Страница 4 из 42
Лес. Высокие деревья, своими массивными кронами скрывающие половину неба, трава, ещё не до конца обсохшая от утренней росы, солнце, едва просачивающееся сквозь листву, и она. Чёрные, как смоль, волосы, стройное тело, аккуратные оголённые плечи. Почему же не видно лица? Оно затянуто тёмной пеленой, похожей на туман. Тепло. Нет, жар. Огонь. Она — огонь. Так кто же она, эта безликая девушка?
***
Изабель проснулась в холодном поту. Предсказания всегда давались ей с большим трудом, отнимали слишком много сил, а сейчас, когда она и без того была морально измотана, энергии было ещё меньше. Но ей так хотелось узнать кто эта женщина. Однако видение мало что прояснило.
За окном шёл дождь. Жаль. Теперь весь день придется провести в замке. И чем она могла заниматься тут в детстве? Слуги не спешили будить свою хозяйку. Бель встала с постели и прямо так, как была, в ночной сорочке из легкой белой ткани, доходящей почти до пят девушки, босиком, вышла в коридор. Каменный пол был очень холодным. Ковры лежали лишь в спальнях и залах. Но почему-то сейчас это волновало Изабель меньше всего. Она шла, сама не зная, куда и зачем. Казалось, она не до конца осознавала, где находится. Бель вообще сомневалась, что не спит сейчас. Слишком туманным было сознание.
Так, проходя мимо одной из комнат, девушка услышала за дверью голоса. Говорили двое: её тётя и кто-то ещё. Кто-то незнакомый. Подойдя чуть ближе, Бель прислушалась.
– Мы же, кажется, договорились. Что за фокусы? — по голосу явно тётя. Очень раздражена, злится. Должно быть, опять отчитывает служанку.
– Перестань, старушка Эмма. Ты прекрасно знаешь, что долго прятать её не получится. Да и зачем? Я же не кусаюсь, — второй голос был слегка надменным, с явной издёвкой. Девушка. И она совсем не боялась тётушку.
– Перестань меня так называть! — Эмма еле сдерживала себя, стараясь сохранить спокойный и ровный тон, не переходя на крик.
– Да брось, Эмма. Мы обе прекрасно знаем, сколько тебе на самом деле лет. Можешь обманывать их, но не меня. И да. Рано или поздно у твоей маленькой девочки возникнут вопросы. Ведь прошли годы, а ты не постарела ни на день, — и снова эта издёвка в голосе. Что тут происходит?
– Говорю тебе последний раз — не смей приближаться к моей племяннице, иначе я… — женщина резко замолчала.
– Иначе ты что? Не забывай, с чьей помощью ты вышла замуж и остаёшься такой же молодой, как и в день вашей встречи. Я знаю и том, что ты беременна, Эмма. Я дала тебе всё это, но я ведь могу и забрать. Ты прекрасно знаешь, на что я способна. Так что не советую переходить мне дорогу. А по поводу своей горячо любимой племянницы не волнуйся. Я ничего с ней не сделаю. Подумай о том, что я тебе сказала, Эмма. Подумай и не делай глупостей.
Послышались быстрые шаги. Кто-то направлялся к двери. Опомнившись, Изабель забежала в первую же комнату, что была к ней ближе всего. Из соседней спальни вышла тётя. Девушка была уверена в этом на сто процентов. Еще в детстве она научилась определять по стуку обуви, кто находится в коридоре. Когда топот смолк, Бель вышла из укрытия. Чуть не попалась. Сейчас ей было до смерти любопытно заглянуть в те покои. Вдруг это и есть та самая девушка, которую она видела тогда на балконе? Но в таком случае выходит, что тётя лгала. Какой в этом смысл? Кто эта незнакомка? Простояв так с минуту, может, больше, Изабель всё-таки решила вернуться в свою комнату. Рано или поздно она встретит эту безликую девушку. Если она, конечно, не очередной плод её воображения.
Дождь всё так же бил по стёклам, нагоняя тоску. Иногда Бель казалось, что там, за пределами двора, кипит настоящая жизнь. Может, не такая богатая и шикарная, но куда интереснее, чем в стенах этой красивой клетки.
– Леди, Изабель, Вы уже проснулись? — в комнату вошла Матильда.
– Да, Матильда, как видишь, — произнесла девушка, уныло глядя в окно. В какой-то момент она заметила тётю. Укрываясь от непогоды под зонтиком, дама пересекла двор и, что-то сказав стражникам, вышла за ворота поместья. — Ты не знаешь, куда это в такую погоду направилась моя тётушка?
Служанка пожала плечами.
– Прогуляться, наверное. С утра она странно себя вела, была такой сердитой, раздражённой, нервной. Постоянно смотрелась в зеркало, спрашивая, не постарела ли она. Про Вас что-то говорила.
– Про меня? Вот как? — Изабель отвлеклась от созерцания пейзажа и повернулась лицом к Матильде. — И что же она сказала?
–Я не поняла. Она была будто в бреду, — девушка замолчала. — Извините, я слишком много говорю, — произнесла она после небольшой паузы. — С Вашего позволения я принесу Вам завтрак, а потом помогу одеться. Ваш дядя хотел видеть Вас.
– Хорошо, — кивнула Бель, вновь отвернувшись к окну.
