Страница 29 из 47
– Я исчезла из твоего сердца, это так больно, – продолжала она говорить завораживающим голосом, не отрывая взгляда от содержимого своей чашки. – Так нельзя делать Раин. Ты ведь мой. Я так страдаю без тебя. А ты тут преспокойно поживаешь с другой девушкой. Не хочу исчезать из твоего сердца. Думала, что сбежав смогу быть с тобой. Но вероятно уже поздно. Мне придется принять свою судьбу, и покориться воле отца. Но я не хочу расставаться с тобой. Как мне навсегда остаться рядом?
Последние слова застали меня врасплох. Чиса стянула с меня футболку. По пояс раздетый, я так и продолжал лежать на столе лицом вниз. Я услышал, как она куда–то пошла и, вернувшись через пару десятков секунд, присела сзади меня. Дальше все было как во сне.
– Ответь мне Раин. Как нам остаться рядом навсегда?
Я ощущал, как она водила своей рукой по моей спине. Вот же беда. Чиса сейчас явно на взводе. Думаю, даже если я и мог что–то сказать, делу это бы не помогло. Она как будто пребывала в трансе все это время, может даже под каким–то наркотиком. Хотя такое не возможно, Чиса всегда относилась к этим вещам серьезно.
– Раин, ты больше не забудешь меня!
Дальше была только боль. Пусть мое тело и не могло в полной мере все воспринимать. Я почувствовал, как что–то острое впилось между лопатками. Нож! Так вот что она задумала. Довольно банальная, хоть и жестокая месть. Чувства страха не было. Только печаль. Ведь она свихнулась по моей вине. Я лишь хотел, чтобы она знала, как страдает человек, когда исчезает любовь. Но не ожидал такого сильного эффекта. Да уж, ну и сволочь ты Раин! Наверно такую смерть ты и заслуживаешь. Только бы Хикари не вернулась пораньше.
Тем временем, Чиса водила ножом по моей спине, не погружая его слишком сильно. Боль становилась просто невыносимой, и я несказанно обрадовался тому, что не могу ощущать ее полностью.
– Вот так уже лучше. Теперь моя очередь. – Услышал я последние слова Чисы, перед тем, как потерять сознание. Неужели она и с собой задумала покончить. Это уже будет перебор! Она ведь еще так молода, у нее вся жизнь впереди.
“Остановись, пожалуйста!” – Попытался сказать я, но слова так и застряли в моем горле.
***
– Меня зовут Сакурай Чиса. Я очень рада, что буду учиться вместе со всеми вами.
Ее знакомство с группой, полтора года назад, было донельзя банальным. Невысокая хрупкая девушка с темными длинными волосами, она казалась очень робкой. Классическая одежда смотрелась на ней немного глупо. Как будто на младшеклассницу надели юбку до колен и пиджак под белую блузку и отправили в университет. Одногруппники ждали продолжения приветствия, но больше она так ничего и не сказала.
В университете с Чисой никто особо и не разговаривал сначала. Она казалась интровертом, возведшим вокруг себя неприступную стену. Только потом я узнал, что ее состояние было связанно с потерей брата. Всякий раз глядя на нее, мне становилось, немного жаль эту девушку. Но никаких попыток заговорить я не предпринимал.
Однажды я сидел на любимой скамейке и как всегда обедал. Услышав свое имя, я оглянулся и увидел Рин, идущую под руку с Чисой. Поприветствовав их, я пригласил присоединиться ко мне. Мы много разговаривали. Оказалось она довольно веселая и общительная девушка. Это был первый раз, когда Чиса начала с кем–то так разговаривать в университете. Тогда я еще не знал, что понравился ей.
– … стоит что–то разбить и целым оно уже никогда не будет. – Произнесла Чиса в конце своего доклада, по какому–то романтическому произведению двадцатого века.
Через полгода отношения с одногруппниками у нее наладились. Чиса вступила в клуб путешествий, они часто общались с Рин в университете. Да и другие подруги у нее появились. Но меня все равно не покидало ощущение, что на ее лице всегда маска отчужденности. Возможно, что–то в ней сломалось еще два года назад, перед поступлением в университет.
Чиса часто смотрела на нас с Микаэллой или с другими ребятами, когда мы все вместе обедали. Но почти никогда не присоединялась. Чаще всего если я или Рин были одни, она решалась заговорить первой. Наедине со мной она вела себя предельно корректно, немного неловко, но от этого только казалась милее. Разговоры на обычные темы о погоде, учебе, любимых занятиях заканчивались таким же обычным прощанием. Если она тогда что–то чувствовала ко мне, то очень умело скрывала это, пряча все глубоко внутри.
Но жизнь сурова, и сразу распознать лицемерие невозможно. Все люди грязны и порочны, в той или иной степени.
***
Когда я пришел в себя, первой мыслью было “Черт, ну почему я все еще жив?” Белый потолок. Это точно не моя квартира. Шевелиться я мог, поэтому посмотрел по сторонам, и увидел больничную палату. Все, что случилось, все воспоминания, разом нахлынули на меня. Во рту сразу появился привкус желчи. Захотелось снова погрузиться в забытье. Почему все так обернулось? Наверно я тоже был не прав, но могла ли Чиса говорить искренне или эта была ее прихоть? Точно, Чиса! Что с ней–то было после того как я потерял сознание? На кушетке рядом я увидел спящую Хикари. Думаю, будить ее не стоит. Шторы на окне были задернуты, и я не мог понять день сейчас или ночь. Да и вообще, сколько я здесь нахожусь. Вдруг я услышал приглушенные голоса и сразу в палату вошли двое людей, в белых халатах.
– Уже очнулись Раин – Сан. Я ваш лечащий врач, доктор Курокава – Представился мужчина лет сорока пяти. Вторым вошедшим человеком была медсестра.
– Да. Что со мной произошло? – Спросил я. Слова давались с трудом.
– На вас было совершенно покушение. Вы потеряли много крови, поэтому пришлось делать переливание. Сейчас состояние стабилизировалось, раны были не глубокими, процесс выздоровления будет не долгим. Но еще на неделю вам придется остаться здесь.