Песчинка

У подчиненных Юшенг появились вопросы, но никто не стал их озвучивать – они искали ответы самостоятельно, ведь не сомневались в женщине, а твёрдо знали, что она никогда и ничего не делает просто так.

Поднимался из подвала я действительно усталый, вымотанный, так что прикидываться мне не пришлось. Все, кого интересовало моё возвращение, видели покачивающегося инфернала с полным комплектом бледности кожи, с легким синеватым отливом, пустым стеклянным взглядом, нетвердой походкой. Видя такого меня никто не стал приставать или дёргать, хотя в тех отголосках эмоций, что я ощущал на тот момент, почти все хотели задать вопросик-другой. Уже поднимаясь по лестнице я отметил, что младшие девочки вполне себе подружились: Габби, Кирико и Момо собрались в сторонке и шушукались, провожая меня взглядами. Хотелось просто выключиться, как лампочка, но я собрал остатки решимости и воли, и, всё же, посетил душ. В какой момент ко мне присоединилась Лиззи, я не понял, но мне ласково помогли в душе, обтерли мягким пушистым полотенцем, и довели до кровати. Я уже вообще ничего не соображал, лишь на автомате прижал к себе большую мягкую подушку и отрубился.

Проснулся я от того, что чувствовал чужой настойчивый взгляд. Потянул носом воздух и тут же определил, кто рядом со мной, а приоткрыв один глаз, убедился. Лиззи лежала на боку, подпирая голову рукой, и разглядывала мое лицо. Судя по ясному взгляду, девушка уже давно проснулась, но оставалась рядом, за что я ей был крайне благодарен: её присутствие, тепло души, стали для меня привычны и приятны, рядом с ней я могу успокоиться, расслабиться.

– Давно не спишь? – спрашиваю, всё так же держа открытым лишь один глаз. – Нет. – девушка улыбнулась. – Вруша. – бесцеремонно притягиваю к себе свою блондинку и зарываюсь лицом в растрепанные волосы, сегодня пахнущие молоком. – Чем ты занимался? – дыхание девушки обожгло кожу шеи, а потом меня еще и укусили. – Защитой семьи и дома. – говорю чистейшую правду, ибо крайне не люблю лгать. – Заканчивал внутренний защитный периметр дома.

Это на самом деле так. Вместе с Кином и Момо мы устанавливали камни-якоря, после я запустил управляющее ядро, но защита ещё не была завершена, в смысле, внутренний периметр. После возвращения из Франции я задержался в подвале еще на пару часов, вливая собранную моим предприятием магию в ядро, а после подключая контуры активных щитов и комплексов заклятий сокрытия, незаметности, отвода взгляда, а также «Мистический дом». На данный момент энергии хватает только для перечисленного, да и то «Дом» можно активировать лишь раз, и при выходе из этого режима через десять часов, придётся технику создавать заново, ибо энергию съест всю, без остатка, а это означает разрушение комплекса плетений. Да, не идеально, но уже сейчас это очень хороший шанс спастись, в случае чего, ибо клон-копия дома будет выглядеть как настоящий, и даже фантомы жильцов будут в наличии, а потом произойдёт взрыв, ну, типа хозяева решили покончить с собой, и самоуничтожились. Какой никакой, а шанс спасения есть, пусть и сценарий – так себе.

– И что же ты там такое накрутил? – меня царапнули по груди, не сильно, так, игриво. – Ничего особенного или удивительного, пока что нет. – провожу ладонью по шелковистой коже спины блондинки вверх, и плавно опускаю руку вниз. – Если тебе интересно, можешь расспросить Момо – эти сведения тебе доступны. – А какие недоступны? – девушка приподнялась и посмотрела мне в лицо недовольным взглядом. – Кроме меня и Момо никто не сможет спуститься в подвал, стало быть, никому кроме нас недоступны алтарь дома и системы защитных/скрывающих комплексов. – видя крайнее недовольство Лиззи, тут же объясняю, чтобы не зародилась обида на ровном месте. – Такая магия всегда кодируется на кровь и оттенок магии, а после – на иерархию, прописанную в уставе рода. Без полного введения в мой род, попасть туда не сможет никто.

Тут есть поправочка. Я могу разрешить кому-то пройти со мною, иначе как тогда вводить в род, если ритуал проводится на родовом алтаре? Но многие до этого не додумываются. И ещё одно: как я уже говорил, я создал отдельный алтарь-ядро для этого магического особняка, и им же дом будет управляться и защищаться, то есть систему может контролировать Момо, как дух дома, и я, как хозяин. А вот когда я создам родовой алтарь, подключу ядро дома к родовой магии, но лишь как «младший модуль», не «главное устройство», как любят делать в Европе.