Холодно. И внутри, и снаружи — холод. Осмыслить услышанное не представлялось возможным. Всё казалось сущим бредом. Побродив по комнате, девушка остановилась перед зеркалом. Столько воспоминаний связано с этим, на первый взгляд, незначительным предметом декора. Разглядывая своё отражение, Изабель вспоминала, как мама заплетала ей прекрасные косы, глядя в это самое зеркало. Вспоминала, как втайне от матери надевала её корсеты, изображая принцессу. Всего лишь зеркало, а столько боли.
– Я принесла Вам завтрак, — на пороге спальни показалась Матильда с большим деревянным подносом в руках. Поставив кушанья на небольшой столик, служанка замерла, очевидно, в ожидании распоряжений.
– Ты можешь идти, — вздохнула Изабель.
– Я зайду снова и помогу Вам одеться, — Матильда поклонилась и оставила девушку в одиночестве.
Одиночество. Оно стало для Бель частью её существования. Печальной, но неотъемлемой. Есть совершенно не хотелось, но пришлось, чтобы не оправдываться потом перед тётей и не обижать поваров, которые так старались. Вскоре после завтрака вновь пришла Матильда. И всё как всегда: стянутые корсетом рёбра до такой степени, что невозможно дышать, извинения неопытной служанки за случайно прищемлённую застёжками кожу на спине и молчание.
– Зачем дядя хочет меня видеть?
– Не знаю, Ваша милость. Меня не посвятили в детали.
Как обычно. Вновь воцарилась тишина.
– Всё готово, — произнесла наконец Матильда, завязав последний бант на юбке хозяйки. — Ваш дядя ждёт в своих покоях. Мне проводить Вас, леди Изабель?
– Да, пожалуй, — кивнула Бель.
Они шли молча. Изабель думала о чём-то своем. Что скрывает её любимая тётушка? Да и был ли вообще тот разговор? Вдруг это всё, как и девушка с балкона — просто видения, сны, слишком похожие на реальность.
Как только была преодолена последняя лестничная ступенька, Матильда остановилась, повернувшись лицом к Бель.
– Спальня Вашего дяди прямо по коридору, — произнесла она привычно-тихим голосом, не поднимая глаз.
– Спасибо, — кивнула девушка, зашагав в указанном направлении.
Дверь в комнату этого мужчины была несколько крупнее, чем в покоях Изабель. Тихонько постучав и услышав одобрительное «входи», Бель приоткрыла дверь, проходя в спальню. Внутри было просторно и светло. Большие окна, светильники чуть ли ни на каждом дюйме стен. Зеркал не было. Мебели как таковой тоже. Только огромная кровать, да комод, стоящий подле неё. На полах также ковры. У одного из окон стоял темноволосый мужчина, увлечённо рассматривавший унылые дворовые пейзажи.
– Вы звали меня?
– Да, Изабель, звал, — голос мужчины приобрел серьёзный оттенок.
– Вы чем-то обеспокоены? Что-то случилось?
– Сегодня вечером у нас будет приём. Соберутся довольно важные и знатные люди со всей страны. Среди них будет почтенный граф Мейси. Ему принадлежит множество земель на юге Англии, с которыми я давно пытаюсь наладить торговлю.
Изабель удивленно смотрела на мужчину.
– Я всё ещё не до конца понимаю, при чём тут я.
– Я рассказал ему о своей прекрасной незамужней племяннице. Представил тебя в лучшем свете, об этом не волнуйся. Тебе нужно будет просто улыбаться, быть милой и ласковой.
Девушка была в шоке и ужасе от того, что предлагал ей дядя. В голову лезли самые отвратительные и грязные мысли. Ей тут же захотелось сбежать подальше.
– Извините, Вы предлагаете мне роль куртизанки? — зачем спрашивать, когда ответ и так очевиден.
– Ну что ты, милая. Зачем так грубо? Я предлагаю тебе провести вечер с состоятельным, интересным мужчиной. Ты же ведь не подведешь своего дядю? — за всё это время собеседник ни разу не взглянул на Изабель. Просто стоял, как статуя, и смотрел в окно.
– Нет, я не согласна, — покачала головой девушка. — Найдите на эту роль кого-нибудь другого.
– Боюсь, Изабель, ты меня не поняла. Это была не просьба, а приказ. Ты сделаешь так, как я сказал, — мужчина впервые повернулся к племяннице лицом. В его глазах не было ничего. Ничего, кроме пустоты и холода.
Не сказав ни слова, Бель покинула комнату и вернулась к себе. Как только её лицо коснулось мягкой белой подушки, нервы сдали окончательно. Девушка плакала, проклиная этот замок и его обитателей. Она была готова поспорить на что угодно — тётя обо всём знает и полностью поддерживает своего мужа. Она могла бы сбежать, но куда? Она одна во всём мире, одна против всех. Слёзы текли по щекам русоволосой красавицы, оставляя на наволочке мокрые следы.
– Боже мой, леди Изабель, что произошло? — всплеснула руками зашедшая в комнату служанка.
– Почему я здесь, Матильда? За что? За какие грехи? — шептала Бель, прикрыв глаза, в попытке сбежать от ужасной реальности.
– Что с Вами? Вас кто-то обидел? Что я могу для Вас сделать? — юная девушка в панике бегала вокруг кровати, что-то бессвязно бормоча. Изабель даже не пыталась понять тот набор слов, что произносила служанка. Леди просто плакала. Плакала, лежа на шикарных мягких подушках, облачённая в прекрасное парчовое платье. Такая красивая, но такая несчастная.