Страница 31 из 39
А я попыталась запомнить кто из них кто, находя какие-то отличительные черты в каждом из семи Перевёртышей.
Соул – именно он в данный момент занимался завтраком, сидя на корточках у котелка. Он был самым низкорослым из всех. Бойл – единственный, кто мне улыбнулся, мягко и доброжелательно. У Зипа, единственного из всех, была небольшая бородка. Лицо Ланса рассекал большой шрам, Тагерт был самым молодым из всех, а Ульф, наоборот, самым старым, его лицо было испещрено морщинами. Волосы же Яроша были длинными и заплетёнными в сотню мелких косичек.
Оставалось надеяться, что я всё запомнила верно и в будущем никого не перепутаю.
- Скажи мне, Ведьма, ты знаешь, кто такие Перевёртыши? – вопрос Снежного заставил оторваться от изучения его людей и повернуться к нему.
Странный вопрос и непонятный.
С одной стороны, я знала, а с другой…
Ведь действительно кто они такие, эти Перевёртыши? Откуда появились в нашем мире? Ведь даже Академия не давала нам ответы на эти вопросы, ограничиваясь общими фразами и определениями. Однажды я задала подобный вопрос Хмурой, на что она просто посоветовала мне меньше об этом думать и заниматься учёбой. Но у меня тогда возникло чёткое ощущение того, что сама драконша прекрасно знала ответы на эти вопросы, но по какой-то причине отказывалась этой информацией делиться.
- У вас две ипостаси, и вы можете обращаться в зверей.
Кивнул, продолжая гипнотизировать меня своими глазищами.
- Дальше, Ведьма, дальше. Ты же у нас окончила Высшую Академию с отличием и так мало о нас знаешь.
- Откуда..? – вырвалось у меня. Но тут же согласно покачала головой, удивляясь своей недогадливости. Ну конечно же, Моховой знал, кто я такая, значит, знал и Варг, а тот сказал Перевёртышу. – Вы живёте крайне замкнуто у себя в горах, и мы практически ничего о вас не знаем. Только Одичавшие периодически вырываются из-под гнёта вашего правителя и приходят нас убивать.
Не знаю, зачем я произнесла последнюю фразу. Может, просто хотела побольнее уколоть его.
- Это неправда, - обижено вскричал Рыжик, что сидел напротив меня, рядом с Варгом. Остальные же промолчали, словно этот разговор их не касается.
- Ещё одна… Ты разочаровываешь меня, Ведьма, - промурлыкал Снежный и покачал головой, отчего белоснежная прядь упала на высокий лоб. – Неужели ты никогда не задумывалась о том, что все рассказы и всё, что вам так старательно впихивают в головы законники, Маги и Звероловы, наглая ложь?
- Приведите мне хотя бы пару аргументов в защиту своей идеальности? – не выдержала я его нападок.
Тоже мне, умник, сидит, ухмыляется и глазами зыркает. Да ещё это снисхождение во взгляде, словно перед ним дитя неразумное. Ведь понимает, что более точной и развёрнутой информации я никаким образом получить не могла. И к чему весь этот спектакль? Специально меня доводит? Но чего он хочет этим добиться? Думает, взбешенная Ведьма – хороший собеседник?
Нет, не понять мне этих… существ.
- Если мы такие ужасные, зачем спасла Кристофера, если уверена, что все мы - зло? Должна же быть какая-то причина у твоего поступка?
- А не пробовали задавать конкретные вопросы, не принижая при этом умственные способности оппонента? - тихо ответила я, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не наорать на него.
Всё-таки нервы у меня не железные, а кричать на Перевёртыша – себе дороже, я же не самоубийца, да и Киана не стоит нервировать и пугать. Я чувствую уже его страх по тому, как он всё сильнее прижимается ко мне, исподлобья осматривая присутствующих.
- Итак? Почему ты пожалела его и укрыла от Звероловов? Варг что-то рассказывал о нападении в банке, после которого ты каким-то невероятным образом выжила. Кстати, как так вышло? Ваши обычно свидетелей не оставляют.
- Потому что Ваши меня спасли.
Слегка подался вперёд, увлечённо всматриваясь в моё лицо, словно пытаясь угадать – лгу я или говорю правду.
- А зачем им было тебя спасать?
- Киан, - только и смогла ответить я, прижимая сына к себе.
Взгляд серых глаз переместился на моего мальчика. Теперь моя очередь поиграть в загадки, а его - пораскинуть мозгами. Надо сказать, догадался он достаточно быстро. Я даже не успела как следует позлорадствовать.
- Ты была беременна?
- Да.
- Решила отдать долг?
- Решила помочь ребёнку, - отрезала я, всё ещё не понимая этой антипатии.
С чего вдруг такое отношение? Ведь я, рискуя своей жизнью и жизнью собственного ребёнка, спасла Рыжика. И не требовала ни наград, ни ответных каких-то услуг, наоборот, это они уговорили меня оставить Заречье. А он относится ко мне так, будто лисёнок попал в западню по моему навету, но вот доказать это никак не могут. Бред.
- Киан, - подошёл к нам Крис и взял моего сына за руку. – Иди сюда, у меня леденцы есть, хочешь, дам? - а потом взглянул на меня удивительно серьёзными глазами. – Ребёнок не должен всё это слышать.