Страница 42 из 81
Родители прошли мимо и я, чтобы Игорь не подумал, что я хочу хоть на миг продлить этот момент, повернулась. Как оказалось зря. Наши губы оказались в сантиметре друг от друга, дыхание стало горячим, я, не моргая, смотрела в глаза Игорю, а он, вместо того, чтобы поцеловать меня, оттолкнулся от двери и ушел назад вглубь комнаты.
Я, ругая себя, что вообразила, будто Игорь еще хочет целоваться со мной, предложила включить фильм. Не нужно будет разговаривать. Не нужно будет смотреть ему в глаза...
Мы просто лежали рядом, а потом так и уснули. Я хотела дождаться рассвета и проводить Игоря, пока родители спят, но в какой-то момент мы просто отключились. А когда проснулись, было уже утро. Игорь обнимал меня сзади, укрывая меня, словно коконом, а я свернулась клубочком в его объятиях. Я понимала, что нужно разбудить его, но это было выше моих сил. Пусть и неосознанно, во сне, но мы были вместе.
— Кристина... – прошептал Игорь, а я подскочила, как ошпаренная. Оставив его одного, я ушла на кухню. Родители оставили записку, где сообщали, что уже ушли, а под запиской я обнаружила горку еще теплых вафель. Кофе в турке только начал вариться, а Игорь был уже тут как тут. Он умылся и даже, судя по запаху мяты, нашел мою новенькую, только купленную зубную щетку. Теперь придется отдать. Не оставлять же себе, чтобы потом по-извращенски облизывать ее, представляя, что мы целуемся. Я поморщилась и засмеялась.
— Оль, вот скажи мне... – Игорь сонно поправлял свои непослушные кудри.
— Что? – Я доставала кружки так медленно, насколько была способна, чтобы не встречаться с ним взглядом.
— Почему ты все время ходишь и хихикаешь? Ты же понимаешь, что твои мысли ни кто не слышит и выглядит это очень странно?
Я покраснела и теперь уже совсем не собиралась оборачиваться. Было стыдно и почему-то смешно, но хихикать было нельзя. Я попыталась восстановить дыхание, чтобы не захохотать, втянула носом воздух... И хрюкнула.
Игорь буквально свалился на пол, содрогаясь от смеха. Он пищал что-то нечленораздельное, я разобрала только «ну вот так гораздо лучше».
Когда он перестал стучать руками по полу, я уже разлила кофе по чашкам. Хотелось демонстративно обидеться. Я читала всякие женские книги о поведении с мужчинами, и там писали, что нужно всегда подчеркивать, что ты королева и давать понять, как с тобой нужно общаться, а как нельзя. Но, видимо, женщины, что их пишут, никогда не хрюкали. Как-то было бы странно хрюкнуть, а потом гордо заявлять: «Не смей смеяться, хрюканье – признак королевской крови», ну или что еще можно сказать?
— Почему ты так смешишь меня всегда? – Игорь задумчиво хрустел вафлями.
— Не знаю. Наверное, потому же, почему ты меня бесишь, – со смехом пнула я его ногу.
Игорь поймал меня за руку и, потянув, усадил себе на колени.
— Что мы будем делать с тобой, Оль? – Он был так внимателен и серьезен, что мне стало не по себе.
— Ну, думаю, ты пойдешь к Кристине, а я останусь дома, бороться с доппельгангерами в которых ты с приезда Кристины больше не веришь.
— Я.. – Игорь запнулся, — Я не хочу в них верить. Если все это на самом деле, то закончится эта история очень и очень плохо. И я не хочу считать реальностью тот мир, где ты умираешь. Дело не в Кристине...
Мне было радостно, что Игорь так переживает за меня. Наверное, я что-то да значу для него, но то, что он оправдывает ту, что тайно его пытает, мне совершенно не понравилось. Я вырвалась из его объятий и отошла на безопасное расстояние.
— Ну, не верь, твое право. Значит, я останусь один на один с ними, – я пожала плечами. Надеюсь, голос звучал безразлично.
— Если они есть, – добавил Игорь. – Ведь есть вариант, что никого нет, а все произошедшее — это череда совпадений?
— Уходи, пожалуйста. – Я устала что-то доказывать ему, думать о нем, когда моя жизнь висит на волоске, пытаться понять что он хочет. Мне надоело. Я просто хотела остаться одна и забыть о нем, как он забыл о грозящих мне опасностях.
— Оль... – Игорь хотел заговорить, но я остановила его.
— Пожалуйста, уходи. И не пиши мне больше. И не звони. Тебе больше не нужно думать обо мне ни секунды. Сосредоточься на себе.
Я захлопнула за ним дверь. Хотелось картинно зарыдать прямо у двери, представляя, что он также рыдает с другой стороны, но это реальная жизнь. Я просто кусала губы и отвлекалась. Перебрала вещи, протерла везде пыль, помыла пол, распевая грустные песни. Уговаривала себя, что плакать не буду. Пыталась злорадствовать, что вот он узнает про Кристину, как она к нему относится на самом деле, а будет уже поздно. Я буду с другим и счастлива, а он будет рыдать, вспоминая меня... Но мечтать, как Игорю будет больно, получалось очень плохо. От таких мыслей еще больше хотелось обнять его, спасти... Открыть ему глаза на реальность помогло бы какое-нибудь зелье, но я не умею их готовить. И как пробраться к тайнику дяди я тоже не знала, а ведь там, судя по всему именно все тайны борьбы: как варить отвары, как пользоваться странными железками, гвоздями и канатиками, что лежат в коробке...
Но как пробраться мимо Игоря и Кристины? Однажды это удалось, но не факт, что получится еще раз. Тем более, что она наверняка в бешенстве из-за того, что Игорь не ночевал дома. Приходил на ум только один вариант. Решение был отчаянным, но я один на один с врагами, которые только и ждут за окнами, за дверью, за каждым углом.
Взгляд упал на журнальный столик, где стояли фотографии. Ася, Таня, Глеб... Как я могла забыть о них? Как это произошло? Я не разговаривала с ними несколько дней! И ни разу не вспомнила даже о том, что они существуют. Все, пора иди ва-банк, пора принимать решительные меры, хватит осторожничать. Я бегала по комнате, одеваясь в удобную одежду и складывая в рюкзак книгу с инструментами, лопатку, шоколадки и бутылку воды. С этого дня я буду устанавливать правила и вести игру!