Песчинка

Услышанное совершенно не обрадовало Сириуса. Даже больше – у него росло непреодолимое желание бежать, и если бы не ошейник, его бы уже и след простыл. Ну, он так думал. Белла же хоть и была недовольна вскрывшимся деталям плана парня, но вынужденно признавала в нём логику. Раньше, она бы, вероятнее всего, устроила настоящий скандал с кучей испорченного имущества и даже телесными травмами от одного намёка запереть её где-нибудь. Теперь же, её взгляд на жизнь изменился, да и мнение об этом парне было одним из лучших. В том разговоре женщина узнала, ЧТО на самом деле сделал Сора ради неё и её рода, в какое положение себя поставил, и это не могло её не впечатлить. Она даже не слышала о подобных ритуалах, да и сильно сомневалась, что кто-либо из современных британцев согласился бы подвергнуться подобной опасности в обмен на что-то… ну, даже сложно выразить эти эмоции словами. Условия проведённого ритуала просты и жестоки: маг обращается к Магии, просит Её о снисхождении к роду, за который он поручается. Далее в ходе ритуала магическим способом происходит зачатие дитя, которому маг должен стать если не отцом, то крёстным, наставником, и обязан вырастить и воспитать его должным образом, чтобы в определенном возрасте ребёнок смог выдержать неопределённое испытание, доказать своё право на главенство над собственным родом, и только после этого обязательства считаются выполненными. Если что-то пойдёт не так, то и маг-поручитель, и подопечные получают наказание. И если подопечные отделываются сравнительно легко, то поручитель принимает большую часть отката на себя. Насколько жестоким может быть наказание – парень говорить не стал, но вот Афири рассказала, что ей известны две истории, когда условия не были выполнены, и маг-поручитель жил больше трёхсот лет в старом, дряхлом теле, лишённом магии, счастья и удачи. Честно признаться, Белла и сама бы не решилась на подобный шаг, в отличие от одного японца она умела взвешивать риски (с совсем недавних пор). С другой же стороны, женщина успела заметить и ум парня, и его умение думать и делать выводы, так что и плата за подобный ритуал должна быть сравнительной опасности, и ей очень хотелось знать, на что же Сора рассчитывает.

– Можно просто наложить «обливиэйт». – пожала плечами женщина, отодвинув в сторону посторонние, не касающиеся данной ситуации мысли. – Это заклинание даёт стопроцентную гарантию только в случае с простецами. Если же на мага наложить «обливиэйт», то есть немалая вероятность, что умелый мастер менталистики сможет вскрыть «узелок» воспоминаний. – В Британии таких мастеров больше нет. – женщина снова пожала плечами. – Последним был Тёмный Лорд, но его больше нет, так что опасность, считаю, надумана. – К вашему сведению, Леди, всем нам известный Северус Снейп был мастером менталистики, как и его учитель, Альбус Дамблдор. – Сириус лишь усмехнулся на эти слова: нет, ну что за бред? Будь директор мастером менталистики, он бы носил перстень мастера. – Кроме того, я уверен, что у Министерства имеются свои профессионалы, которых тщательно скрывают. Тем более, у меня есть свидетельства колдомедиков, которые осматривали мистера Блэка в Азкабане. – нет, ну что за бред? Его никто и никогда не осматривал. Сириус снова усмехнулся. – Ну, да, это стандартная мера. – кивнула Беллатриса, вызвав недоумение у Сириуса. – Я помню те несколько визитов, они так ждали и надеялись на нашу скорую гибель… – женщина улыбнулась, слегка мечтательно. Сириус же проигнорировал волну мурашек на собственной спине, пытаясь понять: зачем его обманывают столь очевидной глупостью? – Так вот, специалисты обнаружили следы вмешательства в разум Сириуса, а последняя проверка, буквально за неделю до его побега, показала, что кто-то очень умелый и опытный основательно «почистил» ему память, похоже, он даже не помнит, что его посещали медики. – Беллатриса и Сора перевели взгляды на сбитого с толку Блэка, который отрицательно покачал головой, ещё не до конца понимая, зачем подтверждает слова японца. – Вот, видите? К сожалению, в медицинской комиссии не было специалистов высокой категории, чтобы определить более точно «почерк» мастера, покопавшегося в голове Сириуса, а сейчас это делать уже бесполезно. Но я предполагаю, во вмешательстве участвовали министерские специалисты: они хотели запутать мысли потенциально опасного и проблемного узника, а также создать следы вмешательств в память, чтобы любые его свидетельства хоть под клятвой, хоть под зельями, не имели ценности для суда, то есть его нельзя было оправдать. Не будь этого вмешательства, вытащить Сириуса из Азкабана, да ещё и потребовать просто астрономическую компенсацию – дело плёвое, а так… – японец развёл в сторону руки. – Да, грязнокровки, дорвавшиеся до власти, всегда готовы были идти на любые подлости из-за горсти золотых монет. Откуда им знать, что такое честь и гордость, с такими-то корнями? – женщина обречённо вздохнула, покачав головой. – Знаете, Белла, я могу с вами поспорить на эту тему, – неожиданно для Сириуса, ответил японец совсем не то, что предполагал мужчина. – но потом. Сейчас нам нужно заняться делом. – Согласна. Что вы предлагаете? – Как я уже говорил, с «обливиэйтом» могут быть проблемы, с другой же стороны мы не можем просто поверить Сириусу на слово. – такая уверенность обоих людей сильно обидела мужчину, и он даже не мог понять, почему. – Всегда есть вариант, так сказать, «радикального» решения проблем с людьми. – а вот от этих слов у Блэка снова зашевелились волосы, и внутри всё похолодело. – Но мне не хочется лишних жертв, потому предлагаю поступить иначе: у Крауча старшего передо мной должок, а с Амелией Боунс у меня складываются неплохие отношения. Думаю, если правильно сформулировать задачу для Барти и предложить мадам Боунс что-нибудь интересное, Сириуса мы сможем если не окончательно оправдать, то, как минимум, серьезно повлиять на ситуацию. Если взяться за дело всерьёз, то материалов по этому делу достаточно, чтобы нанести ощутимый удар по текущей власти, вызвать резонанс в массах, и под этот шум разобраться с его окончательным освобождением. – пусть Сириус и был заинтересован в том, чтобы его оправдали, стать официально свободным, но выбранные методы ему не пришлись по вкусу от слова «совсем», и это очень мягко говоря. – Пусть о нём говорят, пусть спорят и ругаются, пусть Сириус Блэк, «последний» Блэк по максимуму привлекает к себе внимание, пока мы будем работать… – С чего бы это мне вам, пожирательским отродьям, помогать в ваших делишках? – прорычал мужчина, ощущая, как кожу шеи слегка сжало, но дышать и говорить ещё не мешало. – Думаете, я позволю вам продолжить дело Неназываемого? Да я лучше умру, чем помогу вам! – с огнём в глазах и стойкой уверенностью в сердце выдал мужчина, с вызовом глядя в глаза заговорщиков. Некоторое время они молча смотрели на него, и это доставило Сириусу удовольствие, ведь он оказался прав! – Что, нечего сказать, а? – Удивительно! – со странным выражением лица произнёс японец, не отрывая взгляда от мужчины и его оскала. – Просто удивительный пример, полностью опровергающий всю вашу, Леди Блэк, теорию «чистокровности», вернее, лишь местный её вариант. – Беллатриса повернулась к японцу, проявив на лице интерес. – Вы, британцы, перевернули с ног на голову даже не идею, а суть знания о том, как сохранить магическую кровь, не дать ей раствориться в связях с простецами, ушли в крайность. Итог вы видите перед собой: Сириус не просто отказался от своей семьи и рода, вместо того, чтобы лично изменить то, что посчитал неверным и опасным, приняв на