Вдох-выдох

Самарского она ненавидела, боялась, и потому ненавидела. Хотя больше не его, а свое бессилие рядом с ним. После ухода мужчины она даже не смогла снова взяться за книгу — руки тряслись, мысли разлетались в закутки сознания, то и дело, ставя перед глазами его лицо. Почему-то Саше захотелось пожелать мучителю такой же бессонной ночи, как случилась у нее по его вине. А желания иногда имеют свойство сбываться.

 

***

— Ярослав Анатольевич? — Артем удивился, увидев шефа посреди ночи блуждающим по дому. Состояния, когда дом спит, у них не существовало, постоянно кому-то приходилось бодрствовать, но Самарский обычно засиживался в кабинете.

— Что? — Яр прислонился к стене, вопросительно подняв бровь. Он выпил, много, наверное, слишком много, а ведь давно уже подобным не баловался, как-то времени не было, да и повода. Когда в жизни все идет как по маслу, не до этого, а вот когда все летит в тартар, резко находится и время, и желание.

Артем почувствовал резкий запах алкоголя, а потом обратил внимание и странное выражение лица босса.

— Вас проводить до комнаты? — он не выглядел пьяным, кажется, контролировал себя, но какого ж черта тогда забыл здесь?

— Ты свободен, Артем.

— В смысле? — охранник недоверчиво посмотрел на Самарского.

— Считай, у тебя выходной.

— Но я...

— Я не спрашиваю, свободен, — даже в таком состоянии Ярослав сохранял свой командирский тон, вселял уверенность в то, что его решение нельзя опротестовать.

— Что вы собираетесь..? — Артем вдруг посмотрел на Самарского по-новому. Он же сам тысячу раз предупреждал Сашу о том, что лучше шефа не злить, прекрасно понимая, что ничем хорошим это для нее не закончится, а сейчас Самарский стоял перед ним и он был зол. Очень зол. Показательная расслабленность не могла ввести в заблуждение, по лицу ходили тени.

— Артем, я считаю до трех, ты либо уходишь, либо я увольняю тебя за неподчинение. Решай. Раз.

Артем смачно ругнулся про себя. Саша, что ж ты натворила? Дурочка. Ведь он не сможет ее защитить. Никто в этом доме не сможет. И дело даже не в том, что просто-напросто потеряет работу, а в том, что получит такого врага, как Ярослав.

— Два.

Мысленно ненавидя себя за малодушие, за то, что бросает беззащитную, даже не подозревающую, наверное, о происходящем за дверью Сашу, на неизвестно на что способного Самарского, Артем встал с кресла.

— Правильный выбор, ключ.

— Ярослав Анатольевич... — он не знал толком, что хотел сказать, может попросить, может отговорить, но за что? От чего? Мужчина лишь интуитивно чувствовал, что той, которая скрывается сейчас за дверью, грозит опасность.

— Три, Артем. Спокойной ночи, — тяжело вздохнув, охранник сдался, вложил в протянутую ладонь ключ.

 

***

Прежде, чем решиться наведать гостью, Ярослав долго упивался своим состоянием загнанного в клетку, дикого, разъяренного зверя. Именно так он себя чувствовал, снова вернувшись в "болото", услышав обвинения из уст родной няни, узнав об измене, казалось, любимой женщины, и все из-за нее. Глафира ошибалась, не он виноват в том, что жизнь рушится, она. И за это придется платить свою цену.

В ночной тишине звук голосов за дверью различался особенно хорошо, но слов разобрать Саша не смогла. А стоило замку щелкнуть, сердце ускорило темп. Она мысленно попросила небеса лишь об одном — чтоб это был не Самарский. Прогадала.

Он вошел в комнату, остановился, привыкая к темноте. О том, где застанет пленницу, почему-то не думал, а увидев силуэт вырисованный светом из окна — даже не удивился.

— Планируешь побег? Еще не поняла, что от меня не убежишь? — от его интонации температура в комнате резко снизилась, по спине девушки прошел холодок.

— Было жарко, я открыла окно, это запрещено?

— Да, — ее совершенно спокойный, кажется, даже примирительный тон только еще больше раздражал.

— А что еще запрещено?

— Задавать вопросы.

То ли от страха, то ли чтоб скрыть раздражение, Саша отвернулась, закрывая злосчастное окно. Он ведь элементарно придрался, как и до этого, без причины, на ровном месте.

— Что-то еще? — закрыв створки, Саша осталась стоять спиной к мужчине.

— Не поворачивайся к врагу спиной, Алекс, — ее тактика провалилась, она-то надеялась, что Самарский выйдет, но, кажется, не угадала. "Совет" прозвучал над самим ухом.

И пусть сказанное — разумно, но почему-то сейчас повернуться, увидеть его так близко — было слишком страшно.

— Что-то еще?

— Ты приносишь слишком много неудобств.

В ответ — тишина, раздражающая еще больше.

— Я начинаю сомневаться, стоит ли оно того...

— Не стоит, — собрав силы в кулак, Саша таки развернулась. Она заставила себя вскинуть взгляд, встретиться с голубыми холодными глазами, набрать полную грудь воздуха, чтобы разразиться тирадой, доказать, что не стоит, убедить, что ее похищение — ошибка, говорить, говорить, говорить, пока он не уйдет из комнаты, схватившись за голову, но не успела.