Песчинка

Я даже не отрицаю, что моё описание сложившейся ситуации с теперь уже Принцами несколько непоследовательно, но у меня железные оправдания: я на нервах из-за неожиданности, я растерян и мне сложно осознать, что можно вот так вот взять, и перевернуть направленность рода. Чтобы осознать это, мне требуется время и покой, но с этим оказалось трудно, ведь Хогвартс никто не отменял, а девушкам не то, чтобы можно туда возвращаться, им нужно это сделать, ведь жить они будут здесь, в Британии, то есть и общаться с местными гадюками им в любом случае тоже придётся.

Ритуал проводился посреди недели, так что как-то подготовиться, или просто успокоиться после случившегося, у нас всех почти не получилось – день, именно столько девочкам разрешили пропустить, да и то, с кучей недовольных словечек и взглядов. Нет, Хогвартс продуман хорошо, даже отлично, ведь если запустить все предусмотренные основателями мощности замка, то даже продовольствие здесь будет собственное, а не только некоторая его часть, и я уже не говорю о том, что изначально предусматривалось в теплицах выращивать всё необходимое как для себя, так ещё и на продажу, чтобы имелись ещё и собственные деньги. Да, всё это продумано хорошо, ну, и в общем задумано тоже, но вот в такие моменты как наш, это несколько неудобно, в смысле, сложно найти оправдание для прогула. Ну, как бы там ни было, а когда сестрёнки вернулись в школу, то просто не могли не привлечь к себе всеобщее внимание. Вернее, сначала их даже и не узнали вовсе, и только в Большом Зале люди поняли, что случилось что-то из ряда вон выходящее. Студенты шумели, ну, не все конечно же, ведь не всем было интересно… хотя вру, к кружкам и прочему дети попривыкли, так что начали снова искать развлечения на стороне, а Принц Парвати, и Принц Падма не просто стали новостью, так ещё и усладой для множества глаз. Смешно было смотреть, как «самцы» сделали стойку на этих красоток, особенно, когда Парвати непринуждённо держала меня под руку. Многие местные «мачо» и так были крайне не довольны мною, а теперь и подавно. С другой же стороны, в эмофоне от девушек разливалась нарастающая агрессия, а особо мощный луч направила на меня одна блондиночка пламенной природы. Позже, конечно же, всё устаканилось, но несколько часов веселья, пока новость не разошлась, пережить пришлось.

Флёр оказалась очень ревнивой. Можно было и догадаться об этом, если бы я только нашёл время задуматься над этим вопросом, чего, естественно, не делал, а теперь же с удивлением обнаружил, какой девушка бывает в настоящем гневе. Странное дело: я ведь ей с самого начала говорил, что она не будет у меня одна, к тому же Флёр уже знакома со всеми, почти, претендентками на места в моей семье, но обнаружив постороннюю девицу, вейла сдерживаться не стала, и закатила мне настоящий скандал, да ещё пыталась пощёчин отвесить… именно, что «пыталась». Вид у девушки в момент, когда она собиралась наказать «изменника», был потрясающий: Флёр зарумянилась, от волнения она дышала часто и тяжело, от чего грудь высоко вздымалась, раз за разом привлекая к себе внимание. Небесные глаза сверкали драгоценными камнями, а опасный прищур и приподнятая верхняя губка придавали ей животной опасности, этакой угрозы. Персик! А как она сопротивлялась, когда я поймал её руки, и прижал вейлу к себе! Даже лягаться пыталась! Шипела, ругалась, угрожала! Скажу как на духу: с подобным я встретился впервые за свою жизнь, и уж не знаю почему, но её вид меня очень возбудил, хотелось побороть её, доказать свою силу и превосходство, хотелось, чтобы она это признала, и чтобы вся эта неукротимая красота сама покорилась мне. Я даже не заметил, когда и сам начал скалиться, а в груди разгорался пожар от предвкушения овладеть этим голубоглазым пламенем. Хорошо, что вовремя зашла Луна, и одним своим присутствием прочистила мне мозги, а то, боюсь, совершил бы ошибку… но от борьбы это Флёр не спасло, и я даже не отказал себе в удовольствии хорошенько пощупать свою невесту, под гневное сопение, ругательства и смущенный писк. Даже когда уже «победил» её, а она «сдалась», ещё несколько минут оглаживал стройные ножки – к этой части женской красоты у меня особая тяга, а у Флёр ножки очень красивые и приятные…

