Нити судьбы

Ферокс сорвал с меня кофту и, поймав мой испуганный взгляд, пояснил:

— Чтобы не разорвать. Хотя, эти человеческие тряпки тебе, всё равно, придётся выбросить.

И вот, в воздухе просвистел хлыст и первый удар обрушился на меня, оставив на спине длинный красный след! Я вскрикнула, задёргалась в цепях. За первым ударом, сразу же, последовал второй, третий…

«Теперь, ты на собственной шкуре испытаешь то, что чувствовали те люди, которых тебя заставлял бить Рейф!» — шептал мне внутренний голос.

Несколько раз удар приходился в то место, где уже была рана и тогда кожа лопалась и по спине стекала кровь. Когда это произошло, Ферокс, на мгновение, остановил град ударов, а потом я почувствовала, как его горячий язык сильно прошёлся по моей израненной спине, слизывая кровь!

— В тебе, действительно, течёт кровь чёрных богов-драконов, — хриплым, как от возбуждения, голосом сказал он мне после этого. — Я чувствую её вкус и силу. Она бежит по твоим венам, Милена. Оказывается, я уже давно забыл, что значит быть с женщиной из рода богов-драконов. Восхитительные ощущения!

«Ты меня, вообще-то, сейчас избиваешь, а не сексом со мной занимаешься, ублюдок!» — подумала я.

Словно прочитав мои мысли, Ферокс произнёс:

— А может, мне насладиться тобой прямо сейчас? Зачем откладывать?

— Не надо, пожалуйста! — жалобно запросила я (чёрт уже с ней — с гордостью). — Всё, что угодно, только не это! Избивайте меня сколько угодно, но… Прошу, не трогайте меня! Хотя бы, сегодня! У меня завтра официальная церемония, если вы помните! А секс с вами… Эм… вряд ли, пройдёт бесследно! — выразительным взглядом окинула я его мощную фигуру, при этом сглотнув, мысленно представив его на себе (он же меня раздавит!).

— Возможно, ты и права, — нехотя отошёл от меня Ферокс и кинул хлыст куда-то в угол. — Думаю, с тебя хватит на сегодня. А если, вообще, станешь хорошей и послушной девочкой, то в эту комнату больше не вернёшься.

Ферокс отцепил меня от оков, снял с себя плащ, накинул его на меня (надо же — какой «заботливый»), взял меня на руки и отнёс в одну из спален дворца (хоть, не заставил самой идти — израненная спина болела так, что я смогла бы, разве что, ползти). Приказав слугам-демонам позаботиться обо мне, дракон ушёл, перед этим упомянув, что придёт завтра на церемонию.

«Глаза б мои тебя не видели — ни на церемонии, ни, вообще, в моей жизни!» — в бессильной ярости подумала я тогда.

«Ну, и попала же ты, Милена Бэлоу! — думала я, морщась от боли, когда слуги намазывали мне раны какой-то щиплющей мазью. — Так попала, что дальше ехать некуда! По сравнению со всеми моими предыдущими неприятностями, это и не проблема. Это — катастрофа! Более того, меня, похоже, не собираются отсюда выпускать до завтрашнего дня. А это значит, что никто не будет знать — где я! Надо срочно что-то придумать! Во-первых, надо как-то дать о себе знать Каю и остальным. А, во-вторых, надо придумать, каким чудесным образом мне избежать этого, так называемого, замужества. Хотя, какое это замужество? Это — сделка между двумя повелителями! М-да, единственным разумным способом мне представляется — найти ещё какую-нибудь девушку с кровью богов-драконов и вручить её Фероксу. Но, неужели я, на самом деле, единственная такая?! А я, ведь, всегда, в детстве, так хотела быть какой-нибудь особенной. Ну, вот. Получила… особенность! Такую особенность, что врагу не пожелаешь!».

— А симпатичную тебе комнатку выделили, Милена.

Я уставилась на вошедшего Рейфа, как жители жарких стран на снег.

— Откуда ты здесь?! — спросила я и, честно говоря, сейчас я была рада видеть даже его.

— А ты не помнишь, как я нашёл тебя у Самаэля? — ответил Рейф. — Как и тогда, я почувствовал твою боль и нашёл тебя.

— Ты мне лучше ответь, как ты в мир демонов попал?!

