Страница 27 из 100
Лера неуютно заерзала на своем месте от пронесшихся в памяти недавних событий. Нет, лучше жить без больших денег, но и не опасаться за свою жизнь. Вспомнился прошлый холодный вечер, и Лера подумала, что ей просто необходима машина для таких случаев. Ей несказанно повезло, что вчера за рулем внедорожника оказался их управляющий. Повезет ли так же в следующий раз, тот еще вопрос.
— Лера! Ты что опять зависла? — с любопытством повернулась к ней Мирра.
— Думаю, что мне нужна машина, — отозвалась Лера. — Буду копить на нее.
— Зачем копить? Это долго. Оформи автокредит. В декабре будет полгода, как ты у нас работаешь, и можно будет попробовать подать документы в сбербанк. Плати себе каждый месяц фиксированную сумму, наслаждайся машиной.
— И как я раньше об этом не подумала? — оживилась Лера. — Как только управлюсь с эскизом, зайду на сайт сбербанка.
Она вернулась к экрану и снова вспомнила темную остановку и сверкающий внедорожник. А что если представить себе Андрея? Не обидится же Марта Сергеевна на то, что Лера возьмет желанную пассию ее Ниночки напрокат для своей фантазии? Внутри что-то зажглось, и Лера принялась за работу. Нет, лучше она представит, что ее заказчик не Антон Владимирович, а Андрей. Он — владелец собственной гостиницы, и ему очень нравится розовый и сиреневый. А потом он приглашает ее на кофе, они незаметно оказываются наедине в созданном ею интерьере…
Лера так увлеклась игрой воображения, что не заметила, как пролетело время.
— О-о, вот это, я понимаю, интерьер, — с интересом заглянула в компьютер Мирра. — Кого ты сюда вселила? Антонио Бандероса?
— Почти, — хихикнула Лера, не желая разглашать свой секрет.
— Я обедать. Ты со мной?
— С тобой, — почему-то у Леры было очень хорошее настроение. Теперь Антон Владимирович останется доволен.
Вернувшись в свой пустой дом пораньше, Лера принялась за картины. Не на шутку разыгравшееся воображение дало стимул творчеству, и она просидела в мастерской, сделанной из маленькой комнаты, почти до полуночи. Воображение рисовало наброски: темную, непроглядную ночь, силуэты мужчины и женщины на фоне едва проступающей, измученной беспощадным колючим ветром серой листвы деревьев. Картина получалась, и Лера уже подумывала показать ее Александру Даниловичу. Он точно знает, как сделать картину незабываемой.
На следующий день ветер прекратился, выглянуло солнце, и море снова сверкало всеми цветами радуги в его лучах. Бережно прижимая к себе набросок, Лера торопилась в художественную лавку к мастеру.
— Красота! — довольно потирал руки Александр Данилович. — Из этого получится незабываемый шедевр. Даже в пепельно-серых тонах. А если добавить немного розового и синего, то вообще глаз не оторвешь. Оставайся, будем работать.
- Я с удовольствием! — с особым рвением принялась Лера за картину. Хорошо, что в мастерской полно красок и они всегда под рукой. Мастер периодически появлялся за ее спиной и довольно кивал. Изредка брал кисть в свои руки и добавлял нужный штрих.
— Если все пройдет гладко, в марте поедем на выставку в Краснодар, — пообещал он. — Нужны еще картины, Лера. Две работы - это как-то несерьезно.
— А эту можно будет выставлять? — повернулась к художнику Лера.
— О да! Любовь — это очень значимо, — закивал Александр Данилович. — Доведем до ума, и будет прекрасная картина о любви.
— О… любви? — осеклась Лера. Снова взглянула на начинающий проступать сюжет.
— А о чем же еще? — хмыкнул в недавно отрощенную седую бородку мастер.
— О любви, — растерянно повторила она и дрожащей рукой окунула кисть в пепельно-серую краску.