Страница 49 из 86
Песня 9
Фруктовый лед
Я ожидала увидеть все, что угодно: свои ожившие тайные кошмары, мелкие иглы зубов неведомых тварей, разверзшийся под ногами ад… но не себя… Залитая теплым, каким-то живым светом, комната с распахнутыми настежь высокими балконными створками, выходящими в сад, откуда доносилось просто сногсшибательное благоухание роз и я, обнаженная, сидящая спиной к себе настоящей на широкой кровати, застеленной гладкими шелковыми простынями жемчужного цвета. Ни черта не понимаю, что за фантазии, и кому они принадлежат? Бросила взгляд на круглый маленький стол, около которого стояла, там находилась записка, прикрепленная к крышке, прикрывающей поднос. Поскольку вторая «я» не шевелилась, мне захотелось сделать хоть что-то. Осторожно дотронулась до гладкой глянцевой бумаги, словно это была кнопка от ядерной бомбы – чуть надави и все разлетится на атомы – надпись, напечатанная красивым, витиеватым шрифтом, гласила: «Съешь меня». У меня возникло желание истерично захохотать – я вообще в последнее время, как гребаная Алиса в безумной Стране Чудес – то надо выпить какую-то дрянь, то что-то облизать, а вокруг сплошные «полоумные шляпники», ну и, следуя классике жанра, меня решили покормить. Надеюсь, что это не какая-нибудь пакость. «Какие ж вы все уроды…» - сплюнула я, конкретно ни к кому не обращаясь, и подняла крышку.
На серебристом подносе лежала вполне безобидная половинка какого-то фрукта – я видела подобный на картинке в интернете, где была статья о самых необычных и вкусных тропических плодах. Белая мякоть с черными точками-семечками распространяла весьма притягательный аромат – была не была! Как говорится: «Семи смертям не бывать, а одной не миновать!» Я зачем-то зажмурилась и откусила кусочек, почти не жуя, проглотила и доела остальное. Постепенно все вокруг меня как будто оживало: если до этого я просто стояла, как внутри картины, то теперь слышала шелест листвы, пение птиц и тихий гул голосов, доносящихся откуда-то снизу. Затем меня точно притянули на невидимом аркане к моей копии, а дальше… дальше уже я сижу на ее месте. Какое-то время не могу пошевелиться и застывшей статуэткой нахожусь на кровати. Чувствую движение за собой, затем кто-то рисует пальцем невидимый узор на моей спине. Хочется развернуться и врезать, да хотя бы и тем блюдом, на котором лежал непонятный продукт питания.
Касания вызывали приятную дрожь во всем теле, и это еще больше бесило. Не сдержала короткого стона, когда к спине приложили нечто обжигающе-ледяное, напоминающее кубик льда. Но незнакомец не спеша выводил завитушки на моей коже. Ощутила горячий поцелуй в шею, в то время, как его рука увела лед к ставшим чувствительным соску. Невольно выгнулась, но тело не принадлежало мне, только мысли водили нестройный хоровод вокруг отключившегося мозга... Языком незнакомец слизывал капли с моей спины, я ждала, когда смогу увидеть лицо этого нежданного любовника... Чтобы потом все-таки врезать по нему подносом. Я бы не отказалась от такой игры, но только с одним мужчиной. Где ж ты ходишь, Снежин?..
- Ты такая сладкая, - промурчали мне прямо в ухо.
Мне уже не надо поворачиваться, чтобы видеть лицо незнакомца. Он очень даже знаком мне, Дар, этот шелудивый пес! Я отмираю, вновь обретая способность управлять собой. Заношу руку для удара, но он перехватывает ее и, приблизив свое лицо к моему, произносит:
- А я мог осуществить все свои мечты, хотя бы и здесь!
- Слушай, - я натягиваю простынь одной рукой повыше, - ты никак не уймешься потому, что я принадлежу твоему брату или тебя заводит то, что он отказывается делиться? Во мне нет ничего необычного, найди похожую, в конце концов!
Дар отступает, но я вижу, что это ненадолго, он еще намерен отыграться.
- Хочу предложить сделку.
Он похож на дьявола: обольстительная улыбка, манящий и обещающий небывалое блеск в глазах. Угу, сейчас еще душу предложит заложить, которая, на минуточку, мне и не принадлежит вовсе. Ехидно бросаю ему:
- А кровью где расписаться? Или сейчас условия поменялись?..
Мне не по себе, но я стараюсь этого не показывать – слишком хорошо помню сцену в заброшенной деревне и его охоту. Он чересчур непредсказуемый дикий зверь. И он опять очень близко от меня.
- Я подарю тебе право на услугу, любое твое желание. Поверь, это может очень пригодиться в будущем.
Скрестив руки на груди, я смотрю на него в упор, но молчу.
- От тебя требуется лишь одно – позволить трахнуть себя в этой реальности. Твоя настоящая шкурка не пострадает, а данный факт мы скроем от моего братца.
Я ответила совсем не то, что он ожидал:
- Что с Леной?
Мужчина повернулся к окну, повел шеей, словно разминая затекшие мышцы. Хорош, нечего сказать – без рубашки, в темных джинсах, поджарый и с хорошо развитой мускулатурой. Правда в качестве бонуса к этому великолепию, прилагается совсем не легкий налет безумия и безбашенности.
- Я бы мог сказать, что если согласишься на мое предложение, вытащу и эту послушную овцу. Но я так не сделаю. Знаешь почему?
Полуобернулся, а я покачала головой.
- Уверен, что ты сразу откажешься. Ты похожа на меня: я видел, как ты смотрела на те куски мяса, там, под мостом… Умница, начинаешь понимать, что всех не спасти. Главное – спасти себя.
Возможно, в его словах была капля правды. Ловец продолжал:
- Я слишком долго живу на этой планете и читаю людей, как раскрытые книги: большинство похожи на бульварную газетенку, пролистай один раз и избавься без сожаления; кто-то напоминает учебник, заумный талмуд, содержание которого через десятилетие признают ошибочным, ты знаешь это и тебе просто смешно; но кто-то, это книга, страницы которой заполняются каждый день новым, захватывающим продолжением, которую читаешь, не отрываясь…