Страница 13 из 29
– Последние сводки орбиталов: твоя прелесть сегодня будет речь толкать. И моя будет. Как-никак король… Он не может проигнорировать непотребные фигуры на полях перед столицей.
– Опять инквизиция с ног собьется.
– Уже сбивается.
– Николя бы сейчас нам задвинул бы пятый пункт Инструкции по спуску на планету.
– «При важных массовых мероприятиях, проходящих в области пребывания наблюдателей, наблюдателям предписывается немедленно покинуть место проведения. В случае, если массовое мероприятие захватывает большую территорию, рекомендуется вернуться на станцию наблюдения и не покидать ее пределов в течение трех последующих дней».
…Пробиться сквозь недовольную толпу – дело не менее сложное, чем интуитивно почувствовать, что тебе на голову собираются выплеснуть содержимое ночного горшка. Но девушки старались. Джем проскальзывала между собравшимися юркой ящеркой, Бейн продвигалась с неотвратимой плавностью ледокола; обе вызывали позади шквал негатива. Приблизившись к мрачному заслону стражников, Джемма и Ориел с вожделением уставились балкон, на котором вот-вот должны были появиться король и глава инквизиции. Стражники же с подозрением начали присматриваться к странным девицам.
Поводов для публичного выступления у властей, по сводкам, было два. Бесовские круги перед столицей – это понятно, ну а главным же оказался конец войны с соседним княжеством. Судя по новостям, всего пару дней назад правителям, наконец, удалось договориться о спорных территориях, и теперь уже совсем скоро должно было состояться подписание мира.
Для девушек, имеющих представление о войнах в планетарных масштабах, такой конфликт казался смешным и мелким. Для Ардии, по словам Николя, который совершил восемь экспедиций в район сражений, даже это являлось трагедией, а мир – великой радостью.
– А во дворце наверняка вечером бал будет, – тоном Золушки, которая продала фею-крестную на органы, протянула Бейн. – Сколько бы материала удалось собрать!
– Или целый маскарад, – подхватила Джем, вглядываясь в высокие стрельчатые окна. – Вот бы как-нибудь попасть на такое мероприятие. Давно хочу написать о невербальном языке высшего света Ардии.
Ожидание затягивалось, толпа сзади напирала, стражники все больше мрачнели.
– Опаздывают, – буркнула Джемма.
– Короли никогда не опаздывают, – не согласилась Ориел. – Развлечем людей, пока нас окончательно не задавили?
– С удовольствием!
Свободное место вокруг девушек образовалось тут же, как по волшебству. Джем и Бейн уже давно заметили: что в этом королевстве, что в соседних была острая нехватка творческих людей. Песни пели те же, что десятки и даже сотни лет назад, театр кое-где имелся в зачаточном состоянии, абсолютно не развиваясь. Цирковые же труппы и совсем можно было по пальцам пересчитать. Поэтому, где только ни появлялись люди с музыкальными инструментами, им тут же оказывался почет.
Джемма, сдвинув брови к переносице, несколько мгновений размышляла, с чего бы начать. И Ориел совсем не удивилась, когда выбор подруги пал не на одну из задорных мелодий, которые отлично настраивали толпу на нужный лад, а вместо этого полилась безнадежно-тихая песня:
– Не улетай ввысь,
Не убегай вдаль.
Хоть по ночам снись –
Нежной тоской жаль.
Люди на площади замерли. С лиц исчезало напряжение и злость на наглых девиц, занявших самые удобные места; исчезали нетерпение и усталость. В глазах застывала одинаковая тоска – женщины, старухи и старики, совсем молоденькие девчонки и дети – мужчин в толпе почти не было.
– Будет в глуши лет
Жаркий огонь стыть.
Там, где тебя нет,
Я не хочу быть…[6]
Ориел, тихо вторя Джем, всматривалась в толпу и, видя, как многие украдкой, смахивают слезы, думала, что песня – отличный психолог и доктор, уж точно лечит куда лучше времени.
Бейн это по себе знала.
А Джемма, сделав пару финальных переборов и кинув на все еще пустующий балкон задорный взгляд, неожиданно резко сменила тональность. Заслышав слова «сатана» и «ведьма», люди сначала в едином испуге подались назад (стражники же наоборот поудобнее перехватили пики), но через пару фраз, сообразив, что настрой песни исключительно шутливый, принялись притоптывать в такт, подбодряя девушек веселым гулом и комментариями.
– Только есть одна проблема, – пела Джемма, жалуясь людям на горькую ведьминскую судьбу: – В город толком не войти: люди с криком…
– Ведьма! Ведьма! – театрально завопила Бейн, указывая на подругу пальцем.
– Разбегаются с пути, – продолжила Джемма.
Люди поддержали их хохотом и тут же, как по команде смолкли, устремив взгляды наверх. Джем, уже подозревая, кого увидит, и, помянув свою «удачливость», все-таки закончила припев:
– Плюнуть или каяться – кто же разберет?
Кто не испугается – в жены пусть берет![7]
И вместе со смеющейся Ориел Джемма повернулась к балкону, чтобы тут же пересечься взглядом с внимательным прищуром главы инквизиции. Судя по гневно поджатым губам, песню он отлично расслышал, оценил по достоинству и теперь размышлял, не следует ли расспросить менестрелей о мотивах, побудивших их исполнять такое, где-нибудь в пыточных застенках.
Король же смотрел куда более благодушно, да и вовсе мимо девушек. Его молодое лицо с крупными чертами обрамляла аккуратная бородка, русые с легкой рыжиной волосы спускались к плечам. Мощный, с отлично развитым плечевым поясом и гармоничным телосложением – он напоминал атлетов античности, на скульптуры которых любила засматриваться Бейн. Глядя же на короля, Ориел частенько мечтательно вздыхала: «Мой любимый цвет, мой любимый размер».