– И ты введешь меня в свой род? – девушка снова опустилась, улегшись прямо на меня. – Несомненно. – ответил я быстро, без раздумий: это решение уже давным-давно обдумано и принято. – Просто подожди. – Хорошо… – тихо ответила блондинка. Несколько минут мы просто молчали, наслаждаясь присутствием друг друга, а потом Лиззи снова заговорила. – Я как-то раньше мало обращала на это внимания, – девушка щелкнула ногтем по широкому браслету у меня на руке. – но у тебя довольно много украшений… – Это всё артефакты… – действительно странно, что мы как-то не говорили на эту тему. – Хочешь себе что-то такое же? – Хмммм… – Лиззи явно задумалась, а я её не торопил.

В общем, на ближайшие дни у меня намечен отдых, ну, и совсем несложные дела, хотя, нужно еще проведать…

Эти несколько дней прошли для Гарри будто одним мигом. В некоторой степени, даже немного обидно: столько хорошего навалилось разом, столько замечательных вещей удалось увидеть и почувствовать впервые, и всё это за какие-то десять дней. За всю свою жизнь Гарри испытал примерно столько же, сколько за эти дни. Но ярче всего, волшебнее, стала встреча с Арлет. О, стоило их взглядам пересечься, парня будто прошибло молнией, а в сердце появилось нечто ранее неведомое, неизведанное, приятное. Будто кусочек его души окрасился в цвет этой зеленоглазой шатенки, и навсегда стал принадлежать только ей одной. Однако, о первой любви Поттер слышал, а также знал, что чаще всего первая влюбленность остаётся безответной. И как же он был рад, когда Арлет сама весело ему подмигнула, открыто улыбаясь, а после утащила его в уютное кафе, в котором они просидели несколько часов. Они говорили, смеялись, шутили, делились забавными историями, и им не было скучно, казалось, они нашли в друг друге часть себя о которой даже не подозревали, но тут же узнали и признали свою вторую половинку. Что, как не магия, эта встреча? Судьба? Не важно, – эти вопросы совершенно не интересовали Гарри, но он, как наставляла учительница, создал пару несложных заклинаний, и если бы он был очарован каким-либо образом, то его «Люмос» изменил цвет на красный (магия), или зеленый (зелья), но шарик света так и остался бело-жемчужным. Арлет повторила за ним те же чары, широко улыбаясь, а после ещё и похвалила, рассказав пару весьма поучительных историй на тему ненастоящей любви.

К сожалению, верная Хедвиг осталась в Британии, а каждый раз бегать в отделение почты было крайне неудобно. [Гарри даже не подумал, что в гостинице можно было заказать буквально любые услуги, в том числе и незамедлительную доставку корреспонденции с помощью эльфийской магии.] Он опасался, что может потерять связь с этой девушкой, поэтому, недолго думая, отправился в Гринготтс и снял со счёта золота достаточно, для покупки комплекта сквозных зеркал. А потом он купил ещё и зелий для восстановления сил после своих уроков. Таким образом, они всегда могли связаться друг с другом, назначить время и место новой встречи, или просто общаться поздно вечером и ночью, тихонько переговариваться во тьме, наслаждаясь голосом с лёгкой хрипотцой и обворожительным акцентом.

Но сегодня выдался крайне важный день. Вообще, как объяснила Арлет, девушка приводит парня домой для знакомства с родителями далеко не сразу, но их случай пусть и не уникален, но довольно редок. Взаимная, настоящая любовь с первого взгляда, притом, что они даже не знали фамилий друг друга, или увлечений – просто увидели глаза своей пары, ощутили магию, и всё было решено. Уже позже Гарри узнал, что Арлет, оказывается, окончила Шармбатон в прошлом году, а сейчас играет в квиддич в самой настоящей команде, пусть и не самой известной, но не ниже уровня «Пушек Педдл». Парень, услышав возраст девушки, вообще не отреагировал, а вот за то, что она профессиональный игрок – очень сильно зауважал. А после, в процессе общения, она узнала, наконец, кем же является её Арри. К шоку парня, во Франции его портрет, как и двух других парней, не печатали. Упоминали, да, даже рассказывали о них троих, но колдофото на передовой странице было только Флёр Делакур. В общем, они очень активно знакомились, а потом Арлет взяла, и выпытала у Гарри цель прибытия, а также выяснила, что же за «уроки» он посещает. Парень крайне стеснялся, боялся, что любимая осудит распутство, и даже сам начал думать, что теперь, когда у него появилась Арлет, стоит прекратить посещать свою учительницу. Однако, девушка одобрила такого друга, решившего позаботиться о правильном сексуальном воспитании младшего товарища, раз этим не озаботились старшие, а также крайне настойчиво рекомендовала учиться всему, что сможет дать учитель – это им обоим пригодится в будущем. От этих слов у Гарри по внутренностям разлился жар, ему захотелось вновь обнять и поцеловать Арлет, а в душе поселилась крепкая уверенность, а ещё ожидание.