Агент-призрак

Он схватил меня за плечо. Крепкая, сильная лапа… Жалко было такую ломать. Поэтому я просто швырнул Борова через бедро. Быть может, такая демонстрация силы — непозволительная роскошь, но меня достал этот самоуверенный болван.

— Тебе ведь не о чем просить у Молчаливых! — чуть не плача забубнил тот. — Ты даже не говоришь ничего…

Сухарь легко раскрошился. Я рассыпал крошки вокруг углубления в жертвенном камне. В углублении вскипела черная масса.

Действующий технологический узел Сверчков!

До этого момента я видел нечто подобное только в Лаборатории Джантации, ведь Навигационная Карта — единственный артефакт цивилизации Сверчков на Земле. Правда, Карта — нечто иное... Призраки и Карта — одно целое. Можно сказать, что мы и есть Навигационная Карта, мы ее живые эффекторы. Когда Тень погиб, пиктограмма, обозначающая его, исчезла с Карты, будто кто-то щелкнул тумблером...

Черная масса — это наниты. Крошечные механизмы, слой которых скрывается под почвой Дождя. Только в речных обрывах они были давно дохлые, а здесь — активные.

Накинулись на крошки, точно оголодали…

Боров поднялся. Прихрамывая, отступил к арке, из-за которой выглядывала Мира. 

Наниты струились по жертвенному камню, образуя то спирали, то кольца. Потом гадание на кофейной гуще закончилось, наниты собрались в десяток тонких, полупрозрачных башенок. Послышался шепот, и я невольно завертел головой: казалось, что это говорят идолы. Молчаливые, но не молчащие...

Естественно, слов было не разобрать. И этот язык не слышал никто из землян, за исключением, наверное, Дэна Крогиуса.

Потом шепот стих. Наниты снова растеклись по камню, еще секунда-другая — и они исчезли в углублении.

Я повернулся к Борову.

— Я не проклят. Вы сами прогневили духов, встав у меня на пути. Благодарите Молчаливых за то, что они сегодня снисходительны к вам!

Бор и Мира смотрели на меня, выпучив глаза.

Прекрасно, немного чудес не помешает. «Странный заговорил! Он — избранник Молчаливых!» И тому подобная ерунда.