Страница 14 из 27
Вышито было аккуратно и бережно, хотя, на взгляд Ольги, несколько грубовато. Видимо, шила мать Агнара, а может кто-то из сестер. Интересно, какими они были, те, тут жил? Ведь никого теперь нет…
Обернувшись, Ольга поймала взгляд мужчины, но он тут же отвернулся. После того, как ночью она вновь отказалась принять его, Агнар явно не был настроен любезничать с ней.
Ольге вспомнились слова Халлы про ошейник. Наверное, речь шла о рабском ошейнике, но Ольге не доводилось его видеть. Конечно, она должна быть благодарна богам за то, что еще жива, что жить ей теперь в этом большом доме. И, наверное, за то, что нужна она этому суровому воину.
Должна, но как же быть, коль более всего на этом свете Ольге хотелось вернуться в теплый и светлый родительский дом, к своей семье?
Ей на ум пришла мысль, что теперь, даже вернувшись, она может застать то же, что девять зим тому назад ждало Агнара здесь. Горло девушки судорожно сжалось. Нет, она не сможет пережить такого… Лучше верить, что ее родные живы, пусть и далеко от нее.
Агнар закончил возиться с очагом и окликнул ее:
- Олли!
Ольга вздрогнула от непривычного имени, но все же пошла к нему. Агнар кивнул ей на мешок со снедью, потом указал на очаг. Сам же он, взяв кое-какие инструменты из грубого деревянного ящика у стены, вышел во двор.
Скинув накидку, Ольга послушно последовала его указанию. Она разобрала еду, отнеся в кладовую то, что могло испортиться, оставила лишь необходимое для готовки. Увы, она понятия не имела, что обычно готовят северяне, и могла судить лишь по тому, что ела в доме Халлы. Решив, в конце концов, сварить кашу из пшеницы, зерна которой она обнаружила в одном из мешков, а также пожарить немного мяса на огне, Ольга принялась за работу.
Знакомые действия отвлекли девушку от тяжелых дум, она быстро нашла нужную посуду и прочую утварь. За приготовлением ужина время пролетело незаметно, и вот уже вернулся и Агнар.
Втянув носом воздух, северянин одобрительно улыбнулся. Он по-прежнему не глядел на Ольгу, но уже не хмурился так тяжело. Усевшись возле очага, он собирался, было приступить к еде, как с улицы послышался стук копыт.