Страница 53 из 86
Можно было просто развернуться и уйти, трусливо сбежать, притворившись, что все хорошо. Хорошо было только в детстве: монстры уходили с рассветом, а прекрасный принц побеждал особо живучих. Но эта пора давно прошла, а чудовища остались.
- Для меня это важно.
Я подняла голову, обернувшись, Норд кивнул и положил обе ладони на мои плечи, удерживая или оберегая от необдуманных поступков. Девушка сощурила глаза, отчего они превратились в пылающие яростью щелки. Я никогда еще не слышала и не видела такого неистовства: будто до этого момента она сдерживала гнев, а сейчас барьеры рухнули, и волна бешенства хлынула, сметая остатки разумного. Она пыталась удлинившимися когтями добраться до кого-нибудь из зрителей, но те были на достаточно безопасном расстоянии. Нет, они не боялись, а чего-то ждали.
Обхватив себя руками, ежась, как от ветра, я надеялась, что ее остервенение закончится и все пройдет, но становилось только хуже. Почувствовала, как Снежин набросил на мои плечи пиджак. Глаза жгло, и я кусала губы, чтобы не разреветься. Мое нытье не поможет ни ей, ни мне. Важно узнать, что поможет избежать подобной участи, чтобы научить хоть кого-то, если повезет, победить злобу. Дикарка частично перевоплотилась: на голове вышли милые полукруглые черные ушки, а на коже пробежал узор из темных пятнышек. На миг она зафиксировала на мне испытующий взгляд, хотела что-то сказать, но я увидела лишь растерянность на ладном личике, которое почти сразу обезобразила маска вернувшегося озверения.
Так не должно быть! Я дернулась, пытаясь вырваться, но Снежин крепко удерживал меня. Тем временем один из мужчин прыгнул вперед и повалил существо, некогда бывшее человеком. Она щелкала длинными клыками прямо у его шеи, но ловца это лишь смешило. К нему присоединился второй, затем третий. Остальные молча наблюдали, попивая что-то из бокалов. Я услышала треск разрываемой одежды и грохот цепи. Просто не могла поверить в происходящее: рысь рвалась на свободу, захватывая мой разум. Перевоплотиться здесь было бы настоящим безумием.
- Нет. Пошли. – Короткая команда прозвучала приговором моей свободе.
Постоянно подчиняться чужой воле, выполнять что-то, переступая через себя... Я зажала уши, чтобы не слышать криков у себя за спиной… Твари, какие же вы все-таки твари…
- Если тебя это утешит, долго мучиться она не будет, - я не видела, когда к нам подошел Дар, - после недолгого развлечения ее выпьют. Человеческие тела настолько хрупкие, как этот бокал.
Волк сжал тонкий хрусталь и тот рассыпался в его руке мелкими осколками. Не ждала от него ни сочувствия, ни жалости – такая же паскуда, как и остальные. Я еле сдержалась, чтобы не разбить верх бокала, а остаток воткнуть прямо в его ухмыляющуюся морду. Дар, точно проверяя на прочность мои нервы, добавил:
- Твою новую подружку я сейчас продам. Безвольная и бесполезная. Она совсем скоро сломается и станет такой же, как та.
Я прикрыла глаза, сдерживая очередной порыв злости. Уткнулась в грудь молчащего Снежина, чтобы побесить волка. Моя нервная система едва справлялась с нагрузкой, на которую этот день был весьма щедр.
- Уведи… Унеси… Забери меня отсюда. Сделай что-нибудь… - прошелестела я, обращаясь к своему покровителю.
- Не сейчас.
Столь краткий ответ меня не порадовал. Позже мы вернулись туда, где я стала свидетельницей необычайной жестокости и насилия. Там уже никого не было, лишь несколько девушек терли ровную поверхность тряпками, смывая бурые разводы. На стене был кровавый отпечаток ладони, который врезался мне в память, как очередная закладка в черной книге моей памяти о непредсказуемых тварюгах. В стене отошла в сторону очередная панель, и мы зашли внутрь. Здесь царил полумрак, лишь чуть дальше свет был ярче. Снежин сел в кожаное кресло в углу и усадил меня к себе на колени. Я заметила, что не одни мы находились здесь: штук десять ловцов лениво потягивали напитки. Склонилась к шее своего мужчины, вдыхая его аромат, и старалась успокоиться. Дар уже ушел ближе к освещенной половине. Опять увидела кольца в стене, только гораздо меньше, чем те, что видела раньше. Свет вспыхнул и кто-то вышел. Лена… Концы тонких цепочек на руках соединены со звеньями в стене.
Она непонимающе озиралась, но увидев своего хозяина, воскликнула:
- Дар! Что происходит?!
Тот даже не повернулся, внимательно глядя на собравшихся. У меня возникло стойкое убеждение, что все они как-то общаются между собой.
- Я не понимаю… Дар… - тоненько заскулила Лена, и слезы закапали из темных глаз, придавая лицу какое-то обиженно-детское выражение.
- Заткнись! – рявкнул ловец в ответ.
Мне было плохо. Омерзительно. Люди – лишь немые игрушки. Любой мог здесь оказаться и я в том числе. Исступленно зашептала:
- Я прошу тебя, не заставляй меня больше находиться здесь…
Снежин молчал. Посмотрела в янтарь его глаз озерами плещущихся слез:
- Умоляю, перенеси меня куда угодно, только не оставляй здесь…
Он поднялся, удерживая меня на руках, и вышел… Вскоре я судорожно пыталась втянуть хоть один глоток свежего воздуха – мы оказались в поле, откуда мы с Леной и попали к ловцам. Пробуждение было больше похоже на реанимацию: я не могла подняться на ноги, только сидела, удерживаясь руками о мокрую от росы траву.
- Сейчас пройдет, - успокоил Норд, - люди могут годами находиться в коме.
Если я правильно поняла, те, кто длительное время пребывает на грани жизни и смерти, вполне могут блуждать в мире ловцов? Я отметила в памяти полученное знание. Красное яблоко солнца только всходило в легкой дымке. Легкое дыхание осени уже скользило в воздухе и оседало на травах едва ощутимой горечью. Поднялась, едва удерживая равновесие. Пошатнулась, но Снежин поддержал меня.