Страница 38 из 146
Лад не успел договорить. От костров вновь раздались крики, на этот раз не гневные, а испуганные. Один голос – тонкий, женский – перешел на визг, а после резко оборвался. Мужчины одновременно сорвались с места. Ладони Криса замерцали холодным синим светом, а бывший творец выхватил два длинных кривых кинжала.
– Останься! – приказал император.
Маришка ослушалась. Ей не сказали, кто погиб, и ее душил ужас, что это могли быть герцог и Юля. Она не понимала, что происходит, кто с кем воюет и почему кричала женщина. Все вокруг было пугающим и чужим, и, не раздумывая, полувампирка бросилась следом.
Несколько палаток полыхало. Небольшой костер, на котором еще несколько минут назад мирно варился обед, разгоревшись, гудел, перебираясь все дальше, разыскивая новую пищу. А маги вместо того, чтобы быстро справиться с пожаром, разбегались в стороны.
Но не огонь оказался главной проблемой.
Вырвавшись на свободное пространство, Маришка остановилась. Среди перепуганных людей она потеряла Криса из вида и теперь озиралась, надеясь заметить знакомый плащ.
Опасность девушка даже не почувствовала, точнее, ее человеческая часть. Маришка продолжала, прищурившись, всматриваться в задымленное пространство, а в следующую секунду резко прыгнула вперед; перекатившись через голову, она мягко оттолкнулась от земли и отбежала на несколько шагов.
Там, где раньше стояла полувампирка, теперь скалилась тварь. Если бы Маришка промедлила – уже бы лишилась головы. То, что напало на нее, вероятно, не далее, как несколько минут назад было девушкой в потрепанной серой форме. Теперь же ощутимо деформировавшаяся челюсть демонстрировала жуткий оскал: тонкая кожа вокруг рта порвалась, повиснув ошметками и продолжая сочиться кровью. Глаза закрывала серая пленка, а в уголках собирался темный гной, который тварь часто смаргивала. Руки висели вдоль тела, будто бы из них разом выдернули кости, и только удлинившиеся на десяток сантиметров ногти подсказывали, что недееспособность конечностей – лишь видимость.
Сообразив, что имеет дело с нежитью, Маришка вернула нож за голенище сапога. Против нежити сталь, хоть и отличная, работы мастеров из общины ее отца, не работала. Впрочем, проблем с силами у девушки уже давно не было. Пусть она не могла обратиться к основам некромантии, чтобы умертвить монстра повторно, зато у нее было другое умение.
– Помоги, – прошептала девушка и улыбнулась, чувствуя, как стихия откликается на ее зов. Крошечные капли, конденсируясь из холодного осеннего воздуха, быстро скопились в ладонях Маришки.
И, заметив, что тварь приготовилась к броску, полувампирка плеснула ей в лицо созданную воду. Тонкой лентой стихия обвила шею нежити – та даже не заметила этого; тварь надвигалась на добычу, подрагивали ноздри, улавливая запах жизни. А в следующий момент Маришка резко сжала кулак, дернула рукой на себя, словно за веревку, и водная лента перерезала горло нежити, отделив голову. Но тварь не спешила умирать – руки слепо зашарили перед собой, координация была потеряна, и тело сделало неловкий шаг, завалившись в бок. Из разреза выплеснулась черная густая кровь.
Девушка не раздумывала. Она снова обратилась к воде, и та послушно подхватила голову нежити и кинула в разошедшийся огонь, а затем, также быстро закружив тонкими потоками тело, подтолкнула его навстречу жадным языкам пламени. Раздалось шипение, а в следующий момент тварь вспыхнула, словно хорошо просмоленный факел.
– Впечатляет, – раздался голос Кристиана.
Маришка с улыбкой обернулась. Она была рада даже такой похвале.
Император шел, чуть прихрамывая и на ходу снимая остатки плаща, который превратился в изорванные лохмотья. И с каждым его шагом пламя утихало, истаивая едким дымом. Кто-то из слуг кинулся к Кристиану, спеша подать новый плащ, в который Крис тут же закутался, зябко передернув плечами.
– Лад сейчас добьет последнего; всего получается шесть, – подсчитал он, остановившись рядом с Маришкой. – Много. Но было бы куда больше, если бы не ты. Спасибо, что ослушалась приказа.
Маришка немного смутилась, но заулыбалась еще шире и довольнее, пока Крис не закончил свою мысль.
– Я и забыл, как ты можешь. Наша Маришка давно перестала слышать стихию.
Улыбка погасла, как огонек свечи под ветром.
– Почему она… я предпочла кровь?
– Ей пришлось выбирать между своей человечностью и жизнью близкого друга. Кровь вампира исцеляет даже смертельные раны, но только если вампир инициирован.
Маришка слышала об этом и больше всего боялась когда-нибудь оказаться на таком распутье.
– И где она сейчас?
Девушка не знала, чего больше страшится – признания, что «их Маришка» мертва, или что просто отлучилась и вот-вот вернется? Кристиан еще сильнее закутался в меховой ворот, словно, несмотря на тепло поздней осени, его жалил нестерпимый холод.
– Она исчезла пару недель назад – ушла. Собрала вещи, зашла попрощаться и растворилась в вечерних сумерках. Мы не знаем куда, насколько… жива ли еще? Возможно, Риш подготовилась к твоему появлению: освободила временную линию, чтобы вы не пересеклись. Я не знаю. Могу лишь надеяться, что как только ты возвратишься в свое время, вернется и наша Маришка.