Страница 24 из 90
- Что случилось, доченька? – взволнованно спросила Юлина мама, открыв ей дверь. – Ты плачешь?
- Мы с Сергеем расстались, мам, - стараясь не смотреть на нее, тихо сообщила Юля и стала расстегивать дубленку.
- Он тебя бросил? – ахнула Наталья Валентиновна.
Юля вначале отрицательно мотнула головой, а после, тяжело вздохнув, произнесла:
- Это я ушла от него…
Мама ничего на это не сказала, а только внимательно посмотрела на девушку.
- Я пойду прилягу, - тем временем поговорила Юля, открывая дверь в свою комнату. – Что-то неважно себя чувствую…
Наталья Валентиновна заглянула к дочери через минут двадцать. Та сидела на своей тахте, закутавшись в мягкий клетчатый плед.
- Может, чайку попьем? – спросила она Юлю. – Вода уже закипела… И коробочка конфет к нему имеется… Благодарный пациент подкинул…
Юля, взглянув на нее, пожала плечами. Наталья Валентиновна села рядом и, обняв ее за плечи, притянула к себе:
- Зачем ты это сделала?
- Я не люблю его, - сдавленно прошептала Юля.
- Но ты же была с ним полтора года… И поняла это только сейчас?
- Мне было хорошо с ним, мам… и легко… Он стал мне как родной… Мне казалось, что это и есть любовь… Но на самом деле это оказалось не так…
Они обе на некоторое время замолчали, каждая думая о своем.
- Но ты, кажется, жалеешь о том, что сделала? – спросила Наталья Валентиновна потом.
- Может быть… Я не хотела делать ему больно, но и с ним оставаться тоже не могла… А еще я боюсь, что будет дальше…
- Знаешь, - мама крепче прижала ее к себе, - умные люди говорят, если чего-то боишься, то не делай этого, а если уж сделал, то не бойся… Поэтому, раз уж ты совершила все это, то бояться теперь не имеет смысла…
- Как хорошо, что ты у меня есть, - улыбнулась сквозь слезы Юля и поцеловала маму. – Говоришь, чайник уже закипел?
- Я думаю, что уже и остыть успел… - усмехнулась Наталья Валентиновна.
- Значит, подогреем еще раз, - Юля подскочила с места. Поговорив с мамой, она почувствовала себя значительно лучше, а с души будто камень свалился. – Идем?
- Идем! – мама поднялась вслед за ней.
- Как там на работе? – поинтересовалась у мамы Юля, отправляя в рот очередную шоколадную конфетку.
- Ой, - весело махнула рукой та, подливая себе чай. – Все как всегда: пониженная посещаемость молодежи, стабильно умеренная у среднего возраста, и повышенная у старушек …
- Да, старушки у нас любят лечиться… - со смехом отозвалась Юля.
- И не говори! Тут на днях рассказали случай… Помнишь Диму с шестого участка, ну, молоденький такой, только после института?
- Богданкевич что ли?
- Ну, да! Так вот, приходит он на один из вызовов, а там – старушка, божий одуванчик… Он, значит, внимательно выслушал все ее жалобы, потом с особым терпением поучаствовал в обсуждении ее житейских неурядиц и политических взглядов, навыписывал ей целую кучу льготных рецептов, как она просила… Бабулька, конечно же, была удовлетворена и в полном восторге… И только Дима собрался наконец-то уходить, как она ему говорит: «Сынок, ты так хорошо во всем разбираешься… Может, глянешь мой телевизор, а то он у меня сломался, ничего не показывает… А вдруг и его починишь?»
- А он что? – рассмеялся Юля. – Неужели починил?
- Нет, - Наталья Валентиновна тоже засмеялась, - на это его уже не хватило… Он бочком, бочком к двери – и ходу!..
Они потом еще долго сидели на кухне, разговаривая обо всем подряд, и разошлись спать далеко за полночь. На утро Юлька проснулась совсем разбитой и решила все же сегодня в институт не идти. Вместо этого она позвонила Ирке, надеясь договориться с ней о встрече.
В свое время, после окончания школы, Ирка, с пренебрежением относясь к получению высшего образования как такового и снисходительно глядя на «вступительную лихорадку», которой были подвержены большинство абитуриентов, к немыслимому огорчению своих родителей, возлагавших на старшую дочь большие надежды, вместо поступления в какой-либо университет, отправилась на курсы парикмахера. После их окончания она около года работала в заурядной парикмахерской в своем районе, после чего абсолютно по счастливой случайности ей удалось устроиться в приличный салон в центре города, где Ирка работала и по сей день. И хотя до Нового года было еще три недели, работы у нее было невпроворот уже сейчас, поэтому на Юлино предложение встретиться она со вздохом ответила, что, к сожалению, «ну никак сегодня не может». Тогда Юля, чтобы все же день прошел не зря, нехотя отправилась в городскую библиотеку поработать над очередным рефератом к следующему семинарскому занятию по «истории политики». К тому же, это могло бы отвлечь ее от ненужных мыслей, связанных со вчерашним расставанием с Сергеем… А еще от мыслей и мечтах о Врублевском…
Юля совсем не ожидала увидеть Романа после первой же лекции в пятницу и очень удивилась (и, безусловно, жутко обрадовалась), когда столкнулась с ним прямо на выходе из своей аудитории. Роман стоял, прислонившись одним боком к стене и скрестив руки на груди.
- Привет, - он радостно улыбался.
- Привет, - выдохнула она в ответ, тоже опираясь плечом о стену.
- Ну, так как? – спросил Роман без лишних предисловий, с надеждой заглядывая ей в глаза. - Поедешь завтра?
Юля несколько секунд молча смотрела на него, а потом, прижавшись щекой к холодной стене, тихо проговорила: