Страница 18 из 19
Бесцельно побродив по улочкам Благородного города и распугав своим видом мелких воришек и бездомных бродяг, мы наткнулись на неприглядную изначально дверь с интригующей вывеской "Весёлая пастушка", над которой слабо горел масляный фонарь. За дверью обнаружили вполне обычную корчму, чем-то похожую на "Трёму", хотя они все между собой похожи, единственное отличие, чистотой она не блистала.
Внутри было тепло и пустынно, лишь в одном дальнем углу сидела небольшая компания, с внешностью располагающей к промыслу на большой дороге. Что-то часто мне стали попадаться на глаза представители данной профессии. А в противоположном от компании углу сидел кто-то неопределенного пола и расы с надвинутым на лоб капюшоном, приглушенно перебирал тонкими пальцами струны бандуры, выводя тоскливую мелодию мурлыча песню под неё. И только по голосу поняла, что это мужчина.
Ты была для меня той звездой
Что горит в темном небе.
Ты была для меня той тропой
Что вела из тьмы к свету.
Ловил слова любви мой слух. Этой балладе была не одна сотня лет, а из моды все не выходила.
- Чего изволите? - спросил корчмарь, проснувшись от звона колокольчика привязанного к двери, чтобы оповещать о прибытии клиентов.
- Вина, горячего, - сразу заказала я, пристраиваясь возле стойки, так было удобней наблюдать за компанией в дальнем углу.
- К нам не часто такие гости как вы заходят, - защебетал корчмарь, вытирая насухо только, что сполоснутые кружки. Видно не хотел ударить лицом в грязь, подавая вино в немытой посуде, боясь такого серьезного клиента, как наемник.
Вино было горячим, с пряностями, которые забивали вкус не слишком качественного напитка. И откуда в Благородном городе взялось это захудалое заведение? Неужто для прислуги?
- Вы к нам просто погреться аль по делу? Ищите кого-нибудь? - спросил корчмарь, внимательно рассматривая меня и Либку, стараясь запомнить каждую деталь нашей внешности, дабы потом вдоволь посплетничать о нас с другими посетителями.
- Погреться, - ответил Либка, надпивая вино, - а то ты не знаешь, что взбрело в голову нашему королю?
- Как же, как же. Слыхал.
Я в разговор не спешила вступать, предпочитая подслушать, о чём шепчутся типчики в укромном углу. Разобрать о чём они говорили, было сложно, мне мешали корчмарь с Либкой и музыкант в углу, поэтому до меня долетали только обрывки фраз. Из всего услышанного я смогла лишь четко отделить два понятия - рамирский колдун и оуданский орден. О том, что рамирский колдун, о котором говорила компания и колдун, которого встретила у "Трёмы" был одним и тем же человеком, я была твердо уверена. Что же такого он натворил, что за ним послали охотников-ликвидаторов из оуданской обители западных островов? Не позавидую я ему, когда они его найдут.
Неожиданно в корчме стало тихо. Смолкла музыка и разговоры. От двери потянуло холодом и мертвечиной.
Я отвлеклась от созерцания кружки и своих раздумий. Либка белее снега смотрел на дверь, туда же смотрел и корчмарь, который прибывал в состоянии близком к обмороку. Осторожно повернув голову, я поняла причину страха своего напарника.
Будь мои нервы не такими крепкими, корчму наполнил бы дикий, неистовый вопль принадлежащий мне. И никто не поставил бы мне его в упрек. На своем веку я много чего повидала и всегда могла хладнокровно оценить ситуацию, не теряя голову. Но это! Это было слишком!!!
Магам что заняться не чем, как выводить новый вид химер?!! А потом их убивать и воскрешать. Фу! Ну и запах! Прежде чем оживить это счастье они наверно держали его труп несколько дней в тепле, чтоб тело слегка разложилось.
Меня мутило от запаха, и я старалась дышать через раз. В основу этой химеры вошли медведь, тигр (не поленились же на юг смотаться), но что самое ужасное - человек. Мертвый человек.
Может его, вывел мой знакомый колдун и за это его и ищут? Мелькнуло у меня в голове, прежде чем эта тварь кинулась на нас.
Отреагировав по-звериному быстро, я извлекла меч раньше, чем химера достигла меня. Убивать её методом отсечения головы было не лучшей моей идеей. Чудище, замертво рухнувшее на и без того не слишком чистый пол, заляпало его темной кровью, от вони которой я чуть не хлопнулась в обморок рядом с трупом.
- Папаша, ты лучше вытащи её наружу и закрывай свое заведение, если хочешь жить. - Посоветовала я, переступив через труп, стараясь дышать через раз.
Корчмарь, обрадованный и раздосадованный одновременно (обрадованный тем, что в его корчму зашли наемники и спасли от гибели, а раздосадованный тем, что всё-таки придется вымыть пол), по-молодецки лихо перескочил через стойку, стал прикидывал, как бы половчее избавится от трупа незваного гостя.
Компания в углу быстро о чём-то зашепталась и, не став долго задерживаться, покинула корчму. Музыкант наоборот, отложив в сторону бандуру, предложил свою помощь в выносе тела.
- Бери его за ноги, а я за руки, - сказал музыкант корчмарю. Капюшон его плаща был откинут назад, высвободив копну рыжих волос, которые теперь падали на лицо молодому мужчине, пряча его наподобие вуали, - и вынесем его на двор, а то воняет до рвоты.
- Рида идем, - позвал меня Либка, - надо наших предупредить. Если есть, кого еще предупреждать.
Предупредить всех мы не успели. Волмеди вперемежку с новым видом химер прорвавшись в город, начали с беззащитных бездомных, а окончили нерасторопными стражниками, окровавленные тела которых наподобие сломанных кукол в неестественных позах лежали в залитом кровью снегу.