А на следующий день Флёр мне позировала в том своём платье, которое надевала на обед в карете. Ради наблюдения за процессом создания очередного полотна, в моей гостиной собралось немало народу, даже Габби прилетела порт-ключом, и все три часа неустанно оставалась у меня за спиной, отслеживая каждое моё движение кистью. Я как-то ради интереса даже узнавал, сколько времени и сил занимает работа у простых художников, так что мои три часа это так – мелочь, ведь бывает, картины пишут месяцами. В этот раз Флёр получилась несколько высокомерной, холодной, но от этого ещё более красивой. Её красота казалась неприступной, далёкой, не для простых людей, а взгляд принадлежал если не королеве, то уж принцессе точно. Небесные глаза превратились в две льдинки, диадема из белого золота гармонично подчеркивала статус, а выражение лица логически завершало образ. Габби просила тут же написать и её портрет, такой же, и спасибо Флёр, что она отговорила младшенькую выносить мне мозг, ведь именно «такую» её написать не получится ещё несколько лет. А Трэйси во всеуслышанье предложила попозировать мне обнажённой, чем реально шокировала народ, особенно смешно краснели Гарри и Рон, которые вместе с Невиллом тихонько держались слегка в стороне, но и не слишком отделялись от остальных. Пошумели, посмеялись, да и вообще хорошо провели время, пока не наведалась МакГонагалл и не разогнала мышей по углам: мол скоро комендантский час начинается. До него было ещё полтора часа, но перечить ей никто не стал, тем более, дело было в пятницу, а на субботу был назначен поход в Хогсмит, на который у всех имеются свои планы.

– Здравствуйте, леди. – чинный полупоклон женщинам, которые ещё очень хороши, и при желании вполне способны соблазнить любого мужчину. Да, в семействе Блэк все наделены особой красотой, которая сохраняется довольно долго. Что Андромеда, что Нарцисса – женщины в «самом соку», и я не буду мужчиной, если не признаю их зрелую привлекательность и сексуальность, а ведь они ещё и умеют себя подать, умело пользуются своими женскими хитростями. Страшные женщины, в хорошем смысле этого выражения. – Вы прекрасны! – говорю женщинам совершенно искренне. – Добрый день, мистер Хошино. – улыбнулась Нарцисса, Адромеда за ней повторила, но сдержаннее. – Рада, что вы так быстро откликнулись на моё письмо. Надеюсь, я не отвлекаю вас от каких-нибудь важных дел? – Всё в порядке, – перед нами на столике выставили чайник, чашки и пироженки, после чего разносчица ушла, а мы, все трое, каждый по очереди, установили свою магию против прослушки. Мощные купола я не использовал, только контур искажения звука за пределами внутреннего пространства. – Итак, я весь во внимании. – Ах, эта молодость! Порывистость! – наигранно-восхищенно произнесла Нарцисса, обращаясь к Андромеде. – Эта неуёмная энергия, жажда действия! – совсем короткая пауза, и меткий выстрел глазами в меня. – Совсем не желают провести время со взрослыми… – тяжелый вздох, от чего мантия натянулась, и неплохо так привлекла внимание к очень неплохой груди. – Да, – согласилась Андромеда, вроде как беседуя с сестрой, но взгляд на меня бросила. – Мы уже совсем не те, что были раньше: нам бы спокойно посидеть за чашечкой чая, да повспоминать минувшее… – Леди, – широко улыбаюсь. – тот, кто не признаёт вашей красоты – слепец, и удел его смотреть только себе под ноги, никогда не поднимая головы. – Все вы, молодёжь, так говорите… – блондинка взмахнула ухоженной ладошкой, тяжело вздыхая. – А на самом деле торопитесь нас покинуть, скучно вам с нами… – женщина покачала головой, но то, как сёстры переглянулись, я заметил. – Мой Драко стал таким непоседой, они вместе с Рэйчел всё время в движении, и это несмотря на её беременность. – я духовным взглядом пробежался по женщине, и приложил немало усилий, чтобы подавить усмешку. – Не сказал бы что скучно, – нет, на самом деле подобные люди, в смысле старомодного воспитания, действительно скучны, они быстро стареют душой, и уже в тридцать им ничего не надо, кроме тихого дома, горящего камина, чашки чая в пять и свежей газеты утром. Эти люди будто спешат выполнить какой-то план, а когда стандартные пункты заканчиваются, они успокаиваются, складывают руки, и просто ждут своего конца. Пришлось изобразить на лице мыслительный процесс. – Я думаю, британцы слишком ограничены своим домом и заботами. Вы будто закрываетесь от мира стенами своих домов, и пока вы ещё молоды, вы вынуждены двигаться в силу разных причин, но когда обретаете своё место, вы, подобно деревьям, пускаете корни, и сидите на одном месте. – И что бы вы порекомендовали такому «старому дереву»? – приподняла тонкую бровь блондинка. – Я вижу перед собой максимум, два молодых деревца. Что же до рекомендаций, то сначала ответьте мне: как вы развлекаетесь? Кроме скучных обедов-ужинов, да приёмов-балов раз в неделю или месяц, как ещё вы проводите своё время? – Хм… – женщины переглянулись. – Путешествия, даже в ближайший лес, любой вид спорта, танцы, даже можно записаться в какой-нибудь клуб танцев в Лондоне – их как грязи, и публика там вполне достойная, пусть и маглы. Выбор на самом деле, очень широкий, просто нужно осмотреться, и выбрать то, что вам по душе, а следом можно и молодое поколение подтянуть, и вот вы уже вместе проводите время, вам не будет скучно, найдутся общие темы для разговора. – отпил чая, ожидая ответа. – Так очевидно, а я даже как-то и не думала о подобном. – задумчиво протянула Нарцисса, поворачиваясь к сестре. – Нужно это обдумать. – Андромеда с ней согласилась, и судя по глазам женщин, они серьезны.