Пилигрим

Когда немногие выжившие в первых столкновениях стали понимать, что конец предрешен, их взоры обратились за пределы родной системы. Оставалось бегство. Наши предки не хотели быть рабами. Горстка отважных отправилась в путь. Такова история исхода, после которого наступили годы полета. На корабле сменялось не одно поколение, прежде чем потомки первых беглецов достигли новой звезды. Нам очень повезло: в системе Вольф имелась подходящая для заселения планета. В преданиях эта легендарная эпоха значилась как Годы Рассвета. То был сложный период, все висело на волоске, наше положение было еще очень шатким и мы еще были очернены присутствием машин, без которых не могли выжить. За нами могли последовать. И легко уничтожить. Поэтому мы торопились застолбить клочок земли и окопаться там. Мы должны были сохранить себя как вид живых существ. Мы прятались, как звери в норе. Но шли циклы, наш народец обосновался на планете и стал потихоньку развиваться. Именно в те годы первый из потомков звездных проходчиков провозгласил Доктрину Жизни, суть которой сводилась к полному отказу от помощи машин. Потому что развитие машин приведет нас к новой войне. И поэтому мы вернулись к жизни, к самой нашей сути, к тому, из чего мы состоим. Наша наука стала изучать живую материю, законы ее существования и способы ее изменения. Останки звездолета были разобраны и закопаны глубоко в землю, а упоминание о прошлом каралось строжайшим наказанием.

Это была новая эра. Мы далеко продвинулись в области биологии и химии. Во-первых, восстановили многообразие биосферы родительской планеты. Почти все животные и растения были выращены заново. Часть животных мы подвергли улучшению. Мы разгадали первичный код жизни. Затем, мы пошли еще дальше - научились создавать синтетическую жизнь и специальные живые организмы, необходимые для решения определенных задач. Генный код стал кирпичом, из которого мы могли строить все, что захотим. Были созданы бактерии, которые перерабатывали углекислоту в кислород, могли жить в вакууме, генерировали химические процессы, помогали нежным растениям адаптироваться в трудных климатических условиях. Мы даже создали живую ткань, которая могла имитировать атомный синтез! Появлялись биорекаторы, биомашины, биотранспорт. Наконец у нас получилось создать материал, по прочности не уступающий стали. Это позволило нам выйти в космос на первом биокосмолете и создать новое оружие. Поэтому, когда АйИ показался на границах системы, в чем сомнений и быть не могло, мы дали ему отпор. Это было трудно, этот период назывался Темными веками, но Община с честью отстояла свой дом. Машины убрались восвояси. Победа далась нам очень дорого. Наша раса испытала ряд внутренних потрясений. Часть бионов – так назывались братья, изменившие свой код – выступила за то, чтобы умножить свое могущество за счет расширения области познания, ведь разные области знания дают разные возможности. Но их посчитали еретиками и объявили на них охоту. Результат репрессий точно неизвестен, говорят, все бионы уничтожены, в чем лично я сомневаюсь. Думаю, они затаились и готовят революцию. Наше общество ожесточилось, стало нетерпимым и суровым. Наше общество консервативно, наш Генерал состоит в симбиотической связи с информационным центром – специально выращенным мозгом Биосом, который связан нейронной сетью с ключевыми комплексами на планете. Что-то вроде матки в муравейнике. Иногда я думаю о том, что мы приходим к тому же результату, что и древние, хоть идем по другой дорожке. Взять хотя бы этот мозг! Чем он лучше АйИ? Но за подобную ересь мне быстро отпилят голову. Поэтому приходится помалкивать…

С тех пор прошла где-то тысяча циклов, и наступил век, в котором мы живем. Существовало одно ограничение – мы не хотели менять самих себя. Хотя вполне могли это сделать. Поэтому наш внешний вид, с поправками на местные климатические и прочие физические условия остался прежним. Таковы основные моменты истории Общины.

Теперь о главном. Этот аппарат был обнаружен нами на одной из запасных трасс, на границе владений АйИ. Поэтому, по понятным причинам, к его появлению отнеслись очень враждебно. Но, увидев его, я догадался, что мои соплеменники глубоко ошибаются. К сожалению, аппарат решили уничтожить. Я не могу допустить это – долг ученого говорит, что его следует сохранить и отпустить, куда должно. Поэтому я внес кое-какие изменения в конструкцию посланца, надеюсь, это поможет ему угнаться за скоротечными переменами в мирах и найти адресат. Предполагаю, что предки хотели донести весть не нам, а кому-то другому. Ведь получается, что мы, отдаленные потомки тех предтечей, невольно обнаружили то, что адресовалось другим.

Я мог бы сказать, что являюсь патриотом и судьба Общины для меня превыше всего. Нет, я сперва разумное существо, понимающее цели и средства, которыми таковые достигаются. Сегодня Община процветает, а завтра от нашей цивилизации не останется и следа. Поэтому, что бы ни случилось, аппарат должен уцелеть. И пусть он захватит по пути частицу нашей эпохи. Пусть другие Говорящие знают, что был такой народ в летописи миров Спиральной пустоты…

Запись закончилась.

Другие записи, их было семь, содержали примерно ту же информацию, с разными вариациями: живое существо передавало краткую информацию о себе, о своей расе, об истории своей расы, краткие сведения о социальном и физическом устройстве, условия жизни и обстоятельства, при которых был обнаружен зонд древних землян. …И причины, по которым отпускают Вояджер в новое плавание.

Эриданцы удивились – почему-то во всех семи случаях зонд умудрялся продолжать полет! Ни одна из рас не оказывалась достаточно решительной для его задержания или демонтажа. Од-оз выдвинул предположение, что причиной тому было генетическое родство разумных существ: все они, с теми или иными вариациями, имели один общий корень, следы которого обнаруживали при осмотре Вояджера. И, руководствуясь какими-то сходными побуждениями, отправляли модуль дальше. Это подтверждала и последняя, седьмая запись.