Страница 68 из 96
«Таких больших картин я еще никогда не писал», — вставил Аарн.
«Вот именно! — согласился Эллерт. — Это первое доказательство. Ты напишешь их! И две из них в скором будущем подаришь мне, именно те, которые я видел вчера».
«Он сошел с ума, — озабоченно прошептал Лотар Фреттелю. — Может быть, тебе стоит осмотреть его».
«Я лечу органы, а не сумасшедших», — сухо ответил врач. Эллерту это не помешало продолжать.
«Сначала я, конечно, ничего не понял. Осмотрел картины — они вобщем-то великолепны, Аарн, и пошел дальше, остановился перед календарем. Вы знаете, у меня всегда стоит на столе большой календарь-еженедельник. Я отмечаю в нем все договоренности и время встреч. Сегодня на нем написано: Джонни, Аарн, Лотар, Фреттель. Я посмотрел на календарь. Что, как вы думаете, я увидел?»
«Не имею представления, — пробормотал Лотар. — Давай, говори!»
«Дату! Было 17 ноября 1973 года».
Джонни начал смеяться. Он потянулся за бутылкой, сделал большой глоток и отдал ее обратно. Он хохотал до слез.
Фреттель не смеялся.
«Это правда? — спросил он. — А что произошло?»
«Очень просто: мое почти нечеловеческое желание перенесло меня в будущее. На два с лишним года вперед. Но — и это самое удивительное — не мое тело. Сначала я думал, что это так, но потом вдруг заметил, что какая-то другая воля противоборствует моей. Это была моя собственная воля, как я смог вскоре установить. В будущее попал только мой разум, а в тело проник Эрнст Эллерт, старше меня на два года. Его глазами я видел и воспринимал то время, которое еще было для меня впереди. Я участвовал в его воспоминаниях, но мне не удалось подчинить его моей воле. Тем не менее, я знал, что в этот вечер должна состояться обычная встреча, но с одним исключением, как гласил календарь. Этим исключением был я сам. Я получил отпуск и потому мы смогли перенести наш вечер».
«Отпуск?» — удивился Джонни.
«Это другая история, — возразил Эллерт. — Во всяком случае, я могу вас успокоить: в 1973 году мы все еще будем живы. Не будет войны, но произойдут большие изменения…»
«Теперь я знаю, что с ним, — торжественно перебил Лотар. — Он сходил к ясновидцам».
«Может быть, есть какая-то взаимосвязь и с этим, — невозмутимо согласился Эллерт. — Но я вижу, вы не верите моему рассказу…»
«Конечно, нет. — Фреттель кивнул и улыбнулся. — Но она очень занимательна. Я с нетерпением жду изюминки».
«Изюминки?»
«Конечно! Должен же быть какой-то эффектный конец!»
Эллерт закурил сигарету. Его лицо стало серьезным.
«Здесь нет эффектного конца и нет изюминки. Эта история просто правда. Доказать Вам?»
«Было бы мило с твоей стороны», — согласился Лотар. Фреттель и остальные поддакнули. Они с нетерпением ждали.
«Я сейчас попытаюсь посетить нашу следующую вечеринку. Другими словами — я сейчас же скажу Вам, что произойдет через восемь дней, или иначе говоря, что случится за это время. Я прислушаюсь к разговору в виде постаревшего на две недели Эллерта, чтобы рассказать вам об этом. В течение будущей недели с вами случится то, что я вам предскажу. Согласны?»
«Конечно. — Фреттель усмехнулся. — В то время, пока твой разум будет находиться в будущем, я обследую твое тело. Может быть, я обнаружу какую-нибудь разницу и тем самым добуду доказательство».
«Что-то я не верю, — с ехидцей заметил Аарн, — что ты обнаружишь разницу».
Эллерт не обращал внимания на возникший спор. Он уселся глубоко в кресло, закрыв глаза и не шевелясь. Его дыхание было спокойным и равномерным. Фреттель ждал каких-либо изменений, но их не было. Через некоторое время его терпение кончилось, и он постучал Эллерту по груди.
«Ты уже начал?»
Эллерт не ответил. Он спал и не давал себя разбудить. Фреттель послушал пульс, проверил другие части тела, но они были такими же, как у спящего человека, только этот сон был глубже, чем любой, виденный врачом ранее.
