Бессмертный

         Из-за машины показались сначала Верон и подставивший ему плечо Иолай, а потом и дрожащая Мара.

         — Все целы? — спросил я, подходя к ним и озираясь по сторонам, не притаился ли где выживший противник.

         — Верону попали в плечо и живот, а мне из крупного левую руку прострелили, теперь чинить придется, — посетовал Иолай. Из его руки медленно вытекала маслянистая желтоватая жидкость.

         — Я в порядке, — дрожащим голосом сообщила девушка. У нее лишь на щеке был небольшой порез. — А что... что с Вероном? Он не умрет?

         — У меня всего лишь царапина, — довольно твердым голосом сказал Верон. — А вот насчет тебя не уверен, — обратился он ко мне и как-то странно посмотрел.

         — Да я в норме!

         Теперь на меня странно смотрели все. Примерно так же, как на корабле смотрели на мои черные одежды. Было бы забавно, заявись я туда в пончо на голое тело.

         — У меня что-то на лице?

         Я обтерся рукавом, но смотрели все не на лицо. Я тоже опустил взгляд.

         — Ой.

         Лучше бы я был в черном костюме. У меня на одежде, в районе груди и живота, зияло несколько дырок от пуль.

         — Наверно, моль проела, — посетовал я.

         — Ага, мы так и подумали.

         — Ты не гераклид. — Это прозвучало как утверждение.

         — А, точно! А я все не мог вспомнить, кто ты такой. Все на языке вертелось, но никак не вспоминалось. А ты думал, что я тоже гераклид?

         — Была такая мысль, — качнул головой Верон. — Думал, ты носишь линзы.

         — А почему просто не спросил?

         — А ты?

         — Это как-то... невежливо.

         Вообще, я знал, что он за тип, потому и не задавал ему вопросов, чтобы он не задал их в ответ. Моя тайна несколько... интересней. Несмотря на все это, теперь о ней знали все, как и о том, что Верон — гераклид, хотя он, считай, сам это признал, не оставив мне шанса отплатит ему той же монетой. Гераклид — феномен вселенского масштаба, но на моем фоне это просто заурядная личность. Теперь не отвертеться.

         — То-то и оно, — усмехнулся он. —  Так кто же ты?

         — Предлагаю для начала свалить с этой планеты, — решил сменить я тему, прекрасно осознавая, что это ненадолго, — пока сюда не прилетел еще какие-нибудь тараканы.

         — Хорошая мысль, — согласился Иолай, отводя Верона на корабль.

         Не успели они переступить через тело рыжего, как тот схватил Иолая за ногу, и киборг, потеряв равновесие, упал вместе с Вероном на трап.

         — Ах ты ж скотина! — взревел киборг и ткнул рыжего ногой в нос, а потом еще раз, и еще...

         — Хватит! — крикнул я.

         — Чего хватит? Пристрелить его! — Иолай потянулся за винтовкой, прицепленной на груди одного из мертвых солдат.

         — Не надо, — подал голос Верон.

         — Да блин! Почему не надо? — негодующе взревел киборг. В сравнении с Иолаем, Верон выглядел пацифистом, хотя с виду все выглядело наоборот: черные склеры глаз Верона придавали ему устрашающий облик, когда как Иолай выглядел молодым пареньком с ершащимися волосами, что предавало ему внешность более чем безобидного юнца. Это, кстати, сыграло ему на руку, когда аборигены на месте убили всех остальных телохранителей. Несмотря на внешнюю невинность, жалости в нем было с гулькин нос.

         — «Язык» нам не помешает, — спокойно ответил Верон.

         — «Язык»? Он же простой патрульный, что он знает?

         — Посмотри на солдат. Чего у них не хватает?

         — Помимо мозгов? — Иолай задумался, разглядывая тела. Сначала скривил гримасу, но через несколько секунд подскочил как ужаленный. — Точно! И как я сразу не заметил? Наверно, от жары разморило. Вот, — обратился он к девушке, — это еще один минус киборгов — мы можем перегреться.

         Это, конечно, было неправдой, некоторые киборги для энергии вообще использовали тепло окружения, другие солнечный свет или даже радиацию, хотя Иолай, судя по всему, не относился ни к первым, ни ко вторым. Сразу все поглотители энергии вставить в одного киборга попросту невозможно. Можно было с уверенность сказать, что тот же Иолай способен черпать лаву руками.