Страница 17 из 18
В этот момент в мою дверь постучали.
– Джун?
От голоса Блейка все внутри меня перемешалось, все мои добрые намерения, вся логика и все разумные мысли.
– Я могу войти?
– Нет! – рявкнула я, но он уже открыл дверь. При виде его губ мне стало дурно. – Я сказала «нет».
– И я ждал твоего ответа не дольше, чем вы с Престоном. – Его взгляд был далеко не таким сокрушенным, как должен был быть.
Тут же ярость снова вскипела во мне, но он не должен был видеть, как глубоко ранил меня. Как можно более сдержанно я вдохнула, разглядывая его выразительное лицо. Несколько секунд я искала в его глазах какой-нибудь признак стыда или раскаяния, но, как ни старалась, ничего из этого обнаружить не смогла.
– Я не открывала дверь, – сказала я, как будто это имело какое-то значение.
– Знаю.
– Я думала, вы просто друзья, – вырвалось у меня.
Черт. Эти глупые, бесполезные чувства. Они придавали моему голосу обиженный тон, лежали на моей груди, словно камни, и заставляли терять самообладание.
– Я не планировал этого, Джун.
Его слова пробудили во мне желание взять что-нибудь и бросить в его спокойное лицо. Что-то, что бьет больнее подушки.
– И как долго это продолжается? – О боже. Я не хотела звучать так. Не хотела быть ревнивой девушкой, задающей вопросы парню, которые унижали меня больше, чем его. Но мне просто не удавалось сдержать слова.
– Я не хотел причинять тебе боль. – Блейк шагнул ко мне, но потом вспомнил, что это не очень хорошая идея, и остановился.
– Забудь об этом, Блейк. – Я глубоко вдохнула. – Сама виновата. Я должна была доверять своей интуиции, которая, в отличие от тебя, не лгала мне.
– Я не лгал тебе.
– Ах, нет? – Его ответ опять меня невероятно разозлил. – И что же это было в твоей комнате? В моем мире платоническая дружба выглядит немного по-другому!
Он сжал губы. Наконец-то его самообладание дало трещину, наконец-то он перестал обращаться со мной в такой властной манере, которая сводила меня с ума.
– Мы с Грейс на самом деле были просто друзьями.
– Но это, по-видимому, изменилось.
– Да, именно так. – Он провел рукой по волосам. – Неужели ты думаешь, что мне так легко? Я знаю, что мне осталось жить всего несколько недель. Если повезет, то, может быть, полгода.
– К сожалению, нет. – Тяжелый комок образовался у меня в горле, и я сглотнула, глядя ему в глаза. – Если сведения историка верны, то еще шесть недель. Мне жаль.
Блейк глубоко вдохнул и одновременно с этим кивнул.
– Мы с Престоном хотели сказать тебе об этом вместе, – добавила я. – Может быть, мне следовало дождаться его.
– Нет, все в порядке. – Блейк опустил голову и некоторое время смотрел на мой кремовый ковер. – В любом случае я знал, что это будет не особенно долгий срок.
– Что ты имеешь в виду?
– Без понятия, Джун. Я просто чувствовал это.
При его словах у меня по рукам пробежали мурашки. Внезапно мне показалось глупым так расстраиваться из-за поцелуя, ведь здесь речь шла о гораздо большем. Но все равно было невероятно больно. Разум просто не справлялся с моими чувствами.
– Я не хотел причинять тебе боль, Джун.
– Ты уже говорил это.
– Просто… каждый раз, когда касаюсь тебя, я чувствую…
– Прекрати! – Я покачала головой. – Пожалуйста, перестань оправдываться, Блейк.
– Я не оправдываюсь. Я просто хочу, чтобы ты поняла.
– Может быть, я не могу! – крикнула я ему. – Ты растоптал мои чувства и теперь хочешь, чтобы я поняла? Что, может быть, мне даже понравится?
Он издал горький звук.
– Неужели ты думаешь, что я в порядке? Я умру, Джун! И не в какой-то неизвестный момент, как любой нормальный человек, я даже знаю эту чертову дату! Мне, наверное, осталось жить всего шесть недель, и я хочу использовать это время! Хочу почувствовать что-то еще, кроме этого чертового страха и отчаяния, и беспомощной ярости, потому что один поцелуй с тобой заставляет мир вокруг нас рушиться! – он указал на улицу, где облачное небо уже окрасилось в черный цвет. – Вот почему это произошло с Грейс. Я просто больше не могу думать только о тебе, не имея возможности что-то изменить, потому что мы оба прокляты!
