Песчинка

От опытного взгляда не укрылось то, как паренёк, совсем ещё молодой, осмотрел его одним взглядом. Обыватель никогда не поймёт того, что по этому взгляду понял Степан. Они ещё даже не успели поздороваться, а пожилой маг уже отбросил несколько вариантов ведения беседы-переговоров с этим молодым человеком. Дальше последовало приветствие и пожатие руки. Ещё несколько заготовленных вариантов ушли в утиль, ведь далеко не каждый маг постоянно носит на руках перчатки именно в целях защиты, а не потому, что «так принято». Мужчина заметил, как в белом материале перчаток поблескивали тонкие частицы то ли вплетённых волокон, то ли порошкового покрытия, но магию оно глушило намертво. Что ж, этот человек уже заслужил того, чтобы подать ему руку. С другой же стороны, он неожиданно беспечен в плане защиты не от опосредствованного вреда, а прямого контакта, ведь захоти он сейчас, и буквально за секунду пронзил его сердце клинком, от которого не защитит ни волшебная кольчуга гоблинской работы, которые так популярны у европейцев, ни магловский бронежилет. Короткий взгляд на бумаги на столе заинтересовал несколькими названиями – эти редкие травы Степан Григорьевич был бы не против приобрести для мастерской своей увлекающейся внучки, но об этом можно будет поговорить и потом, если они найдут общий язык. Ведь пусть род Хмуровых и желает мести, и даже должен наказать Долохова, это не означает, что глава рода пойдёт на какую-нибудь абсурдную сделку себе в убыток. Давыдов, сообщив об этом неожиданном предложении кое-что рассказал ему и о японце, но информация далеко не цельная, довольно фрагментарна, да и сам парень действует местами странно, так что точный портрет составить не удалось, от чего и говорить нужно как обычно – оценивающе, с оглядкой.

– Прежде всего я бы хотел убедиться, что предмет торга действительно у вас. – после приветствий тут же взял быка за рога пожилой маг. Передавать инициативу в руки пацана он не собирался. – Сразу к делу, да? – ровно спросил парень, затем пожал плечами. – Сундук в углу комнаты, – он кивнул на сундук, с которого до этого взгляд буквально соскальзывал. – на нём стандартный набор зачарования.

Старый маг кивнул помощнику, и тот быстро удостоверился, что «товар» настоящий, подтвердив основательную проверку с помощью артефактов на магию и зелья одним кивком и выражением глаз.

– Хорошо, – мужчина кивнул, однако, не отводя от собеседника глаз, внимательно изучая его. – в таком случае, у меня имеется несколько вопросов, и я хочу получить на них ответы прежде, чем мы начнём торг. – японец приподнял бровь, но на этом и всё, а весь же его облик выражал нейтральное дружелюбие. Не знай Хмуров того, что ему открыл Давыдов, да не наведи он справки по собственным каналам, он бы даже поверил, что этот молодой человек даже не подозревает, насколько на данный момент сложна и неоднозначна ситуация. – Во-первых мне интересно, каким образом вам удалось получить этот товар. – мужчина кивнул в сторону снова закрытого сундука. – Насколько мне известно, до недавнего времени этот субъект находился в магической тюрьме, а потом умер, и его похоронили по стандартной процедуре. – короткая пауза, глоток горячего чая, приготовленного помощником. – Один факт нахождения в этом месте официально мёртвого преступника из террористической организации уже поднимет множество вопросов у местной полиции, поэтому я хочу услышать ваш ответ. – Ну-у-у-у, – подросток показательно задумался, поднимая взгляд к потолку, и полностью ломая образ, тем самым вскрывая свой непрофессионализм в притворстве. – на самом деле я не думаю, что в этом номере может появиться полиция, авроры или ещё кто-то посторонний…

«Естественно, – усмехнулся про себя Хмуров. – даже если кому-то и взбредёт в голову устроить неожиданный рейд, то и у него самого, и у его людей, как сопровождающих, имеются дипломатические документы, причём, как магловские, так и магические, так что в этот номер посторонние смогут войти только с разрешения, его, Степана Хмурова, разрешения. Но откуда об этом знать пацану, который пытается играть во взрослые игры? Нет, набираться опыта – это важно и полезно, но не следует лезть туда, где могут не просто прищемить нос, но ещё и голову оторвать. А потому, пацан, если ты будешь послушным, то добрый дедушка Стёпа даже не будет слишком строгим…»

