Страница 57 из 87
Неожиданно машина впереди резко притормозила, и Рунину пришлось вывернуть руль в вправо и поднимая клубы пыли ехать на краю дороги, пока снова не вернулся на свою полосу. Если в Рунине я была уверена, то в других водителях нет. Они могли в любой момент повернуть не включив сигнал поворота или как сейчас ни с того ни с сего резко притормозить. А мчась на скорости сто сорок километров в час, любая маленькая ошибка могла стоить нескольких жизней. Не представляю, какого сейчас Рунину, который из-за меня нарушал правила не только дорожного движения, но и свои личные.
- Готовься, - неожиданно произнес он и свернул на дорогу, ведущую в деревни Кулек.
Мне казалось, что сердце сменило место и теперь бешено билось в горле. Я дыша ртом, пыталась унять дрожь в руках и ногах. Слезы закапали на окровавленную футболку Рунина.
- Я не могу тебя оставить, - шепотом произнесла я.
- Можешь, - твердо произнес он, глядя в зеркало заднего вида. – Поедешь по этой дороге дальше, затем повернешь направо и выедешь на шоссе.
Он затормозил в месте, когда нас не стало видно с шоссе, и быстро вышел из машины, а я пересела на его место, но никак не могла заставить себя завести мотор.
- Черт возьми, Марина! – он хлопнул по капоту, заставляя ехать.
- Не могу! Не могу! – разрыдалась я. – Как я оставлю тебя? Как?
Рунин подошел к окну и посмотрел на меня глазами полных отчаяния:
- Мы же договорились.
- Знаю, прости меня, - всхлипнула я. – Но не могу я тебя оставить! Что они с тобой сделают?
- А с тобой? Ты о себе подумала?
Я не успела ответить. В этот момент к нам подъехали Патрол и Прадо, встав так, что я никак не смогла бы выехать не протаранив обе машины.
- А вот и долгожданная развязка! – оповестил о своем присутствии Антон. – И сейчас я расскажу, как все будет.
Пятеро парней встали в нескольких метрах от Рунина.
- Сначала мы сделаем из тебя калеку и урода, - довольно продолжал Антон, глядя на Рунина. – А затем мы все вместе поиграем с твоей подружкой. И если повезет, ты будешь в сознании и все еще видеть, то станешь свидетелем всего веселья.
Меня еще больше затрясло от страха и замутило. Я посмотрела на Рунина, который не повернулся даже взглянуть на Антона и его дружков, а все это время не сводил с меня глаз, в которых не было ни страха, ни упрека.
- Но возможно мы договоримся? – продолжал говорить Антон. – Ты отдашь нам девчонку без лишних разговоров, а мы тебя за это лишь немного попинаем. Ты разукрасил мне лицо, не могу же я оставить такое безвозмездно. Даю пять минут на подумать!
Я опустила окно, чтобы поговорить с Руниным без преграды.
- Я боюсь, - прошептала я, не мешая слезам стекать по щекам.
- Не бойся, - спокойно ответил Рунин. – Я умру, но тебя никто не тронет и пальцем.
- Их пятеро, - обреченно сказала я.
Рунин печально улыбнулся уголком рта.
- Кирилл… - начала я и замолчала, не зная, как закончить.
Он, выждав минуту, отвел взгляд.
- Подними окно и заблокируй двери, - тут же посерьезнев, произнес он и отдал мне свой телефон. – Если надо будет, угробь машины, но рви отсюда.
Я последовала его указанием, и захлебываясь в слезах, не могла отвести взгляда от Рунина. Он не мог сравниться с ними. Сейчас Антон и его дружки, казались мне настоящими отморозками, которым избить до полусмерти раз плюнуть. А Рунин выглядел холенным домашним мальчиком, который и мог, что только отдавать приказы, сидя у бассейна, попивая коктейль. Даже то, что он избил Антона, не давало ему шансов отбиться от всех. Кому вообще такое под силу?!
Зазвонил телефон, но не мой, а Рунина, высветился Булкин, я дрожащим пальцем провела по экрану.
- Киря, мы на месте, ты где?
- Это Марина, - всхлипнула я. – Мы уехали, пытались оторваться. Но не смогли. Их пятеро. Он… он…
- Успокойся.
- Ты что не слышал их пятеро! – возмутилась я, пораженная тем, что он совсем не беспокоился за друга.
- Вы где?
Я объяснила дорогу в деревню Кулек.
- Скоро будем, - сказал он и отключился.
Я опустила окно и крикнула:
- Булкин скоро будет!
Я надеялась, что новость о подмоге, спугнет Антона и его дружков.
- Пока они доберутся, от тебя останется кровавое месиво, - рассмеялся Антон. – Так, что скажешь на мое предложение?
Рунин никак не отреагировал ни на мои слова, ни на Антона вопрос. Он был сосредоточен и будто делал какие-то вычисления.