себя ответственность, он просто сбежал. А сейчас, даже оказавшись в стенах родового дома, где всё буквально пропитано магией алтаря Блэк, он эту магию едва чувствует, и даже пытается отрицать просто потому, что это всё «архаизмы» или просто «опасные предрассудки». Что скажете, мистер Блэк, неужели вам неприятно ощущение магии вашего рода? И можете не отрицать, я знаю, что вы это чувствуете. – Да какая разница! – вспылил мужчина. – Это не имеет никакого отношения к… – закончить Сириусу не дали. – Имеет. – строго оборвал его японец. – Самое прямое. Вы, Сириус, напрочь игнорируете то, о чём мы тут говорили, вбив себе в голову свои догадки, отказываясь даже просто подумать, что весь мир не крутится вокруг противостояния Неназываемого и Дамблдора с его орденом. На данный момент для нас же троих всё это – вторично, главным является судьба вашего, мистер Блэк, рода. И вы, как бы это странно ни было, являетесь прямой угрозой его спасению от окончательной гибели. Этого я допустить не могу. – И что, убьешь меня? – вызывающе ухмыльнулся мужчина, отбросив страх прочь, желая лишь встретить свой конец гордым и не сломленным. – Очевидно, у вас проблемы с восприятием реальности, либо же, у вас столь же коротка память, как у курицы, ведь я уже говорил на эту тему. – на эти слова Сириус натурально зарычал. – Но я повторю, раз это требуется. Несмотря на все ваши минусы, в ваших жилах течёт кровь рода Блэк, который я намерен восстановить, то есть я не могу разбрасываться любыми носителями этой крови, в том числе и вами. Доступно объясняю? С другой же стороны, у рода Блэк теперь есть своя Леди, раз главы так и не получилось, и она будет решать, как именно воспользоваться вами, как частью рода. – А ведь ты, пацан, показался мне почти нормальным человеком… – показательно-горько усмехнулся мужчина, встретив ироничную ухмылку у Беллатрисы. – Да, «Гриффиндор» до добра не доводит… – почти насмешливо протянула женщина, встречая вспышку яростного огня в синих глазах Сириуса. – Ладно, это уже и так затянулось. – буквально на мгновенье опередил мужчину Хошино. – Беллатриса, вы решили, что будете делать с Сириусом? – У вас есть предложения? – отозвалась женщина. – Есть одна мысль, но сперва ответьте на один вопрос: у рода Блэк ведь был покровитель? – женщина молча кивнула, ожидая продолжения. – В таком случае, всё просто. – парень пожал плечами. – Вы с Сириусом спуститесь в ритуальный зал, проведёте ритуал воззвания к покровителю рода, и он уже решит, что делать с вашим кузеном. Учитывая ситуацию, в которой находится род, убивать его никто не будет, но можно смело ожидать какое-нибудь оригинальное решение – всё же духовные сущности мыслят иными категориями, и их логику довольно сложно понять. – О чём вы говорите? Это же детские страшилки, старые предрассудки, выдумки! – широко усмехаясь, произнёс мужчина, смотря на двух других присутствующих как на неадекватных, больных людей. – Вот и проверим, выдумка это, или нет. – широко улыбнулась Беллатриса, никогда не сомневавшаяся в подобных вещах, пусть и не имевшая с ними дела, но стойко уверенная в их реальности. – Да вы сумасшедшие! – Если это так, то вам, Сириус, нечего бояться. – пожал плечами японец совершенно равнодушно. – Если же мы окажемся правы, то боюсь, для вас это окажется не самым приятным в жизни опытом. – Что ты имеешь ввиду? – Сириус невольно напрягся. – Покровитель не просто так называется оным, ведь следит за исполнением родового кодекса, клятвами и обетами членов рода и относительно них, он, фактически, судья и защитник. Именно поэтому я очень сомневаюсь, что в ваших, Сириус, делах, найдётся много достойных вашего рода поступков. – Да ну, это бред… – с какой-то надеждой и одновременной нервозностью в голосе произнёс мужчина, но отвечать ему никто не спешил.