему именно его она полюбила? Что на небесах не нашли более достойного кандидата? Чего только стоят его слова, брошенные напоследок? Он считал, что раз уж она его любит, значит - дает зеленый свет. Еще значит, что она принадлежит ему. Уже.
“Стоп! Хватит! Она больше не будет марионеткой в руках заигравшихся кукловодов!”
Она сильная и сможет справиться со всеми своими эмоциями. Она будет уверенно, непреклонной и заявит о себе, уже в скором будущем, как о сильной женщине.
А тем временем забытый Профессор медленно скользил от одного полотна к другому, о чем-то размышляя. Он ничего не сказал об увиденной сцене, но художница понимала – старик найдет к чему придраться в момент, когда она не будет к этому готова. В момент, когда она позволит себе расслабиться. В этом, он был очень схож с Вороном. Такой же гадкий и подлый.
Стараясь занять дрожащие руки чем-то, она подошла к столу и включила чайник. Пока тот тихо закипал, девушка достала чашки и приготовила сахар. Небольшая передышка перед очередным сражением. Ей нужно отдохнуть от всех. Переключиться. Опять уехать в Одессу? Так у нее не было денег. Можно было бы попросить у Амира, он бы не отказал. Но девушка такого бы себе не позволила. А что если бы ей продать картины? Тем более, что Профессор возьмет какие-то картины на выставку…Возможно, их кто-то купит. А если нет? У Аннушки что-то случилось…Возможно ей нужны деньги, или Эльке, а она тут опять сбежать собралась…Но что тогда сделать с этим нескончаемым потоком мыслей, которые одолевают ее? Раньше, они хоть на холст ложились и отпускали ее. А в последнее время, лишь сильная мигрень стала спутницей художницы. Верной подругой, блин.
- На лицо явный прогресс, девочка. – громко проговорил Профессор, привлекая к себе внимание, как и щелчок чайника. Отбирая картины, которые ему приглянулись, мужчина продолжил: – Роман с этим молодым человеком на тебя так повлиял? Просто ярчайший пример квантового скачка в творчестве.
- Профессор, что вам от меня нужно? Что Вам всем от меня нужно? – презрительно прорычала девушка, хватая чашку со стола, и бросаю ту в стену. Осколки разлетелись в разные стороны. Столь стремительной агрессии в ней никогда не наблюдалось.
- Сколько пыла, сколько страсти. – комментировал язвительно он, переводя взор с девушки на картины. – Что бы у тебя в жизни не происходило, девочка, это сыграло тебе на руку. Я так давно пишу сам и так давно преподаю, что способен оценить шедевр от обычной мазни. Понимаешь?