Страница 23 из 71
- Кстати, о реальности, - тон Дербиша вдруг резко посерьёзнел. – Уже составляются основные и так называемые запасные списки на отчисление, - Кей весь превратился в слух. – По пятнадцать человек с дневного и ночного потоков, которых отчислят после месяца учёбы и направят в специально оставленные места в Военной Академии, Академии МЧС, Университете жандармерии и других.
- Зачем они делают это?
- Официальная версия – профнепригодность. Но я думаю, таким образом бинарская разведка обеспечивает своих людей в силовых структурах и других местах, - дневной замолчал и пристально посмотрел на ночного. – Ты есть в этих списках, Кей. Я не хочу, чтобы тебя отчислили.
- Тебе-то какое до этого дело? – недоверчиво посмотрел на него Кей.
- Скажем так, ты мне нравишься. И, возможно, я хочу, чтобы ты стал моей близкой кровью.
Кей усмехнулся. Дербиш был последним, кого бы Кей хотел в напарники.
- Я буду работать усердней.
- Дело не только в этом, - покачал головой Дербиш. – Знаешь, какой был главный экзамен на поступление из истории, физподготовки и собеседования?
- Ну…
- Собеседование. Они проверяли, насколько широко ты можешь мыслить и выходить за рамки заданного. Так вот, ты провалил его, Кей. Но, видимо, не до конца, иначе бы тебя вообще не взяли. Похоже, психолог, просматривающий запись, увидел в тебе зачатки нестандартного поведения. За сколько ты подавал документы с прошением о допуске к экзаменам?
- За год.
- А ответили тебе когда?
- Через полгода. А ты?
- За три месяца и мне ответили сразу же.
- Быстро, - с некоторой завистью оценил Кей.
- Открою тебе секрет. Некоторым документы на прошение даже высылать не пришлось. Академия им сама выслала приглашение на экзамены. И люди эти инакомыслящие. Те, кто в будущем, возможно, мог бы стать причиной беспорядков и революций, направляются сюда, так как их расширенное мышление лучше всего помогает при работе с психологией других миров. А ты настоящий бинарец, Кей, и это твоя проблема. Твоё мышление загнано в рамки обычаев и традиций ночных бинарцев. Чтобы остаться здесь, тебе надо научиться мыслить шире и свободнее, - дневной поднялся со стула. – И ещё… На первом этаже Академии вывесили требования к настоящему разведчику: образ, привычки, что должен, что не должен. Рекомендую ознакомиться.
- Я благодарен тебе, - Кей тоже встал, собираясь направиться к списку в холле университета немедля, – и постараюсь отдать долг как можно скорее.
- Не парься! – к Дербишу вернулась его прежняя легкомысленная интонация, хотя последнюю фразу он явно был не рад слышать.
Кей стоял напротив списков и внимательно вчитывался в каждое слово, сравнивая свои достоинства и недостатки. Чтобы остаться здесь, ему необходимо было избавиться ещё от одной привычки – забывать свои вещи. Забывчивость была не лучшим его качеством и он всегда это знал, но сейчас она стала для него огромной проблемой. Научиться мыслить свободно и избавиться от забывчивости. Он принял решение остаться бинарцем на Бинаре и стать не бинарцем в Академии. И на всё это у него три недели. Кажется, психолог говорил, что они могут обращаться к нему, если что. Кей решительно направился к нему. Он не сдастся и сделает всё возможное и… невозможное, если понадобиться. Ночи потянулись за ночами. Кей не высыпался. Ночью он отдавал всё время боевым искусствам, отработкам навыков и приёмов и изучению теоретических дисциплин, а днём, иногда до четырёх часов выполнял специальные тренинги для расширения мышления и решал задачки, данные психологом. Поэтому неудивительно, что в день отчисления, не увидев своё имя в списке, Кей грохнулся в обморок. Врачи констатировали переутомление и недосып и посоветовали отлежаться два дня. Однако уже через день Кей снова вернулся на учёбу. Было где-то полвосьмого вечера. Время начала занятий для ночных и окончания занятий для дневных. Дневное отделение выходило из здания и во дворе было многолюдно. Кей заходил в здание университета через главный вход, когда услышал обрывки разговора позади себя:
- А тебя вообще это не касается, - огрызнулся кто-то и Кей замедлил шаг. – Поступил сюда за папочкины деньги и прикрываешься фамилией мамаши, чтобы никто не узнал, что ты Найоклас? Думаешь, мы тут все слепые?
- Возьми свои слова обратно, - услышал Кей голос ощетинившегося Дербиша и с удивлением обернулся.
- Что, правда глаза колет? – продолжал другой курсант, не собираясь останавливаться. – Смотрите, парни! Этот папенькин сынок ещё и делает вид, что его семья тут ни причём! Этот фокус тут не прокатит, Найоклас.
- Я ещё раз повторяю по-хорошему, - угрожающе произнёс Гемини. – Деньги моего отца тут ни при чём. Я сам поступил в Академию.
- И ты думаешь, мы тебе поверим?
- Это правда! – горячо вступился за Дербиша Кей. – Сюда нельзя поступить за деньги!
- Гляньте-ка, кто нарисовался?! Защищаешь своего дружка, Лиарават?
- Не терплю несправедливости, - отрезал Кей. – Уходите отсюда.
- Это вам двоим тут делать нечего.
Кей так и не понял, кто нанёс первый удар, но уже через секунду дрался с одним из обидчиков. Завязалась драка, остановить которую смог только свист одного из преподавателей.
- Это что за безобразие? – услышали они громогласный голос над собой и, замерев, увидели физкультурника. - К куратору немедленно!
- Драки на территории Академии запрещены! – грозно расхаживал рядом с четырьмя студентами, стоящими по стойке смирно, пожилой куратор. – Для этого у вас будет достаточно времени на занятиях. Курсанты Шальке, Новара, Лиарават и Дербиш, кто-нибудь объяснит мне, что произошло? – навис он над ними.