Страница 6 из 96
Глава 3
В Рохане
... Она ушла. Портал закрылся. На душе у Итилиона было пусто. Трудно представить, какой шок испытал бедный эльф за какие-то двадцать минут. Тем временем рассвет набирал силу. Длинные темные волосы эльфа уже вовсю блестели на лишь начинающем свой день солнце. Небо было ясное, желтая трава светилась голубой росой. Степь, где находился старый дуб, колыхалась под нежным прохладным ветерком. С дуба падали желтые листья, они медленно кружились, ложась эльфу на голову. У этого дуба находилась граница – здесь начиналась земля Рохана.
«И до чего же здесь красиво осенью, – подумал Итилион. – Рохан в действительности прекрасное место. И почему же люди здесь такие? А ведь когда-то это были благородные витязи. Но они люди, а всем людям свойственна жажда власти».
Итилион ужасно устал от ночного бега, он почти не спал, пережил столько страха и волнений, рассказал последнюю тайну. Казалось еще чуть-чуть, и он просто свалится без сил. Голова горела, он тяжело и часто дышал. Итилион ходил туда-сюда и размышлял о незнакомке. Ему так хотелось снова увидеть её глаза. Эльфу было интересно, что же она за существо, из какого мира, и зачем она здесь. Однако, пора было идти в путь. Итилион собрался и, чуть-чуть перекусив, побрел по степи. Он шел на юг. Трава здесь становилась всё зеленее и выше. Солнце поднималось, день обещал быть прекрасным. Итилион насвистывал себе под нос эльфийскую песенку. Но вдруг в эльфа посреди поля бьет с ужасающей силой молния.
Ясное небо, утро и молния.
Она попала ему прямо в голову. Эльф остался стоять на земле. Его била сильная дрожь, кончики волос обгорели, лицо было все в крови, во рту кровь... Через несколько секунд Итилион упал в густую зеленую траву. Он был при смерти. Сознание было в другом мире, боль дьявольская, и он уж подумал, что умирает. И вдруг, так же внезапно, как и молния, его дух вернулся в этот мир. Итилион выстоял перед смертью. Глядя в небо, эльф напоследок сказал: «Ну вот ты и помогла мне...» – после чего потерял сознание.
* * *
– Вставай! Вставай, подлая скотина! Кому сказал! – хрипело в сознании. Итилион с великой мукой открыл глаза, запекшиеся кровью. Над его телом, лежащим в бурой луже крови посреди поля, нагнулся человек. Это был рохиррим. Он ткнул тело бедного эльфа эфесом меча, но тот ничего не почувствовал.
– Это земля Эорлингов, – пробасил рохиррим. – Чего тебе здесь надо? Ба! Да ты эльф! Вас же уже не осталось! Какими судьбами? – ехидно спросил он. Поняв, что эльф ответить не может да и пошевелиться тоже, воин плюнул Итилиону в лицо и крикнул своим:
– Парни! Берите этого ушастого кролика и поехали! Мне кажется, нас ждет награда!
Их было пятеро – всадники на высоких белых лошадях. Все были белокуры и стройны. Явно знатные сыны. Двое взвалили тело эльфа на лошадь, привязали лошадь покрепче к другой лошади, потом сели на неё вдвоем и тронулись, распевая победную песнь.
Солнце поднялось. Был полдень. Перевернутый Итилион мог видеть только копыта лошади и траву. Тогда он подумал, что та рохирримка появилась там неспроста. Она может заманить мага на свою сторону, убедить его идти через Рохан, а на самом деле преследуя меня. Хотя он уже и так в плену. «Рохиримы знали изначально о моем задании и о тех путниках, – меланхолично думал Итилион, – Но как?! Они хотели, чтобы я присоединился к ним, а та рохирримка бы предложила путь через Рохан, где они и устроили бы облаву. Если бы не эта таинственная молния, я бы прошел через Рохан незамеченным! И куда они меня везут?! Все пропало! Что же решит тот чародей? Скорей всего, он поддастся на уговоры рохирримки! А за ним пойдут все. Хотя! Стоп! Кто все? То отвратительное чудище с клыками? Это же сборище наемников за моей головой! Каждому из них нужен Камень! О, нет! Я схожу с ума! Только бы они не шли через Рохан. А тут я, как только вернутся силы, и сам справлюсь», – таковы были мысли сумасшедшего эльфа.
А караван потихоньку тянулся по холмам и лугам, не останавливаясь. Рохиримы уже не пели победной песни, они просто ехали, склонив головы. Становилось жарко. Осень всегда, как лето, в этих краях. Всадники пили вино, спасаясь от жажды, и почти не разговаривали. Было около трех часов дня. Всю дорогу Итилион думал. Думал об тех глазах незнакомки и обо всем. Ему вспомнилось... Что до удара молнией, когда он, согнувшись от усталости, на рассвете шел по степи, ему повстречался какой-то странный человек. Он был хорошо вооружен, лица его не было видно. Проходя мимо, он спросил эльфа:
– Далеко собрался, остроухий?
Итилион ехидно ответил, что далеко.
Человек усмехнулся, и пошел прочь.
«И кто же это был?» – думал эльф. Его тело было по-прежнему парализовано, он просто болтался как плюшевая игрушка на лошади. Тем временем караван подъехал к небольшому старому двухэтажному дому, который стоял на холме. Дом был каменный и очень древний. Это был пограничный пост Рохана. Лошадей завели в стойло. Всадники привязали эльфа к большому острому камню, который стоял как могильная плита посреди голого поля, а сами зашли во внутрь дома. Зной был ужасный. Эльф мучился от жажды, но не мог пошевелиться. Весь день эльф провел привязанный к камню. Все болело, тело было парализовано и ужасно хотелось пить. Он мучился. Солнце клонилось к закату. Небо было жутко кровавым. Как только тень пала на равнину, стало холодно. Подул сильный ветер. Вот такая осень в Рохане – днем жара, а вечером холод. Тут возле эльфа опять показался тот самый человек в чёрном, о котором он вспоминал днём. Итилион оторопел, а человек усмехнулся и достал меч. Он аккуратно перерезал путы эльфа и оттащил его в близлежащие, единственные и то редкие кусты. Человек не заметил, что это был шиповник. Бедный эльф. Затем человек тихо прошептал: