Страница 64 из 84
-...Так, а теперь чётко и ясно! И желательно в мельчайших деталях! Что за нах у вас тут происходит или... произошло? Элл, ты меня извини, но бросаться по телефону подобными тизерами просто бесчестно! Мне пришлось по дороге заезжать в аптеку за успокоительным, так меня трясло... Ну, что случилось? Выглядишь, честно говоря, отвратно. Не хватает только синяков под глазами и кровавых стигматов по телу.
Сэм не нужны разрешения на войти или спецпропуска для особых гостей, она просто заходит и прямым курсом идёт на диван мимо Робби (не замечая Поланик в упор), сосредоточив пристальное внимание на том, кто сидел сейчас в телесной оболочке её лучшей подруги и ждал, когда же начнётся тот самый Апокалипсис – вторжения чёрного легиона бесов. Снимает на ходу длинное демисезонное (обязательно тёмно-зелёное) пальто, не глядя скидывает его вместе с сумочкой на другой конец дивана и уже меньше чем через три секунды пытается приобнять меня за плечи и стащить с моей головы вцепившиеся в волосы скрюченные пальцы.
Надо же! Какие мы сегодня серьёзные и деловые. Включила режим заботливой мамочки, да, Сэмми? А знаешь, он тоже сегодня игрался во внимательного папочку. И я, бл**ь, не знаю, что хуже – смотреть в его глаза, когда он чётко вычитывает тебе весь список своих угроз или когда раздевает и укладывает в постельку, как маленькую девочку. У меня мозги пухнут, когда я пытаюсь сопоставить обе эти картинки с одним и тем же человеком!
- И давно она такая?
- Всего несколько минут, после того, как вернулись из номера Дэвида Фроста.
- То есть, до этого она могла и ходить, и говорить и всё остальное?
- Даже более чем! Она и сейчас говорит, просто... её как замыкает. Может вызвать скорую? А то она не пить ничего не хочет, ни уж тем более есть...
- Ну... это дело поправимое. Сбегаешь в бар или в ближайший минимаркет за бутылочкой виски? А я попробую за это время привести нашу красавицу в чувства.
- Ей бы как-то успокоиться, но она не хочет ничего принимать.
- Сейчас всё исправим, не переживай! И не из таких депрессий вытягивали, поверь на слово, как главному эксперту, в чью жилетку Эллис Льюис выплакала куда больше слёз, чем в чью-либо другую. Ну, давай, зая, не создавай пробок во времени. Нам требуется самое надёжное и проверенное лекарство всех времён и народов и желательно сейчас же!
Мне и в самом деле кажется, что я не могу или просто не в состоянии говорить. Какой в этом смысл, если никто не слушает или не слышит о чём я вообще говорю ... Все только и делают, что дрючат мне мозг и стараются вдолбить в него то, что запросто меня может прикончить, если я не стану этому сопротивляться и приму, как должное...
Господи, неужели вы не понимаете?! Это же всё! Предел! Вышка! Дальше уже ничего нет! НИЧЕГО!!!
- Элл, посмотри на меня! Ну же, девочка моя, скажи, что случилось? Это опять из-за него, да? Он что-то тебе сделал? Ты же сама не успела натворить никаких глупостей? Не звонила его секретарше, не выбивала для себя встреч?.. Скажи, бога ради, вы же ещё не встречались?
- А почему ты сама так этого боишься?
Странное ощущение. Будто находишься на некой особой надэмоциональной волне, одновременно ощущая-прикасаясь ко всем своим оголённым чувствам, воспоминаниям, пропуская через нервы их выжигающий ток, но ничего при этом не испытывая... Пока ничего. Словно ещё способен это контролировать, на уровне игры, как переборами клавиш-струн собственного сознания, переключаясь с одной частоты на другую.
Поднимаю почти спокойный взгляд к лицу Саманты Грин и задаю один из самых тяжёлых для меня вопросов почти ровным голосом.
