Страница 130 из 171
- Он извинился.
- Ты вернешься в Лунную обитель?
- Эта земля никогда не была моей родиной. Если позволишь, я лучше останусь придворным лекарем.
Я улыбнулась. Это место Шанти уже зарезервировал, и я знала точно, что никогда не найду лекаря, более способного, чем он.
Я то и дело ловила на себе недовольные взгляды Альвов, хотя большинство мужчин все-таки смирились с моей идеей. Нэль даже буркнул что-то вроде «Ты будешь хорошей королевой, если все, что ты сказала – не пустые слова». Ярость эльфиек понять можно, все они влюблены в первого советника, который вдруг впал в немилость. Но некоторые, в том числе Нериус, никак не могли смериться с новой властью, которая вот-вот вступит в силу.
- Я один думаю, что все это может оказаться ловушкой и Дроу перестреляют всех, как только мы переступим врата города? – Не выдержал Ральф и поделился сомнениями.
- Придется им довериться. – Спокойно ответила я. – Фрея их новая королева, поэтому за Ллос они мстить не будут. Ты видел, как они радовались?
- Фрея не лучше Ллос. Она та еще змея.
- Вообще-то, Фрея – это вид паука, довольно ядовитая особь. – Поправил Колин, обладающий неиссякаемым колодцем знаний.
Преодолев немалый путь, мы достигли Внешнего Альвхейма, куда раньше боялись заходить. Несмотря на разрушенную архитектуру, город сохранил былое великолепие. Опасения Ральфа не подтвердились, нас почетно встретили представители Темных и Лунных эльфов, которые уже собрались на главной площади. Помимо всех четырех рас эльфов, тут также присутствовали и гномы и кентавры, наши союзники.
Небо уже заалело, но солнце все еще пряталось за горами, поэтому Дроу без опаски могли прибывать вне помещения. У меня появилась еще одна цель – разрушить проклятье Дроу, мучающихся от света Солнца. Если существовала магия, способная обратить Высшего эльфа в Темного, то неужто мне не найти способ излечить их глаза?
Мы слезли с лошадей и последовали во дворец за Фреей. Она знала здесь каждый угол, а я видела свой дом, в котором родилась, впервые, исподтишка пытаясь разглядеть как можно больше. По воле судьбы, я успела исследовать только подземелья этого здания. Множество картин, гербов и гобеленов украшали стены. Статуи тянулись до высоких потолков, заставляя запрокидывать голову, чтобы разглядеть их лица.
Девир и Аревирд распахнули массивные двери. Перед нами раскинулся огромный тронный зал. Его стены были расписаны золотыми письменами и рунами. Сводчатые арки были исполнены витиеватыми узорами, словно белые заросли плюща. Великолепные огромные люстры со свечами отбрасывали отблески по всему помещению, красиво отражаясь в зеркальном, словно вылитом из жидкого янтаря полу.
- Кринон проведет воцарение Айрис, а Элерен венчает на царство Фрею! – Сказал Девир присутствующим. – Никто не против?
- Разве не первый советник должен удостоиться такой чести? – Недоуменно спросил Альвион.
- Ты запятнан. – Грубо ответил ему Девир. – И не имеешь права прикасаться к чистым символам власти.
Я прямо слышала, как Альвион клокочет от злости. Неумелые попытки оправдаться выставляли его в еще более невыгодном положении перед всеми.
Я и Фрея приклонились, колени мягко коснулись возложенной на выступе красной подушечки.
Первой церемонию завершила Фрея. Она гордо выпрямилась и обернулась к народу, сжимая в руке волшебный скипетр. Ее корона, увенчанная изумрудами, переливалась в отблеске свечей. Кринон взял в руки венец, предназначенный для меня. Корона была меньше, чем у Фреи, но изящней и женственней. Тиару украшали встроенные по ободку сапфиры и аметисты. Я наклонила голову и пыталась вслушаться в речь, которую едва понимала из-за разбушевавшегося беспокойства. К счастью, я уловила вопрос Кринона, обращенный ко мне:
- Клянешься ли ты, Айрис, полубогиня, дочь бога Велунда и жрицы Гем, воспитанная в людских традициях, праведно править в мирном Альвхейме?
- Клянусь. – Твердо промолвила я.
Кринон возложил на мою голову корону.
- Встань Айрис, королева Светлых эльфов.
Кринон указал на пьедестал, на котором лежал мой королевский скипетр. Я взяла его с постамента и развернулась к присутствующим лицом. Улыбка заиграла на моих губах, когда я увидела, как Ральф снимает церемонию на видео телефона, а недоуменные эльфы украдкой поглядывают на замысловатую для них вещицу.
Я распрямилась, спина, будто сама собой приняла королевскую осанку. Все вежливо зааплодировали. Хлопки гулом разносились в высокой зале. Я с гордостью взирала на эльфов, на новый мирный народ, как вдруг произошло сразу несколько событий, за последовательностью которых трудно было уследить. Альвион, отделившись от ровного строя Альвов, стоявшего впереди, выскочил ко мне. На его лице были запечатлены гнев и злоба, он был в ярости, вероятно от того, что я порочу символы власти, которые когда-то принадлежали моим родителям. В руках Альвиона блестела сталь, он сжимал тот самый кинжал, которым Ральф убил Ллос.
- Не быть тебе королевой! – Яростно прошипел он, словно змея и замахнулся.
Я отступила назад, но зацепившись за подол платья, упала навзничь. Корона слетела с головы и со звоном укатилась за трон. Видя, что Альвион готов нанести удар, я зажмурилась и держала глаза закрытыми до тех пор, пока что-то теплое не окропило мое лицо и одежду. Я осмелилась взглянуть на происходящее. Мое белоснежное платье было запачкано кровью. Но я не чувствовала боли – значит, ранена была не я.
Альвион так и застыл надо мной. На его лице замерли ненависть и боль. А из груди торчал длинный меч, пронзивший эльфа насквозь. Убийца резко вынул клинок из безжизненного тела и беспощадно отбросил его в сторону. Задыхаясь от ужаса новых событий, тянувшихся, словно замедленная съемка, я поднялась на ноги, которые немилосердно дрожали, грозя мне еще одним падением. Я во все глаза смотрела на Гилберта. Откуда и как он появился, я не знала, меня пугало то, что я увидела, и это мешало мне трезво мыслить. Что-то в лице Гилберта изменилось, привычная мягкость и нежность исчезли. Этот мужчина имел только тело Гилберта, которого я знала, на этом сходство заканчивалось. Его стальные глаза выглядели опасней, чем клинок, которым он только что безжалостно убил Альвиона, а на губах играла усмешка, несвойственная его прекрасному лицу.