Страница 45 из 67
- Как ты думаешь, наши уже покинули крепость? – спросили его.
- Будем надеяться на лучшее, - вздохнул он. – Майя – хоть и женщина, но командир от Бога.
-3-
Макс в очередной раз молча вел свой грузовик. Это вошло в привычку за долгое время коротания расстояний в гордом одиночестве. А тут за несколько дней у него в кабине постоянно находились люди. И к тому же у них была скверная привычка – болтать ни о чем, не закрывая рты.
Это утомляло, но он обещал сестре, и приходилось, снова молча терпеть. Если речи профессора он пропускал мимо ушей, то ворчание его помощника действительно действовали ему на нервы.
Поэтому парень полностью занял себя вождению и не бывалый случай – рассматривал мелькающие пейзажи, проносящиеся мимо окон грузовика.
И почему он на это раньше никогда не обращал внимание? Оказывается пустошь вдоль дорожных соединений, не такая уже и пустынная как ему казалось раньше.
За час дороги он заметил шесть небольших поселений со снующими между хибарами людьми, а тут вообще мелькало настоящее засеяно чем-то поле с настоящим ограждением колючкой. Он не удивился бы, если по ней был пропущен электрический ток для отпугивания непрошеных гостей. И вот чудом сохранившаяся ферма!
Это насколько его поразило, что парень даже сбавил скорость. Да, он не бывал еще в этом секторе и, казалось, что эти земли Великий Кризис зацепил только слегка, пройдя мимо.
- Твою же мать! – выругался Макс в пол голоса, когда его взору возник стоящий на холме приличный дом в два этажа с резьбленным крыльцом и петухами-флюгерами.
Такое он действительно видел впервые за многие года скитания по пустоши. Единственное, что портило эту картину утопической идиллии, так это большой флаг на крыше, который развевался на ветру всеми цветами Альянса.
- Хорошее прикрытия от лишних вопросов, когда ты публично поддерживаешь нынешнюю власть, а у самого в доме полон шкаф атрибутики новой республики, - подал голос Алекс, заметив взгляд Макса. – Такие вот положительные граждане в итоге и играют ключевую роль, в дворцовых переворотах оставаясь в тени до поры времени.
- Это отрывки прошлой истории, Алекс, - не согласился с ним профессор. – В нынешнее время ты или за или против, а играть в свой-чужой нынче опасно.
- Позвольте, не согласится с вами, профессор, лишь только потому, что вот мы с вами сейчас находимся в опале и выступаем против системы, в которой благополучно жили до некоторых пор.
- Но все же, Алекс, мы с вами поняли, что нынешний строй так и трещит по швам и уже близок тот час, когда тотальный режим рухнет, как бывало не раз, - снова затянул свое профессор.
- Слышьте, философы доморощенные, может, уже вы заткнетесь, наконец-то? - не выдержал Макс. – Вы меня реально утомили и достали!
- Здесь нужно послушать его, - повернулся к помощнику профессор. – Оказаться выброшенным на полной скорости из грузовика совсем не входит в мои планы. Поэтому я замолкаю.
Макс прибавил скорости, а так же накрутил немного громкости в проигрывателе, чтобы и дальше не слышать эти речи о политике. Лучше уже старый и добрый рок-н-ролл, чем пустая болтовня о наболевшем. К тому же ему это было неинтересно.
Но как профессор со своим помощником не перешептывались опосля – это ни как уже не могло повлиять на роившиеся мысли у него в голове. То, что он только что увидел – еще больше поразило его в глубине души, чем увиденное раньше несколько лет назад.
Ему как-то попались на глаза картины и фотографии в одном из полуразрушенных домов, когда пятерка успешно оторвалась от преследования в пограничном Вавилоне и разошлись в разные стороны. Тогда, спустя месяца два, Макс набрел на остатки небольшого городка в какой-то глуши и который лежал в нетронутых руинах, наверно со времен начала Великого Кризиса.
Он с удовольствием провел там полторы недели, наслаждаясь покоем и тишиной, а заодно окунулся с головой в изучение той истории нынешней цивилизации, которая была далеко до его рождения и вне стен тренировочного лагеря ИЦБК.
Макс бродил среди руин, с любопытством заглядывая в каждый угол и, если что-то попадалось стоящее на глаза, то мог, часами молча изучать новинки для себя.
Вот тогда он и набрел на разрушенный дом, к котором парень обнаружил чудом уцелевшие две комнаты, а там нашел огромное скопление пожелтевших фотографий. Каким-то неизвестным образом они сохранились в просматриваемом виде до этого времени.
Они были везде. На стенах в рамках или просто разбросанные на пыльном полу; на полках в стопках перевязанные полуистлевшей бечевкой или в бумажных конвертах набитых до отказа и даже в горе альбомах с повидавшими от времени вида обложках.
А так же картины.
Последние были аккуратно сложены вдоль стен, словно все здесь было собрано и подготовлено для эвакуации, да только не успели вывезти в свое время.