Паутина

Построенный из бревен, темных, как и все вокруг, он напоминал углубление камина, измазанное сажей. На первом этаже стучала о косяк дощатая дверь, сверху и снизу скрепленная металлическими брусками. Точно такими же, но в разы меньше, были ставни на окнах второго этажа. Над ними возвышалась крутая треугольная крыша с кривой черепицей, покрытой трещинами. Наверху крутились два флюгера: один изображал скрещенные вилку с ложкой, второй — прямоугольник с чуть вогнутыми линиями, обозначавший подушку. Это был постоялый двор.

Справа расположилась конюшня, укрытая соломенной крышей. У широкого входа стоял коренастый юноша с русыми волосами, одетый в серую рубаху и заляпанные штаны. К нему-то и устремились путники, нетерпеливо пришпорив лошадей.

Оказавшись на земле, Эвита не смогла пошевелиться: тело будто одеревенело, а ноги с трудом удавалось держать вместе. Хотелось упасть и заснуть прямо здесь, и она с завистью рассматривала дорожные тюки, которые эльфы и Дэгни стаскивали с лошадей и клали под ноги. Служанка казалась на удивление бодрой… или это толстый коричневый плащ скрывал неповоротливость?

— Мы поедем в город, — заговорил один из стражей, указывая на длинную каменную стену вдалеке, — попробуем найти для тебя провожатых в Минас Тирит.

— Так дождь собирается, оставайтесь пока.

— Не известно, как долго он продлится, — эльф закинул на спину несколько тюков и пошел вперед, — а нам еще своих догонять.

Внутри таверны оказалось тепло. Вкусно пахло жареной курицей и тушеной капустой. К потолку крепились длинные доски, на которых держались свечи. Они освещали большое чистое помещение, заставленное круглыми столиками с двумя или тремя стульями у каждого. Вместо окон стены украшали выцветшие рисунки, изображавшие танцующих людей с лентами и с букетами в руках.

Посетителей было двое: лысый старик, держащий в руках глиняную кружку, и полный мужчина с черной щетиной и спутанными волосами. Одежду последнего покрывали грязные брызги, но они не скрывали красоту ярко-алого плаща и гладкой кожи сапог. Эльфы не заметили никакого оружия, а потому опустили тюки и ушли, обещав вернуться как можно скорее.

Вытирая руки о грязный фартук, к гостьям приблизилась пожилая женщина в чепчике, представившаяся хозяйкой. Велев подготовить комнату и отнести туда вещи, Эвита и Дэгни устроились за ближайшим столиком. Юркая девочка со светлой косичкой подала им блюда, две кружки пива, а также горшочек с тушеным картофелем и свининой.

Всю дорогу женщины ели только лембас, поэтому с аппетитом приступили к трапезе, хоть и не были голодными. Опустошив тарелки, они расслабленно откинулись на стульях, отхлебывая пива и время от времени опуская ложки в горшочек, содержимое которого никак не заканчивалось. Неожиданно Эвита заметила, что полный мужчина бросает на нее долгие взгляды и улыбается. Она чуть было не ответила, но вовремя спохватилась: нет, лучше не связываться с чужаками. По крайней мере, без стражей.

Отвернувшись, она запустила руку под плащ и коснулась уголка письма, лежащего во внутреннем кармане. Ей нравилось трогать его. Иногда казалось, что тонкая бумага даже источает тепло. А все благодаря словам, которые там написал Леголас:

«В Минас Тирите отдашь его эльфу Амандилу, — сказал он, вручая Эвите письмо, — это наш посланник в Гондоре. Он поддержит тебя первое время и найдет достойное занятие».

Такая простая вещь, но сколько в ней содержимого! Свобода… пока это было просто словом. Осознание еще не пришло, и женщина чувствовала лишь смутную радость, будто вот-вот произойдет что-то хорошее.

Велев Дэгни разузнать, как здесь можно помыться, она позвала хозяйку заведения и спросила, где находится комната. Затем поднялась на второй этаж, открыла третью дверь слева и зашла внутрь. Это оказалась простая, но уютная спальня с голыми стенами. Белый тусклый свет проникал через большое окно справа и освещал кровать, укрытую серым покрывалом. Дальнюю стену прятал мрак, из которого торчал угол стола и его деревянная ножка…

Дверь вдруг захлопнулась. Но сквозняка не было. Эвита хотела обернуться, но страх не позволил, заставив стоять без движения. Сердце будто замерло, руки похолодели, когда в темноте у стены показались два человеческих силуэта. Мужчины. Они чуть раскачивались, шагая вперед, а половицы скрипели в тишине.

— Мы знали, что вы остановитесь здесь, — раздалось над ухом, и женщина непроизвольно отшатнулась.

Мысли исчезли, и она уставилась на лицо того, что стоял сзади: обычный путник в темной мешковатой одежде. Светлые волосы, небольшая борода и спокойное лицо. Ничего тревожного, но что-то в нем было знакомо…

— А ведь мы почти догнали вас после гор, — мужчина усмехнулся, — скажи спасибо племени, которое вас спугнуло и заставило удрать. Мы вас потеряли, и решили ехать сразу сюда.

— Я тебя знаю, — сознание начало проясняться, и по телу пробежала дрожь, — ты служишь Маршалу из Волда.

— Ага. — Вновь ухмылка. Злая, обещающая неприятности. — Старик, конечно, сдает. Но вовремя догадался отправить нас следом.

— Зачем? — Неожиданно для себя Эвита рассердилась. — Почему он не может оставить меня в покое?!

— Не ори! — Мужчина подскочил к ней и схватил за локоть. Секунда, и она упала на кровать, слыша шорох соломенного матраса.

— Слушай, у меня есть драгоценности. Я отдам, только уходи! — взмолилась Эвита, садясь.

— Да мы их и так заберем, но ведь Маршал нас на куски порвет, если дело не сделаем.

— Какое еще дело?.. — Она вновь заметила два черных силуэта. Они приблизились. За окном вспыхнула молния, освещая лохматые волосы на головах и пуговицы на одежде.