– …но даже если такое произойдёт, то ничего страшного не случится. – парень пожал плечами. – А как же проблемы с законом? – усмехнулся маг, которому действительно было интересно: это глупая подростковая самоуверенность, или у пацана есть план? – О каких проблемах вы говорите, Хмуров-сан? – показательно удивился парень, и Степану пришлось признать, что в этот раз ложь он бы не распознал, не знай о ней заранее. – Простецы ничего не увидят, да и волшебники тоже, ведь в местной магической полиции мало действительно сильных или умелых личностей, а те, кто таковыми являются, не бегают по подставным доносам-вызовам.– парень сделал паузу, явно заметив что-то в глазах пожилого мужчины, и продолжил. – Но если, всё же, эта роковая случайность произойдёт, то как самый крайний выход – рунная цепочка испепеления действует всего десять секунд, а поглощающий круг скроет все следы, так что даже самый внимательный и умелый маг обнаружит лишь следы какой-то магии, и на этом всё и закончится.

Мужчине хотелось усложнить моделируемую ситуацию, добавить драмы и шпионских игр с вербовкой перспективного агента самыми жёсткими методами, но сдержался: зачем накалять ситуацию, если всё то же можно узнать и без всего этого? Не являясь садистом по натуре, Степан Григорьевич не всегда выбирал самые жестокие методы, только тогда, когда это было необходимо, так что появившиеся мысли он просто отодвинул в сторону.

– Хорошо, пусть будет так. – мужчина кивнул, вроде как признавая подготовку парня достаточной, но на деле этот план довольно легко разрушить, и способов на самом деле немало, но и об этом он думать будет, возможно, позже. – Далее меня интересует ваш выбор: вместо того, чтобы не ввязываться во все эти проблемы, вы, молодой человек, решили заняться торговлей людьми. Для вас это нормально?

Нет, мурашек у Степана Григорьевича не было, или холодка по коже, всё же, жизнь его испытывала разными способами, повидал он многое, и во многом принимал участие. Поэтому, когда в глазах подростка буквально на несколько секунд появилось что-то… «что-то», мужчина только незаметно напрягся. Бросаться в бой – не лучшее решение в его возрасте, и с его ответственностью, но защититься от первой атаки, а после быстро скрыться – это также требует определённой сноровки. На самом деле мужчина был не готов увидеть оскорблённую гордость в этом «перекати-поле», в каком-нибудь представителе имперского клана из Высшего Круга – да, но не в этом щегле, оттого и удивился, пусть и незаметно. Однако, следует отдать должное парню, чувства проявились только в его глазах, да и то – ненадолго.

– Мы, Хмуров-сан, называем людьми разных существ. – нейтральным тоном заговорил японец. – Людей от животных отличает поведение, разум. И я не говорю о животных из леса, я говорю о тех двуногих, у которых отсутствует разум, и в человеческой оболочке живёт совсем не человек. – короткая пауза и прямой взгляд глаза в глаза. – Я таких никогда не считал за людей, соответственно, никогда не считал аморальным продать или купить на рынке собаку, свинью, или курицу. А раз между ними нет различий, так почему я должен относиться к ним иначе?

Усмешку мужчина и не думал скрывать: сравнить сильного, опытного мага-боевика, которого в молодости тренировали серьёзные специалисты из уважаемого рода, с курицей – это за гранью добра и зла. Тут даже не сразу понятно, пытается ли пацан столь завуалировано оскорбить род Хмуровых, или здесь именно то, что он сказал? И спросить нельзя, ведь это автоматически проводит линию: подумал об этом – значит, сам допускаешь оскорбление, озвучил вопрос – расписался в признании, и оба это будут понимать, но и докопаться не к чему, ведь парень всего парой слов уйдёт в несознанку, но ситуация останется ещё худшей. По многим причинам. В то же время и проигнорировать это высказывание нельзя, ведь это тоже знак: резко обрывает тему, значит опасается перехода к этой теме, а опаска – это неуверенность в себе, что тоже знак слабости, признание первой догадки. Если задуматься, то в этом высказывании можно найти далеко не одно дно, и каждое из них обязательно будет фигурировать в чем-то важном, вроде гордости рода, или политических взглядов. Хмуров сомневался, что пацан рассчитывал затронуть сразу СТОЛЬКО смысловых слоёв, и его, старика, забавляло, ведь будь у него такое желание, он бы мог эти слова вывернуть под таким углом, что пацан сам бы просил у него извинений на коленях. Но, как уже упоминалось, крайней степенью садизма или приступов жестокости у Степана Григорьевича не наблюдалось, поэтому эта усмешка выражала все его мысли, но он совсем не рассчитывал, что подросток разберётся в них всех.