Паутина времени

Тот пленный герцог, которому предоставлен был выбор быть потопленным

в мадере или в хересе, вряд ли радовался своей свободе выбора.

Вильгельм Виндельбанд

 

Все, что наблюдала Маришка по дороге – запустение и тягостную тишину.

Покинутые деревни встречали троих путников тихим поскрипыванием распахнутых ставень и пылью, которая, как теплое одеяло, укрывала собой все вокруг. Юля и Крис рассказывали о подобном. Они уже встречали такое в прошлом. Теперь Маришка смотрела на это в будущем. Люди либо исчезали, будто бы и не рождались, либо бросали все нажитое и бежали в города, под ненадежную защиту стен.

Напуганная и подавленная девушка даже не сразу обратила внимание, что, кроме людей, исчезли и птицы, и звери, и даже насекомые. Лес, обычно наполненный шорохами, пением и жужжанием, сейчас был непривычно тих и сер.

– Неужели к этому можно привыкнуть? – спросила она у невозмутимого Криса.

– Привыкнуть? – переспросил император и почему-то усмехнулся. – Ты путаешь привыкание со смирением; это не наш выбор. Просто в какой-то момент устаешь бояться и опускаешь руки.

Откровение девушке не понравилось.

Хотя что ей вообще нравилось в этом жутком будущем?

Единственным ее желанием было вернуться домой и забыть все как страшный сон. Но нужно было быть смелой и терпеть. Чтобы в один день этот сон не стал еще более ужасающей реальностью.

– Что случилось с Эттами? – тихо спросила она.

Там, в настоящем, по осени должна была состояться ее свадьба. Смешно сказать, это даже немного пугало Маришку. Сейчас она понимала, насколько глупыми и надуманными были те страхи, что тревожили ее раньше. Если ее будущая версия быстро вернулась в свое время, значит, она еще немного успела пожить нормальной жизнью. И свадьба, и семья. Может быть, даже дети… как логичное следствие бракосочетания. Неужели она всех потеряла?

Крис немного понаблюдал за тем, как переменилось выражение лица Маришки: интерес сменился настороженностью, та, в свою очередь, превратилась в испуг.

– Этты исчезли одними из первых. Буквально через несколько недель после твоего возвращения. Насколько я помню, Элизабет вроде бы просила Василия уйти с ними… он рассказывал.

– Но Василий остался?

– Естественно, – тепло улыбнулся Кристиан, – иногда мне кажется, что он полюбил наш мир сильнее, чем многие рожденные здесь.

– В любом случае, именно исчезновение Эттов стало для нас первым звоночком, – присоединился к беседе Лад. – Если бы тогда еще хоть кто-то понял, что он означал. Точнее, не так. Мы знали, что разорвать временные петли у вас не получилось, но надеялись, что просто сможем продолжить жить. И отвечу на твой невысказанный вопрос: нет, свадьба не состоялась. Тэдар расторгнул помолвку в тот же вечер, как ты вернулась.

Маришка едва не задохнулась от обиды и резко ударившей по сердцу боли. Как так? Дару не нужна была сорвавшаяся кровопийца?! За что?! Однако следующие слова Криса отрезвили девушку.

– Не сказать, чтобы это событие как-то тебя опечалило. Кажется, ты, наоборот, была рада разрыву. Та, новая Маришка была чужая – жесткая, категоричная. С ней на первых порах было очень тяжело.

Полувампирка только кивнула, показав, что приняла информацию к сведению.

Тропа под ногами была пыльно-серой. Чем дальше они удалялись от условно жилых земель, тем сильнее изменялся лес вокруг. Казалось, что с каждым шагом медленно выцветают краски, утекая капля за каплей. Пока это было почти незаметно – даже нечеловеческое зрение Маришки едва улавливало эти перемены. Просто какое-то чутье внутри шептало, что их окружают только декорации.

Жизнь также покидала эти места.

– Когда вы, наконец, расскажете, что именно случилось?

Кристиан почему-то пожал плечами и промолчал.

Лад тоже потянул паузу, а затем ответил вопросом на вопрос:

– Думаешь, что стоит?

Девушка даже немного опешила.

– А как я иначе узнаю, что должна исправить?

Мужчины обменялись тяжелыми взглядами, будто бы решая, кому из них продолжать разговор.

– Хорошо, резонно. Давай просто попробуем мыслить логически, договорились? – Лад смотрел на нее сочувствующе. Как на маленькую наивную девочку, которая еще не подозревает, что детство уже закончилось и больше никогда ничего не будет просто.

Маришка неуверенно кивнула.

– Ты уже один раз… или даже не один, может, уже целый десяток раз перемещалась сюда. Это ведь временная петля – сколько она уже повторяется, вряд ли знают и творцы. Я так, например, не имею ни малейшего понятия. И легко догадаться, каким был твой первый вопрос, когда ты увидела, во что превратился наш мир. Предположения?

– Как это произошло? – девушка, наконец, поняла, почему Крис так резко замыкался в себе, и почему мужчины постоянно отводили взгляды.