Страница 24 из 33
- Везде-то я не был. А так, по виду, сильно удивительна Царь-пушка с ядрами. И ещё мне очень нравится большое паникадило в Успенском. Я видел, как его возжигали на Пасху: свечи в нём большие-большие и фитили от них соединялись между собой белым шнурком, а свободные концы опускались вниз. Незадолго до пения: «Хвалите имя Господне…» из Царских врат важно вышел с посохом архиерей, за ним иеромонахи со свечами. Они подожгли концы паникадильных шнуров, огонь побежал по ним наверх и Собор разом осветился морем света. У всех от такого благолепия дух захватило! Это ж надо - такая красота!
- Паникадило это интересно тем, что было отлито из серебра, которое казаки отбили у французов, когда те бежали из Москвы. Тогда ими было украдено множество старинной драгоценной утвари. Вот из этого-то серебра и был сделан светильник. У него и название есть: «Урожай».
- Надо же! – удивился Ипатов – Чего он только не знает! – подумал он о начальнике.
- А мне, представьте себе, больше всего нравятся кремлёвские стены и башни. Могу надоесть, рассказывая о том, как они строились да перестраивались и какое имели назначение в разные времена. Ну-ка, мил-человек, - обратился Собакин к вознице, – остановись-ка здесь ненадолго.
Извозчик осадил, разбежавшуюся было лошадь, прямо у Александровских чугунных ворот на углу Кремля.
- По слабости человеческой хочу перед вами похвастаться предками, – сказал Вильям Яковлевич, указывая на остроконечную угловую кремлевскую башню. - Видите, перед нами Угловая Арсенальная башня. Возведена она в 1492-ом году при Иване III мастером Солари. Первоначально башня имела семь рядов бойниц и потайной выход к реке Неглинке. В её глубоком подвале до сих пор сохранился колодец-родник с чистейшей водой. Предназначение этой цитадели: охранять переправу через речку Неглинку к торгу на Красной площади. Позже, для бо́льшей безопасности нижние ряды бойниц заложили, и весь низ укрепили расширяющимся цоколем. Видите, какая у неё широкая юбка? Потом, по приказу Петра I вон те, верхние бойницы, расширили и установили в них артиллерийские орудия. Руководил работами мой предок, который при Петре Алексеевиче управлял всей русской артиллерией, кою так уважал сам государь.
«Вот оно что, – подумал Ипатов. – Теперь понятно, чем он гордится. Кто-то из его предков близко находился рядом с царём Петром. Что ж, бывает. Дворяне тогда все служили, не то, что нынче».
- Башня получилась на удивление прочная и устойчивая, – между тем продолжал Вильям Яковлевич. – В 1812-ом она выдержала подрыв французами здания Арсенала, которое находится прямо за башней, в Кремле. Взрывной волной снесло только верхний шатер с дозорной вышкой. После войны его восстановили. А рассказываю я это вам потому, что со времен её возникновения и до постройки в 1817-ом году упомянутого мною Арсенала, эта башня называлась Собакиной. В смысле: Собакина башня. Раньше, на месте Арсенала стоял двор бояр Собакиных – моих предков. В то время царским повелением вменялось в обязанность тем, чьи имения прилегали к территории, где возводились городские укрепления, следить за порядком на стройке, помогать общему делу людьми и всяким строительным материалом. Это была почётная обязанность знатных бояр перед городом. Были и такие, кто уклонялся от такой чести из-за расходов, которые, хочешь – не хочешь, приходилось брать на себя. Собакины немало потрудились на благо устроения каменного Кремля и помогали строить не только эту башню, но и прилегающие к ней стены. Мои предки мостили дороги в самой крепости и поставляли за свой счёт опытных каменщиков для возведения соседней, Гранёной башни. Вон той, что находится за гротом Александровского сада. Собакины помогали её надстраивать в виде сложного многоступенчатого верха. Она и доныне выглядит так же, как тогда.
Ипатов в восхищении перевёл взгляд с башен на своего начальника.
- Вильям Яковлевич! А я-то думал… У меня нет слов! Выходит, ваши предки так отличились перед городом, что народ посчитал возможным увековечить вашу фамилию в истории Москвы!
Собакин довольно хмыкнул.
- Ну, положим, собора по этому поводу не созывали, но видимо фамилия так срослась с башней, что это, прямо скажем, неказистое название закрепилось в людской памяти надолго. Между прочим, в нашей семье существует предание о том, что при возведении этой самой башни, Собакины совершили внутри неё древний обряд заговора-оберега крепости и замуровали где-то там дорогое воинское вооружение[24], неоднократно бывшее в ратном деле. Считается, что до тех пор, пока эта охранная крепь-кладка находится в башне, ничто не сможет ей навредить, что собственно мы и видим. А оберег всего Кремля, насколько я знаю, находится под Водовзводной башней. Она тоже угловая и находится со стороны Каменного моста. И ещё интересный факт. Уже в царствование Петра I, когда, как я уже говорил, укрепляли основание Собакиной башни, мои предки, по какой-то веской причине, спрятали где-то в ней или неподалёку, целый ковш, или как раньше говорили – братину, золотых монет.
- Ух, ты! Вы можете его отыскать и озолотиться, – воскликнул Ипатов. – Почему же вы до сих пор не попытали счастья? Ведь этот ковшик принадлежит вам по праву.
- Что вы! Даже мысли такой не было. Мой вам совет: старайтесь никогда не гоняться ни за какими кладами, даже, если их спрятали ваши родственники. И, особенно, это касается старинных кладов. В прошлом ни один из них не был спрятан без особых заклинаний против похитителей. Тёмная сила таких заговоров сохраняется без срока давности. Вместе с золотом можно получить в довесок такие несчастья, что мало не покажется. Исключение составляет только клад, который сам даётся в руки. Что касается меня, то, я лично, - не нуждаюсь. А потом, мне даже приятно думать, что где-то здесь, неподалеку, в древней земле Кремля лежит золото моих предков.