— Да легко, — пожал плечами мужчину. — Сам не понял — как, но попал. Я даже не помню, как очутился в Преисподней. Только вот, в ту комнату, где ты была до этой, меня не пустили. Правда, я возражал против этого. На многих демонов, оказывается, действует гипноз. В общем, повеселился я хорошо. Но, когда я почти прошёл к тебе, явился какой-то хмырь, назвался Вельзевулом и сказал, что знает — кто я и какое отношение я к тебе имею, но… пропустить он меня не может. Сказал ещё за тебя не волноваться, а потом я ни хрена не помню. Сам, что ли, под гипноз попал? Ха, гипнотизёр попался на гипноз! Ну, а очнулся я в каком-то подвале, откуда меня, в результате, выпустили и привели сюда.

— Не будешь спрашивать: «Как ты себя чувствуешь? Тебе больно»?

— А зачем? Я и так вижу — больно и чувствуешь ты себя не очень.

— С тобой всё ясно, — вздохнула я. — Кто-нибудь ещё, кроме тебя, знает, где я?

— Откуда? Ты думаешь, я кому-нибудь что-нибудь сказал, когда уходил? Твой кукловод, конечно, почувствовал, что у тебя что-то случилось. Кинулся тебя искать. Понятное дело — не нашёл. Вот так. Кукловоды чувствуют состояние своих марионеток, но найти их не могут. Короче, мечется твой парень по дому, как тигр в клетке.

— Ты можешь вернуться к нему и всё рассказать?

— Не знаю. Я же сам не понял — как попал сюда. И смогу ли я выбраться отсюда без помощи демона — неизвестно.

— Но, попытаться-то ты, хотя бы, можешь?! — с раздражением произнесла я.

— Могу. Но, во-первых, неизвестно — выпустят ли меня теперь отсюда. А во-вторых, что я скажу, если сам не знаю, что с тобой случилось и почему ты здесь.

Пришлось, вкратце, рассказать Рейфу о произошедшем.

— Значит, тебя тут замуж насильно выдать пытаются?! — расхохотался гипнотизёр. — Вот не повезёт дракоше — получить жёнушку с таким характером!

— По поводу замужества речи не было! — буркнула я. — Было просто сказано, что Ферокс меня получает, а в качестве кого — не знаю. Хотя, Ферокс что-то говорил, что я его будущая супруга, но… Чёрт, да плевать я на это хотела! Я, вообще, не хочу с ним иметь ничего общего!

— Ладно-ладно, я понял. Пойду, попробую выйти отсюда и поговорить с твоим ненаглядным Каем. Ах да, — вдруг, остановился он, когда уже собирался уходить. — У тебя, ведь, всё равно, вся спина изранена. Столько крови зря пропадает…

Я устало посмотрела на него. Злиться или орать уже не было ни сил, ни желания.

— Только давай быстрее, — только и сказала я.

И когда эта процедура «кормления» Рейфа стала настолько обыденной? Я не знала. Но, я не испытывала больше ни отвращения, ни ещё чего-либо подобного. Я относилась к этому равнодушно. Я просто привыкла к этому.

Через какое-то время Рейф ушёл, но… где-то минут через пять он вернулся. На мой вопросительный взгляд он ответил:

— Как я и думал, меня не выпустили. Демоны сказали, что, пока ты здесь, я тоже никуда отсюда не денусь. И на тех, кто преградил мне дорогу, гипноз не действовал. А сходиться с ними в рукопашную я не собираюсь — я не настолько самоуверен.

— Ваш слуга умён, госпожа Милена, — зашла в комнату Альма. — Он бы, действительно, вряд ли, справился со стражами прохода в человеческий мир.

— Он — не мой слуга.

— Почему же? — возразил сам Рейф. — Если ты мне что-то скажешь сделать, Милена, я это сделаю. Не это ли означает быть слугой? Но, я не против такого положения вещей.

— Ладно, пусть он — мой слуга, — не стала спорить я. — Но, почему его не выпускают из мира демонов, Альма? Он же не подданный Люцифера.

— Да, но этот мужчина принадлежит вам, госпожа Милена. А всё, что принадлежит вам, принадлежит и повелителю. А не выпускают его потому, что вы здесь. Зачем ему быть вдали от вас?