«Уже пять минут, — сказал он и посмотрел на часы. Джонни тоже посерьезнел. Он посмотрел на Лотара и Аарна.
«Ну что?» — спросил Аарн.
«Я целую неделю был в будущем, — прошептал Эллерт с отрешенным видом. — Ровно одну неделю, начиная с этой секунды. В течение пяти минут. Но, к сожалению, я не могу вам сказать, что с вами произойдет, потому что я не встретил вас. В следующую пятницу мы не встретимся у меня, так как меня здесь не будет. Я нашел свое постаревшее на восемь дней тело, но не в Мюнхене».
«А где же?» — поинтересовался Джонни.
«В Азии. Точнее говоря, в пустыне Гоби. Как я там окажусь, я, конечно, не знаю. Мне стоило большого труда раздобыть газету, чтобы по крайней мере сообщить вам, что случится через восемь дней. Должны же вы иметь доказательства. К сожалению, газету нельзя было принести с собой, потому что материя не может перемещаться во времени. Но я прочел некоторые сообщения».
Эллерт чувствовал, что остальные воспринимают все, как некую игру, его короткий глубокий сон сбил их с толку. Монро насмешливо произнес: «Хотел бы я знать, как ты окажешься именно в пустыне Гоби. Ведь там приземлился этот космический корабль американцев».
«Именно. — подтвердил Эллерт. — Через восемь дней я буду стоять перед Перри Роданом».
«Захватывающая история, — согласился Лотар. — Я думаю, ты сделаешь из этого один из твоих фантастических романов».
Они засмеялись. Только Эллерт остался серьезным.
«Через несколько дней вы уже не будете смеяться. Боюсь, между небом и землей действительно существует много больше вещей, о которых мы не догадываемся. Послезавтра состоятся выборы. Я уже знаю результат. Привести его вам в качестве доказательства?»
Фреттель прищурил глаза.
«Конечно — если это не окажется случайностью».
Эллерт покачал головой.
«Результат выборов может быть случайностью, но не тот факт, что победивший в тот же вечер падет жертвой инфаркта. Выборы будут повторены четыре недели спустя».
В полной тишине Аарн задумчиво пробормотал:
«Телепатия, телетранспортация, телекинез — а теперь еще и телетемпорация. Путешествие во времени с помощью разума…»
«Телетемпорация! — восторженно воскликнул Фреттель. — Аарн, ты придумал новый термин. А ты, Эллерт, изобрел новый вид паранауки».
Эллерт бросил на него сердитый взгляд.
«Открыл, дорогой Фреттель, а не изобрел!»
26.
Перри Родану показалось, что он только на секунду закрыл глаза. Когда он снова открыл их, вокруг ничего не изменилось. Рядом с ним в кресле индоктринатора сидел Булли. Его лицо выражало целую гамму неописуемого восторга.
Индоктринатор! Теперь Перри знал, как действует этот прибор. Сообщаемая информация шла через позитронные усилители и соответствующие подводы к нервам головного мозга, воспринималась ими и вводила в головной мозг, где накапливалась в расширенном центре памяти. Ее в любой момент можно было при необходимости вызвать.
У пульта управления стоял Крэст.
«Можете вставать, — сказал он спокойно. — Гипнообучение успешно завершено. Вы оба получили одинаковое образование, но мне показалось целесообразным дать Вам, Перри, некоторое преимущество, в том числе и в отношении Реджинальда Булли. Имеющаяся у Вас до этого способность моментально перестраиваться в неожиданной ситуации была улучшена. Эта способность необходима Вам для осуществления наших совместных планов».
Перри откинул волосы со лба.
«Пока я ничего не замечаю».
«Каков квадратный корень из 527076?»
«Семь тысяч двадцать шесть — а почему Вы спрашиваете?»
Перри назвал число так спокойно, будто речь шла о чем-то само собой разумеющемся. Только, когда ответ слетел с его губ, он вдруг побледнел. Он уже встал и теперь стоял, покачиваясь. Булли схватил его за руку.
«Я знаю это…»
«Ваш мозг считает со скоростью света, если можно так выразиться, — объяснил Крэст. — Вы считаете подсознательно. Ваше сознание будет Вам необходимо для более срочных заданий. Теперь Вы убедились, что в Вас произошли изменения?»