Страница 96 из 103
Господи, она точно сходит с ума. Надо пойти, просто поговорить с этим типом и все разъяснится. Чего она тут себе напридумывала? Просто поговорить и все.
Вышла и пошла прямо к этому типу. Тот попытался уйти, повернулся спиной, даже несколько шагов успел сделать, припадая на правую ногу. Но Саша была решительно настроена, никуда он не уйдет, пора покончить с этим помешательством.
- Постойте. Эй! Я к вам обращаюсь! Стойте!
Мужчина остановился, но так и остался стоять спиной. Саша догнала его, обошла, он низко опустил голову, явно не желая с ней встречаться глазами. Но от волнения рука потянулась волосы поправить. Волосы были наполовину седые, но это были его волосы.
- Сеня... - прошептала Саша и задохнулась.
Он поднял-таки на нее глаза, какие чувства в них были, Господи... И страх, и неверие, и надежда сумасшедшая... Так смотрит умирающий с голоду бродячий пес, в надеже вымолить кусочек хлеба, или тот, кто страшно виноват перед нами, в надежде вымолить прощение.
Больше она не колебалась, схватила его за руку и потащила за собой. Надо было где-то сесть и поговорить. Что это, как... что случилось, и вообще... В квартале оттуда была заброшенная стройка, туда и нырнула Саша через дыру в заборе, таща за собой мужчину, который и не думал сопротивляться.
- Сеня...
- Я...
- Ты... А как же...
- А, ты про мои похороны?
Саша кивнула, от избытка чувств слова не шли. Но в глазах горело множество вопросов.
- Ну... При желании... Ты же знаешь. Можно стать мертвым.
- А как же авария? Самоубийство?
Он потупился и качнул головой, словно отрицая, но ответ был утвердительный:
- Да, все было. Только не умер я. Ты уж прости... Такой урод я...
И тут прорвало Сашку. Она кинулась ему на шею и, заливаясь слезами, заорала прерывающимся голосом:
- Урод! Урод! Я думала... сначала думала... что с катушек съехала... А потом!
- Прости...
- Молчи! А когда узнала, что ты умер... Я... Урод ты!
- Прости, что не умер...
- Заткнись! Урод! Господи... Живой... Слава Богу... Живой! Сенечка, Сеня...
Она колотила его кулачками в грудь и рыдала, у него и самого текли слезы. Но это было так хорошо... Так хорошо...
Вдруг Саша опомнилась, мгновенно вытерла слезы и заторопилась:
- Пошли ко мне, пошли скорее. Ты же, наверное, есть хочешь... Ты же... Тебе же отдохнуть надо, присесть. Ты хромаешь... Пошли!
И он пошел. Он куда угодно пошел бы вслед за ней. И если бы прогнала и не захотела видеть, тоже бы пошел. Но сейчас он шел за ней, и чувствовал, что начинает заново жить. А в сердце билась безумная надежда.