Страница 75 из 86
– Что ж тут интересного? Смотри, ещё чесотку или чего похуже от своих "сокровищ" не подхвати! Перезаразишь нас всех, и всех твоих "редкости" даже на оплату больничных счетов не хватят!
– Ёрничай, смейся надо мной, давай, почему бы и нет! Кто я такой теперь? Обуза, бесполезный антураж успешной и самостоятельной женщины? Поделом, так мне и надо. А помнишь те монеты – ржавые, замусоленные, которые я нашёл на восточной окраине нашего города? Я выручил за них неплохие деньги, и наш сын получил место в престижном детском саду. А за счёт тех четырёх надломленных фарфоровых статуэток, которых я нашёл на крыше заброшенного дома, я смог купить тебе твоё первое меховое манто и посудомоечную машину, чтобы тебе было тепло и чтобы твои руки не старели. А затем было ещё много находок, и мы смогли позволить себе больше, чем рассчитывали, пока сами не стали на ноги. Но ведь поиск мифических кладов – это так инфантильно, а я мужчина, и потому стал продавать ненужный новомодный хлам. Ведь "продавец воздуха" является гораздо более импозантным в современном обществе, чем романтичный кладоискатель. Но ты всё равно никогда не насытишься, не будешь довольна и не станешь мной гордиться. Я давно уже смирился со своей участью незадачливого мечтателя–неудачника.
– Глупости, это пресловутый кризис среднего возраста. Все мы подходили к черте и все мы с этим справлялись. Тебе не нужно больше ничего искать, сейчас мы живём в достатке, и наше благосостояние будет только нарастать. Не понимаю, откуда у тебя такая тяга к старью? Накипело, не могу больше выносить запах полусгнившей ветоши!
– А разве тебе, дорогая, никогда не было интересно, откуда мы пришли, почему развивались так, а не иначе, и как творилась история? Меня трясёт от восторга каждый раз, когда я начинаю размышлять о том, кто, когда и почему владел тем или иным предметом, как сложились судьбы этих людей… Почему иногда действительно ценные вещи лежат в забытьи, а дешёвым безделушкам не могут снизить цену, выпихивая их на всеобщее обозрение в каждой витрине?
– Ха, следующая стадия наших дискуссий – бред сивой кобылы под лёгким шлейфом философии, – женщина игриво чмокнула мужа в лоб.
– Ты опять не принимаешь мои слова всерьёз. Ты никогда не принимала меня как равного. В этом всё дело. И каждый раз, начиная подобные разговоры, ты не слышишь меня и устаёшь от своей глухоты. Поговори же со мной хоть раз до конца, ты ведь меня когда–то любила!
– К чему ты клонишь, я и сейчас тебя люблю!
– Тогда послушай. Я хочу, чтобы ты поняла меня. Смотри, сейчас так модно вешать фотографии ретро–знаменитостей на стенку, и все бегут в магазины, скупая изображения забытых героев чужого времени. Возьмём, к примеру, нашего сына, он, безусловно, умный парень, но он совершенно не знает, кто были эти великие женщины – дивы, земные богини красоты, кокетливо осматривающие гостиную из–под стекла. Или кто были эти мужчины – герои, авторы бессмертных песен, заточённые в тонких настенных рамах. Нет, у нашего сына свои вкусы и интересы, соответствующие нынешнему десятилетию: вполне неплохие, вполне прогрессивные. Он не знает, кто стоял у истоков и не хочет знать, несмотря на то, что каждый день проходит мимо этих фотографий и каждый день окидывает их краем глаза.
Мой новый владелец был абсолютно прав. Пробыв около месяца в новом времени после случайного многолетнего заточения, я увидела, как изменилась Земля. Мир стал комфортным, свободным, даже раскрепощённым. И это было по–своему прекрасно. Жилища стали меньше, окна уже, а потолки ниже, но появилось какое–то особое стремление: оказалось, что грань не одна, а их множество и все, в равной степени, имеют место быть.
Я думала о том, как быстротечно время, как коротка память. Человечество с лёгкостью забывает своих кумиров, королей и посланников, на смену которым приходят новые и их так же обожают, даже с большим рвением. Лишь бы нас развлекали, лишь бы нас удивляли и даже шокировали. Вероятно потому, при зарождении очередной дивы или исследователя, первое поколение боготворит их, даже сходит с ума, второе вспоминает с уважением и восхищением, равняя на них современников, а третье с лёгкостью забывает. Люди вещают их портреты на стены, созерцают чужие лица годами не ради преклонения перед талантом и выдающимися вкладами в историю, а ради удачного интерьера. И так до следующего нового веяния моды. Получается, что знать, кто были эти герои эпохи, томно глядящие со стены и обрамлённые в замысловатые рамы, совершенно не важно. Всё потеряло значение: имена, деятельность, способ существования. Существенным осталось только то, насколько эти портреты гармонируют с вон той оранжевой вазой или чернённым журнальным столиком. И неужели это самое важное и привлекательное в когда–либо существовавших личностях и их удивительном наследии. Хозяева уютных жилищ, где вывешен портрет в самом центре гостиной, частенько совершенно не в курсе, кто была эта персона. Этим людям не обязательно знать: у них другой круг интересов, и их сложно обвинить в бесчувственности или отсутствии живого любопытства. Просто пришло другое поколение с собственными героями, которые не хуже и не лучше предыдущих, просто другие, соответствующие времени, месту и темпу жизни. И казалось в такие моменты, что люди с лёгкостью могут повесить у себя над головой древний предмет с вековым заклятьем, картины с дьявольскими мотивами, сценами жестоких расправ или покаяния и таким образом навлечь на себя беду, даже не осознав это. А потом бороться с чередой неудач заговорённой водой или наспех сварганенным талисманом от лжепрорицателей или лжежрецов. Забавно, ведь всё началось с довольно невинного желания – обустроить свой дом, добавить немного тепла и уюта. И потому следует, что нужно быть пытливым и интересоваться происхождением и предназначением каждой вещи, попавшей к нам под крыло.