Грудь Блейка поднималась и опускалась в такт его учащенному дыханию, и самое жалкое во всей ситуации было то, что какая-то часть меня предпочла бы заключить его в объятия.
– Понимаю, – глухо ответила я. – Желаю тебе счастья с Грейс.
Одно мучительное мгновение он ничего не говорил. Потом кивнул, от чего стало еще больнее.
– Я смогу понять, если ты сделаешь то же самое.
– Что ты имеешь в виду? – невольно я обхватила себя руками.
Блейк сглотнул.
– Ты должна отпустить меня, похоронить идею о нас. Жизнь продолжается, особенно для тебя. Возможно, меня скоро не будет, но ты…
– Стоп! Прекрати это. – Я решительно покачала головой. – Не притворяйся, что ты уже мертв. У нас осталось сорок два дня.
– Да, пожалуй. Тем не менее я не хочу, чтобы тебя что-то сдерживало.
– Сдерживало? – эхом повторила я.
– В плане других… парней. – Блейк громко выдохнул, ему было трудно подобрать слова. – Я знаю, что у Престона есть чувства к тебе. И если ты чувствуешь то же самое, тогда…
– Тогда что? Теперь ты даешь мне карт-бланш, чтобы у меня произошло что-то с Престоном, потому что ты целовался с Грейс? – мой голос становился все громче. – Что ты обо мне думаешь, Блейк? Что я могу просто включать и выключать свои чувства к тебе, как лампу в комнате? Что я соберу все, что чувствую, и просто выброшу в мусорку, только потому, что ты вдруг решил… – Я не могла заставить себя произнести остаток фразы. – Только потому, что ты вдруг решил полюбить другую?
Внезапно моя комната показалась мне слишком маленькой, чтобы находиться в ней с Блейком. Покачав головой, я вылетела в коридор мимо него.
– Джун! – То, как он произнес мое имя, еще больше увеличило хаос внутри. Я больше ничего не хотела слышать, не хотела ничего чувствовать, пока шла по коридору мимо картин с пейзажами, просто подальше от него, подальше от его глубокого голоса и еще более глубоких чувств, которые он пробуждал во мне.
– Джун, подожди!
Я уже почти достигла изогнутой лестницы в холл, когда его рука упрямо легла на мое плечо.
– Нам нужно поговорить об этом!
– Не трогай меня! – прошипела я и отшатнулась, чтобы оторваться от него или оттолкнуть от себя, а скорее и то, и другое. – Ты не можешь сначала предложить мне встречаться с твоим братом, а потом бежать за мной! Что с тобой происходит? – Я просто хотела уйти от него. Но в тот момент, когда он прикоснулся ко мне, это уже не имело никакого значения. Внезапно ничто уже не имело значения, кроме Блейка, который стоял сейчас так близко от меня, что я могла чувствовать его учащенное дыхание.
– Отпусти меня! – Все мое тело дрожало. Я сказала себе, что именно ярость заставила мои ноги ослабеть, а не желание вцепиться пальцами в волосы Блейка и прижаться к нему.
– Я не могу, – его голос стал хриплым. – Я хочу… но… – его глаза скользили по моему лицу.
При его взгляде все внутри меня сжалось. Два или три мучительных вдоха мы еще боролись с желанием, но потом Блейк рывком притянул меня к себе. Жар взорвался во всем теле. Ярость, боль, знание того, что мы не должны были этого делать, – все это стало неважным, вытеснилось ощущениями, которые Блейк вызывал во мне. Задыхаясь, я обхватила его руками. Через мгновение он прижал меня к стене напротив лестницы. Я застонала, когда его губы оказались на моих. Мои руки лихорадочно зарылись в его волосы, и все внутри меня превратилось в палящий жар, тянущий раскаленный след по телу, пока я погружалась в этот бездонный поцелуй. Это был поцелуй, первобытная страсть которого не оставляла места для рассудка. Поцелуй, за который, возможно, стоило даже умереть.
Пронзительный крик боли со стороны сада разрушил самоубийственные чары, окутавшие нас своей темной сетью. Испугавшись, я обеими руками оттолкнула Блейка, и он отшатнулся назад. Задыхаясь, я оперлась одной рукой о стену, в ужасе глядя на него.