Страница 25 из 203
— Какой?
— Полагаю, они решили устранить людей, чувствуя опасность. Они теперь прекрасно понимают всю нашу сущность и знают, что мы никогда не признаем их право быть личностями. Они поняли, что если люди узнают о своей ошибке, все гиды будут немедленно уничтожены. Поэтому они, как всякие разумные существа, борются за свою свободу и жизнь.
— О… — только и смогла сказать Ася. — Но ты откуда это все знаешь? И насчет лаборатории сразу догадался.
Лондон покачал головой.
— Все сложно. В моей голове хранится столько всяких знаний… Обрывки их всплывают в самый неожиданный момент. Я увидел лабораторию и сразу понял, что лайнер — это исследовательский институт. Но откуда я это знаю — сказать не могу. А насчет роковой ошибки, о том, что эксперимент вышел из-под контроля, мы догадались только сейчас… Вернее, Лис догадался.
Тот услышал свое имя и обернулся.
— Я нашел! — радостно закричал он.
Лис быстро подошел, оживленно потирая руки. Ася впервые с момента их встречи видела его таким воодушевленным.
— Все-таки люди подстраховались на случай непредвиденных обстоятельств, — начал он без всяких предисловий. — Я нашел некий звуковой код.
— Звуковой код?
— Примитивная мелодия, которая полностью парализует их волю. Они пытались стереть эти данные со своих материнских плат, но я сумел их восстановить.
И тут Лис, словно волшебник, достал из кармана пальто флейту. Только тут Ася заметила, что одет он был совсем иначе, чем на пляже. И нашел ведь время переодеться в этой суматохе! Приложив флейту к губам, он выдул несколько нот, которые сложились в незатейливую мелодию. Асе в этой мелодии отчего-то почудилась обреченность.
— Флейта? — приподнял бровь Лондон. — Твоя?
— Моя.
Видимо, давать объяснения по этому поводу Лис не собирался, однако взглянул на Лондона исподлобья, словно ожидая от него других вопросов. Но тот лишь дернул плечом.
— Теперь мы можем парализовать их волю? А дальше? Каков план? — сказала Ася нетерпеливо. — У тебя ведь есть план?
— Да, — помедлив, согласился Лис. — План есть. Через четыре часа лайнер долетит до первой планеты… Лайнер рассчитан даже на такие непредвиденные случаи, как гибель экипажа, поэтому, если не поступит иных распоряжений, он переключится в автоматический режим и будет действовать по протоколу. Он совершит посадку на всех трех планетах, а потом отправится в обратный путь. Думаю, что мне придется высадиться на первой же планете. Мне и нескольким тысячам свихнувшихся гидов.
— А эта первая планета?.. — спросил Лондон.
— Солея.
— Планета морей? — уточнила Ася. — Это замечательно! Ведь будь это Юна, они бы все погибли, ведь песок для них губителен. Они ведь разумные, значит, живые немножко. Да?
— Да, — подтвердил Лис. Лондон промолчал, отвернувшись.
— У нас четыре часа, — после паузы сказал Лис. — Времени очень мало для того, чтобы собрать их всех, поэтому приступим прямо сейчас. Держитесь рядом.
Он решительно направился к выходу из лаборатории, встал у дверей, ожидая. Ася и Лондон не заставили себя долго ждать, хотя у Аси буквально ноги подгибались от волнения. А если сигнал не сработает? Ведь у них не было возможности его проверить.
— Готовы?
Лис поднес к губам флейту, Лондон положил ладонь на панель, открывающую дверь, и когда раздались первые звуки мелодии, надавил на нее.
Створки дверей втянулись в стены, и Ася едва не вскрикнула: прямо перед ними висели в воздухе серые шары. Все выпустили щупальца и были готовы атаковать. Но не атаковали. Они покачивались и крутились на месте, словно одурманенные звуками флейты. Лис медленно пошел вперед, не переставая играть, остальные шли за ним. Ася не заметила, что крепко сжала руку Лондона, но тот не сопротивлялся, наоборот, сжал ее руку в ответ. Море серых шаров расступилось, пропустило людей вперед, а затем, сомкнувшись за их спинами, двинулось следом.
Так начался их четырехчасовой марафон по всем палубам, всем помещениям огромного круизного лайнера. Времени было в обрез, они шли так быстро, что у Аси постоянно кололо в боку, а перед глазами время от времени начинали вертеться темные круги. Но она понимала, что Лису еще тяжелее, он все это время продолжал играть на флейте, потому что, прервись он хоть на секунду, контроль над чуждым разумом был бы мгновенно потерян.
Они шли, и за ними как будто текла серая река: все гиды, которых они встречали на своем пути, услышав мелодию, загипнотизированные, вливались в общий поток. Один раз Ася обернулась и решила больше этого не делать: этой серой реке не было конца.