Рождество

- С…па…сибо, - виновато взяла её Агнесса, которую поймали с поличным.

Впрочем, Тэ Нэ, видимо, даже не собирался её ругать. Было что-то в его глазах, говорящее о том, что он специально оставил книгу открытой и теперь наслаждался результатом. Потому что Агнесса поступила так, как он предполагал.

- Мне сказали, что это раритет, но в чём её раритетность, я так и не понял, ибо бинарским не владею, - честно признался он. – Расскажешь, когда прочитаешь?

- Конечно! – Агнесса сияла. – Спасибо огромное!

Тэ Нэ продолжил чтение, когда Агнесса отозвалась с соседнего столика.

- Это книга вышла ограниченным тиражом 3 тысячи экземпляров более 70 лет назад. Специальное покрытие защищает страницы от времени. Единственное издание, собравшее все документально подтверждённые факты о времени, когда ещё не было разделения на 2 расы.

- Вот это да! – не смог сдержать восхищения Тэ Нэ. – Ты не спишь с  учебником бинарского часом? Все, кому я её показывал, ничего внятного сказать не смогли!

- Нет, я сплю одна, - в таком же шутливом тоне ответила Агнесса и вдруг её взгляд замер на символе Бинара, занимающего всю титульную страницу.

Она на автомате посмотрела на свой, на кулоне, потом сравнила ещё раз…Ей показалось или они действительно в чём-то не совпадали?  Потом задумчиво сняла кулон с шеи и пристально начала рассматривать оба. Параллельные прямые, которые не пересекаются… И на символе Бинара они действительно шли параллельно. Но пересекались на её кулоне, который подарил ей Кей! Который он сам для неё сделал! Но как такое может быть? Неужели Кей забыл символ собственного мира? Быть не может! Намеренно так сделал? Но он абсолютно искренне уверял её, что прямые не пересекаются  и верил в сказанное не меньше. Если только… подсознательно он сделал так, абсолютно уверенный, что делает правильно…

- Я слышал, бинарцы по природе однолюбы. Лебединая верность у них едва ли не национальная черта, - неожиданно прервал её размышления Тэ Нэ, возникший над её столиком.

- Зачем ты мне это говоришь? – странно посмотрела на него Агнесса, оторвавшись от кулона.

- Мне кажется, ты хочешь это знать, - загадочно посмотрел на неё Тэ Нэ.

- Я не понимаю, о чём ты, -  посмотрела на него Агнесса.

- Может, тебе не нужны все эти книги по Бинару? – Тэ Нэ ступал как кот по тонкому льду. Прямым текстом говорить было слишком опасно. – Может, тебе нужно что-то другое? – попробовал намекнуть он. – Или кто-то другой? А книги всего лишь попытка заполнить образовавшуюся пустоту внутри?

Он был прав, чёрт его дери. Но Агнессе было нелегко это признать. Тэ Нэ прочитал её душу, будучи знакомым с ней всего несколько дней. Ей действительно чего-то очень сильно не хватало. Зияющая пустота внутри был похожа на чёрную дыру, высасывающую все соки и съедающую её изнутри. И она пыталась заполнить её книгами и тренировками. Всё время занять. Не думать. Выбросить из головы. Сосредоточиться на другом. Но с каждым днём становилось только хуже.

- Ещё что-нибудь будешь? – поинтересовался Кей, когда они с пыщащими паром блинчиками и горячим глинтвейном сели за небольшой столик на рождественском базаре в Дотмунде.

- Нет, спасибо, - улыбнулась Агнесса. – Мне пока и этого хватит.

- Так как эта штука называется? – поинтересовался Кей, указывая на глинтвейн.

- Глювайн, горячее вино с фруктами и пряностями, - пояснила Агнесса.

- Никогда не думал, что вино можно греть, - подозрительно глядя на содержимое бокала, заметил Кей. Он все ещё сомневался, стоит его пить или нет.

- Агнесса! Кей!

Она обернулась в сторону голоса и увидела подходящих к ним Кристину Лефевр с её молодым человеком.

- Здравствуйте! – Кей поднялся, чтобы поприветствовать их.

- Рада вас здесь видеть! – улыбнулась Кристина. – Разрешите представить: Маттео делла Франческа. Мы официально встречаемся, - продолжала радостно щебетать Кристина. – А вы… почему не танцуете? Пойдёмте! – она вытянула Агнессу за руку. – Я обожаю парные танцы!

Агнесса пересеклась взглядом с Кеем, и было видно, что она поставила их в очень неудобное положение…

- Кей.

Агнесса открыла глаза и поняла, что улыбается. За окном светало. Угораздило же проснуться на самом интересном месте! Что он делает сейчас? Где он? Как себя чувствует? Она уткнулась носом в подушку.

- Кей.

Это имя не давало ей покоя даже ночью…

Но было и то, что они оба предпочитали не вспоминать, делая вид, что случившегося не было. Бинар. Кей и Агнесса были чужаками на Бинаре. Иностранцами, которые не понимали и не хотели друг друга понимать. Они смотрели друг на друга и не видели. Слушали и не слышали. Из-за Агнессы Кею постоянно приходилось упражняться в дипломатии между бинарской и салимской разведками, каждая из которых упрямо гнула свою линию в отношении девушки. Кей вынужден был проявлять просто чудеса дипломатии, чтобы хотя бы держать всё на том уровне, что есть. И он вымещал всю злость на Агнессе. Благо она давала кучу поводов. Невежественная иностранка, не знающая язык и с трудом ориентирующаяся в ситуации. Агнесса отвечала ему взаимностью. Кей казался ей просто дикарём в дикой стране с шокирующими обычаями. Однако Весперия заставила их впервые посмотреть на друг друга по-другому. Война очень хорошо прочищает мозги на предмет истинных ценностей. И они оба оценили человека рядом с собой. Кей увидел, что Агнесса стойко переносила все трудности, не жаловалась и не бросалась в истерики. Агнесса увидела, что Кей готов рисковать ради неё жизнью. Тогда у них появилось уважение… А Эрко? Что такого особенного случилось в Дотмунде? В том-то и дело, что, вроде бы, ничего! Они просто сосуществовали рядом, стараясь друг другу не мешать и друг друга не трогать. Потому что, казалось, за прошедшие 2 недели они успели друг друга порядком достать. И желали отдохнуть. По крайней мере, так они думали сначала. Каждый жил в том режиме, который удобен для него, не особо ориентируясь на другого… Или всё-таки ориентируясь? Тут логика Кея и Агнессы давала сбой, начиная припоминать детали, не столь логично укладывающиеся в картину произошедшего. И тогда на помощь приходили слова «благодарность», «взаимопомощь», «уважение» - всё что угодно, кроме слова на букву «л».