Страница 26 из 94
Ну как пошла, поползла с автоматом на спине. Не впервой уже. Хвала господу за столь щедрый подарок, как практика в военном лагере!!!
Ползу. Тихонько шуршит пожухлая трава под моим телом, легонько бряцает застежка ремня от автомата, а я думаю. В какой момент мне нужно вскочить, чтобы моего лица не увидели? О волосах я позаботилась, надев капюшон формы, но, если увидят лицо, потом отлавливать будут, это не айс. Айс – это когда никто не поймет, что вообще произошло.
Щелк - Хруснула подо мной ветка.
Проклятье!
- Вы слышали?
Я беззвучно закусила ладонь, надеясь, что меня пронесёт, но…
- Ави, стой на стреме, я проверю.
И один из белобрысых двинулся ко мне. Всё. Баста.
Я резко вскинулась и рванула в сторону остальных групп, нужно было, чтобы меня все увидели и пошли следом.
- Стой! – заорали мне вслед.
- Партизаны не сдаются! – верещу я во всё горло, привлекая, как можно больше внимания.
Забег оказался интересным, любимая полоса препятствий отдыхает. Перепрыгивая через камни, бревна и ямы, я неслась на встречу своей «ловушке». За очередными зарослями деревьев, меня по идее должен был ждать сюрприз, но я-то о нем знала. Мне на встречу вылетела триада во всеоружии и с дикими воплями бросилась на меня. Мне даже пришлось перед разворотом пригнуться, чтобы не схлопотать каким-то увесистым предметом в голову.
- Нарушитель!!! – верещал кто-то за спиной.
Бегу. На лицо отрыв, вот что значит пренебрегать тренировками, господа стражи. Я хоть и первогодка, но всю сознательную жизнь бегаю и дерусь.
Над академией почему-то взревела сирена. Ну, знаете такая, какая звучит при воздушной атаке в городах. И вот тут я поняла, как попала. Очень-очень попала. Щас меня всей академией отлавливать будут, гады чертовы!
Впереди на меня мчится уже третья группа, взяли в кольцо, это правильно, этого и ждали. Торможу и жду, когда остальные догонят. Вот они бегут, как зайчики прыгают. Еще пару шагов, поднимаю автомат и…
- Я бы не советовал – вкрадчиво прозвучало над ухом, а затем меня обняли за плечи и мир размазался, пока я вспоминала анекдот про затычку, ёжика и «Добрый вечер».
Меня выбросило через портал на пыльную площадку. Когда я, наконец, открыла глаза, первое что я увидела – мой собственный космос в синих глазах.
Космос почему-то весело искрился, а его обладатель был хмур. Вот так и лежали мы на земле, залитой магическим освещением, пока синеглазый не задал вопрос.
- Ты всегда такая безголовая или только по средам?
Оторвалась от созерцания, осознала вопрос, прониклась. Вспомнила, что он такой же кАзел, как и все мужики, в общем и целом и… обиделась.
- Да иди ты!
И вот надо оно мне было ему грубить? Синие глаза злобно сверкнули, мир покачнулся, и я оказалась опрокинутой на лопатки. Это вызвало во мне просто непередаваемые ощущения. Страх, гнев и возмущение, а еще удивление. Позволить противнику опрокинуть себя на лопатки – это признать собственную слабость…
- Не надо так со мной разговаривать. – Нависая надо мной, ироничным тоном предупредил он.
Находится в таком положении, было унизительно, но в тоже время меня затопило необоснованное чувство предвкушения.
Предвкушения чего?
Я втянула ноздрями воздух и по горлу снова, словно потоками лавы расползлась обжигающая жажда.
- Слезь! – прошипела я.
И снова оскал во все свои белоснежные тридцать два, и меня вновь это пугает, сердце затрепыхалось в груди пойманной птицей, я, делаю попытку высвободиться, когда синеглазый не реагирует на мою просьбу. Выбраться из-под него не получилось, не смотря на мои отчаянные попытки. И положение наших тел было весьма двусмысленным, мы лежали словно любовники, и стыдно признать, мне не было неприятно, мне было обидно, что я бессильна.
- Да слезь же ты с меня, идиот!
- Даже не отблагодаришь за спасение? – идеальные губы скривила ухмылка.
- Отблагодарю! Сразу после того как расскажешь, как притащил меня сюда и свалишь наконец.
Щас мой автомат тебя отблагодарит! Да откуда ты вообще взялся на мою голову?! – думала я, подтаскивая тихонько свое оружие за ремешок.
И мне выдохнули прямо в губы.
- Это просто телепортация. Как благодарить будешь?
И взгляд заинтересованный, глаза в глаза, словно в душу смотрит. Вот только меня такими взглядами не проймешь, как ни старайся, не разжалобишь и не разоблачишь. Не спорю, космос красивый, но я еще не выжила из ума.
- А почем нынче спасение безголовой девицы?
Синеглазый прищурился и только.