Страница 109 из 224
— Не может быть, — недоверчиво посмотрела на парня Николь. — Милена мне говорила, что своего кукловода терпеть не может. Она ещё возмущалась, когда мы с Лави подшучивали над ней по поводу её отношений с Макфеем.
— Ну, от ненависти до любви и наоборот — один шаг, — пожал плечами Ванхам. — Похоже, здесь всё так и вышло. Кстати, о Кайоме. Можешь у него спросить, куда уехали Милена с Лави. Он наверняка в курсе местонахождения своей марионетки и, по совместительству, девушки.
— Нет, я не буду его спрашивать! — испуганно замотала головой Барстоу. — Макфей мне не нравится. А если быть совсем уж честной, то… я его боюсь. Его, вообще, многие боятся! — словно оправдываясь, сказала девушка.
«Глупая девчонка, — подумал про себя Винсент. — Если бы ты хоть что-то знала, то боялась бы меня в тысячу раз больше, чем Кайому. А так… сидишь со мной за одним столом и искренне считаешь, что я твой друг и что я тут тебе откровенно рассказываю о своих проблемах в жизни».
— Может, раз уж мы остались вдвоём, сходим, прогуляемся? — предложила Николь. — А то, торчать в здании школы сил уже нет!
— А что? Я не против, — согласился Винсент.
«Раз Милены пока нет, будем развлекаться по-другому, — пришёл к решению Ванхам. — И подружка Милены — наилучший способ развеять скуку. Что бы мне с ней такого сделать? Особенно, с учётом того, что эта девчонка жутко меня раздражает?».
— Куда пойдём? — тем временем спросила Николь, не подозревая, какие планы на счёт неё имеет её «друг».
— Да куда ноги понесут, туда и пойдём, — ответил Винсент, вставая из-за стола и направляясь к выходу.
Николь последовала за ним. А через десять минут эти двое гуляли по улицам города, без определённой цели и маршрута.
— Я давно хотел тебя спросить, Николь. Ты ведь из богатой семьи, верно? — спросил девушку Винсент. — Так почему ты живёшь в общежитии? Могла бы квартиру снимать в Гарэне.
— Ни за что! Тогда бы мне пришлось жить одной, а я не хочу. Мне нравится то, что рядом с моей комнатой живут такие же школьники, как и я. Мне нравится ходить в общественную столовую, битком набитую в учебное время и шумящую, как шмелиный рой.
— Значит, тебе нравится большое скопление народа?
— Да не то, чтобы. Просто у общежития есть своя атмосфера. Не знаю, как объяснить это словами, но… В общем, здесь просто классно жить!
«Она подруга Милены… Интересно, если я сделаю с ней что-то ужасное, Милена разозлится? Это будет прекрасно! Милена расстроится… Она будет страдать! А мне так хочется увидеть лицо Милены, искажённое страданиями!».
— Винсент, ты ведь сейчас перешёл на последний курс, — продолжала Барстоу. — Тебе не жаль расставаться с «Шисуной»?
«Николь… Какая же ты беспечная и легкомысленная! Наверное, это из-за твоей богатой и лёгкой жизни? Ты даже не представляешь, как раздражаешь меня!».
— Конечно, жаль, — вслух сказал парень. — Но, что поделаешь? Не могу же я быть учащимся всю свою жизнь.
— Да, ты прав, — рассмеялась его спутница. — Я прямо вижу эту картину — ты, восьмидесятилетний старик, сидишь за партой!
— Николь, расскажи мне о себе. Я хочу больше знать о том мире, что окружает тебя… Мы знакомы почти два года, но я мало о тебе знаю.
— Тебе, правда, это интересно? — удивлённо спросила Николь.
— Разумеется.
«Я сломаю тебя! Я уничтожу твой прекрасный и безопасный мирок! Разобью его на тысячи осколков и смешаю тебя с грязью! Да! Так я и сделаю!».
А Николь продолжала беспечно болтать, совершенно не думая о том, какая опасность ей может грозить от рук её «старого знакомого»….