Страница 154 из 226
В комнату вбежал Парень. Не проявив интереса к гостю, запрыгнул на кровать и принялся вылизывать лапы. Крикс принёс пакетик и кружку воды.
Священник высыпал порошок из пакетика в рот, запил, вытер рукавом губы:
— Если разрешите, я расскажу по порядку.
Адэр присел на подоконник, прижался затылком к прохладному стеклу:
— Слушаю.
— Когда дворяне надумали организовать поджог, они испугались, что кто-то из них выдаст, продаст или станет шантажировать других. Поэтому они подписали бумагу, в которой признались в заговоре. Размножили её и раздали всем участникам. Таким образом, у каждого был козырь, и никто не боялся предательства. Кто-то умер раньше, кто-то позже. Чтобы упорядочить отношения между живыми заговорщиками и семьями умерших, было решено передавать документ кому-то из детей. Так возникла тайна родов. Лет тридцать назад представители фамилий решили одним махом уничтожить компрометирующие бумаги — собраться и сжечь их в камине. Но один человек не смог найти документ. Этим человеком был глава конфессии ирвин. Потом выяснилось, что бумагу выкрал его незаконнорождённый сын Авраас. Ему было плевать на честь отца, он шантажировал его и вымогал деньги на нужды секты. И никакие уговоры на Аврааса не действовали. Потом он стал требовать такие суммы!
Священник расстегнул верхние пуговицы льняной рубашки:
— Наш святой отец был прекрасным человеком. Его чтили и уважали. Он открылся Высшему Собранию, и мы, оберегая его доброе имя, стали поддерживать секту деньгами конфессии. Когда святой отец умер, новый глава продолжил помогать Братству. Потом на Аврааса было совершено покушение. Видимо, он шантажировал не только нас. Он перестал ездить по стране с проповедями. Каждый месяц в День Веры я встречался с ним, передавал деньги и просил отдать документ. — Священник уронил руки на колени. — Если кто-то узнает, что дед главы конфессии ирвин уничтожил историю Грасс-Дэмора, растоптал память о династии Грассов и разжёг войну против морун, нам конец.
Адэр кивнул Криксу:
— Слышал?
— Я переверну Обитель кверху дном, — пообещал Крикс и удалился.
— Надеюсь, поиски не займут много времени, — сказал священник. — Хотелось бы забрать документ и порадовать Высшее Собрание.
— Я не отдам документ.
Лицо духовного отца вытянулось и побелело.
— Как — не отдадите?
— Очень просто.
— Это наш документ.
— Уже нет.
Священник с трудом встал. Пошатнувшись, схватился за спинку стула:
— Разрешите откланяться.
— Куда-то торопитесь?
— В Авраасе меня больше ничего не держит.
— Держит, духовный отец. Ещё как держит! Ваши единоверцы сломлены.
— Единоверцы? — Священник покачал головой. — Не совсем. Учение Братства существенно отличается от учения ирвин.
— Но это отросток вашей веры. Вы обязаны успокоить людей и направить.
— Я должен получить одобрение у главы конфессии.
— Вы получили мой приказ. И если вы с ним не справитесь, я признаю религию ирвин опасной для государства и объявлю вне закона.
— Я сделаю всё, что от меня зависит, мой правитель.
— И сверх того.
Духовный отец поклонился:
— Я сделаю всё, что вы прикажете, мой правитель.
— Пока сюда не прибудут стражи, за вашу безопасность отвечают ветонские защитники.
— Так это ветоны…
— Мои люди сообщат главе конфессии о вашей вынужденной задержке. Можете написать ему письмо. Они передадут.
— Я так и сделаю, мой правитель. Благодарю вас.
— Идите к прихожанам.
Священник неровной походкой вышел из комнаты.
Адэр столкнул Парня на пол, улёгся на кровать. Слушая недовольное ворчание моранды, долго смотрел в потолок. Не сумев упорядочить мысли, отправился в душ. Холодная вода не помогла, не помогла и горячая. Обед, точнее, ужин не лез в горло. Супруга хозяина гостиницы подносила то одно блюдо, то другое, спрашивала, что приготовить на завтрак. Её щебетание и неустанные поклоны утомили. Захватив бутылку вина (а говорили, что праведники не пьют!), Адэр вернулся в комнату.