Страница 35 из 90
- Прогуляемся? – игнорируя ее вопросы, как можно беззаботней предложил Роман.
- Давай, - пожала плечами девушка, продолжая недоверчиво на него поглядывать.
Они шли вдоль аллеи, стараясь говорить на нейтральные темы, но разговор явно не клеился, все чаще прерываясь напряженными паузами. В конце концов, Юля не выдержала и остановилась, поворачиваясь к Роману.
- Что все-таки происходит? Я же вижу, что ты какой-то не такой, - осторожно произнесла она.
Роман заглянул в ее глаза, где плескалась плохо скрываемая тревога, и вдруг четко осознал, что не сможет ей сказать того, что собирался. Узнав правду, она останется с ним, даже жертвуя собой и своим благополучием. Он знал и чувствовал ее слишком хорошо. Но он также хорошо знал своего отца и был уверен в том, что тот в своих угрозах пойдет до конца. А этого Роман допустить не имел права. Единственное, что он мог сейчас сделать для них двоих – это еще хоть ненадолго отодвинуть неизбежную минуту их расставания. Поэтому, борясь с той внутренней болью, которая разрывала его на части изнутри все последние часы, он, на мгновение порывисто поцеловал ее губы, а после спросил:
- Ты ведь сегодня ночуешь одна?
- Да, ты же знаешь… - удивленно протянула та. – Мама ведь при тебе уезжала к подруге на дачу…
- Тогда, может, пойдем к тебе, а?..
…«Я люблю тебя…» - стучало у него в голове, когда он покрывал ее всю поцелуями, стараясь запомнить каждую клеточку ее тела, каждую черточку ее лица…
«Я люблю тебя», - шептал он, целуя ее крепко спящую на прощание…
«Я люблю тебя!», - хотелось кричать ему, когда он, стараясь не шуметь, закрывал за собой дверь ее квартиры…
- Я люблю ее!!! – дал он наконец волю эмоциям, очутившись в пустынном ночном дворе, и его крик, похожий скорее на стон, гулким эхом отразился от стен сонных домов…
Роман, находясь во власти своих мыслей и переживаний, сам не заметил, как вышел к автобусной остановке. Было почти два часа ночи, и весь город погрузился в глубокий сон, только на противоположной стороне улице горело окошко в маленьком магазинчике с незатейливой вывеской «Круглосуточный». Роман, недолго думая, направился туда. За прилавком со скучающим видом, подперев голову ладонью, сидела тетенька неопределенного возраста. Не проявляя никаких эмоций, она подала парню бутылку водки и пачку сигарет, медленно пересчитала полученные деньги, дала сдачу и вновь вернулась на свое место, замерев все в той же позе.
Роман, выйдя из магазина, тут же отвинтил пробку от водочной бутылки и, сделав большой глоток, закашлял. Потом закурил сигарету и снова глотнул водки из горла, на этот раз только поморщившись…
- Какого черта? – заспанный Пашка стоял в дверях своей комнаты в общаге и, удивленно хлопая глазами, смотрел на Романа с бутылкой водки в руке. – Как ты здесь оказался? Как тебя пропустили?
- Вахтерша куда-то отлучилась, - пьяно усмехнулся Роман, - и я воспользовался моментом…
- А-а, и что за праздник? – Паша кивком показал на бутылку водки.
- Я бросил Юльку, - сообщил Роман, который раз отпивая из бутылки.
- Что?! Что за чушь ты несешь? Вчера же все было хорошо!
- А сегодня все изменилось, - мрачно ответил тот.
Пашка несколько секунд внимательно глядел на друга, а потом, быстро кинув:
- Подожди, я сейчас, - и скрылся за дверью.
Ровно через минуту он вновь возник в дверях уже одетый в спортивные штаны и майку:
- Пошли на кухню. Нечего пить в одиночку…
Юля проснулась, когда за окном только начало светать. Не открывая глаз, она повернулась на бок, чтобы прижаться к Роману, но вместо этого ее рука легла на пустую прохладную подушку. Юля тут же распахнула глаза и, окончательно убедившись, что Романа рядом нет, села на постели.
- Рома! – робко позвала девушка, надеясь, что он все же где-то в квартире, но ответом ей была полнейшая тишина, нарушаемая лишь легким тиканьем часов.
Юля, еще не до конца понимая, что происходит, вылезла из-под одеяла и уже собралась отправиться на поиски парня, как вдруг заметила на письменном столе белеющий в предрассветном сумраке лист бумаги. Сразу же подскочив к столу и схватив лист, оно подошла поближе к окну. На бумаге таким знакомым ровным подчерком Романа было выведено всего два предложения: «Мы не можем больше быть вместе. Прости меня, если сможешь».
- Что это? – непонимающе шептала Юля, раз за разом перечитывая короткое послание. – Что это значит?.. Почему?..
Потом, будто опомнившись, она бросилась к телефону и послала сообщение на пейджер Роману. Через четверть часа она скинула ему еще одно сообщение. Потом еще, и еще… Однако в ответ никто не перезванивал. Прошло, наверное, не один час, пока до Юли не начало доходить, что все это не шутка и не розыгрыш. И самое главное – что его звонка ждать не стоит… Отчаяние и страх непоправимого стали захлестывать ее изнутри, спазм сдавил горло, а в глазах защипало от приближающихся слез. Но Юля, усилием воли подавив в себе панику, вновь набрала номер пейджинговой компании и продиктовала очередное сообщение, только на этот раз на номер Паши Антипенко.
Пашка отзвонился только в одиннадцать утра. Все это время Юля не находила себе места, ходя из угла в угол и еле сдерживая рвущиеся на волю слезы.
- Что ты хотела? – после коротких приветствий сдержанно, что ему абсолютно не свойственно, спросил Паша.
- Рома… - Юля, до этого ожидая звонка Пашки, как утопающий спасения, теперь не знала, как начать. – Он ушел от меня… Оставил записку… Ты знаешь об этом?..