- А почему ТЫ так боишься моей встречи с Дэниэлом? Тебе то что до этого?
Восхитительно! Смотрит в упор, глаза в глаза и хоть какая-нибудь крошечная, едва заметная искорка паники или наигранного изумления. Она ДАЖЕ не удивляется! Лишь слега хмурит брови, словно пытается вникнуть в смысл сказанных мною слов, ещё и плечами пожимает.
- Элл, мне ОТ ЭТОГО важна только твоя дальнейшая судьба, твоё состояние, и как ты сама всё это переживёшь. И мне не нравится, что ты называешь его Дэниэлом.
Сухой смешок вырывается из сдавленного горла, больше напоминая конвульсивную икоту. С подчёркнутым восхищением разглядываю безупречное личико лучшей подруги, пытаясь изнутри вовремя переключиться на волну следующей безопасной частоты, пока предыдущая не успела достичь своей максимальной амплитуды. Да! Только так! Только так я ещё могу это контролировать!
- Сэмми, а как мне его ещё называть? Это же его собственное имя. Кстати... он ведь говорил тебе, что влюбился в меня там, в Эшвилле, когда, как ты рассказывала, он тебя преследовал по пятам денно и нощно?
Умница, Сэмми! Не прошло и часа. Поняла, мгновенно, словила на лету, разве что идеальные бровки чуть напряжённей сдвинулись к переносице.
- Так ты с ним всё-таки встретилась?
- Не важно, встретились или просто поболтали по телефону. Куда важней замучивший меня за последний час один из самых убойных и необъяснимых вопросов. Как ты могла от меня скрыть такое? Не сказать о том, что Дэниэл Мэндэлл-младший признавался в своей любви ко мне ТЕБЕ! ЧТО ОН ЛЮБИЛ МЕНЯ, твою мать! – громкость голоса повышается с каждым произнесённым словом всё чётче и размеренней, разбивая и подпитывая эмоциональным напряжением каждый слог подобно выверенным ударам молотка по гробовой доске... заколачивая каждую фразу ощутимой физической волной.
- Так ты этого боялась, да?! Что он мне об этом однажды расскажет и узнает о том, чего ты мне не договорила! А ведь правда, почему же ты мне так об этом и не сказала?
- Элл, а ты уверена, что ты сейчас в подходящем для подобных обсуждений состоянии?
- Да, чёрт тебя дери! – нет, я срываюсь не просто в крик, для истеричного визга он слишком безупречен и отлажен. – В самом, что ни на есть, подходящем! Извини, но ждать ещё десять лет до подобной возможности у меня совершенно нет никаких желаний.
- И что? Разве это что-то изменило бы? Или ещё того хуже, заставило тебя всё бросить и вернуться обратно. Ты бы вернулась?
Невероятно! И почему я не удивляюсь?
Ни чувства вины, ни попыток отвести взгляд в сторону. Она даже не оправдывается! Констатирует, как банальную общепризнанную аксиому!
- А если бы и вернулась? Тебе ли не знать в каком аду я жила следующие два года, сколько раз порывалась сделать это сама! Это же ты меня уговаривала по телефону, ты расписывала какой он негодяй, сволочь и насильник. Что я буду разпоследней дурой, если надумаю к нему побежать. Что он якобы и забыть меня давно забыл и разве его женитьба на Реджине Спаркс не яркое тому подтверждение...
- Так ты считаешь, что если бы я тебе сказала, и ты бы рванула к нему обратно через весь континент, то всё сразу бы закончилось, как в «Кейт и Лео» - они жили долго и счастливо в пространственно-временном континууме? И он бы держал себя в руках и по сей день? Не сорвался бы, как тогда буквально через неделю и никогда бы не стал использовать тебя в качестве удобной и такой податливой макивары? Бл**ь, Эллис!.. Ты вообще можешь себе вообразить, что такое влюблённый пьяный мужик, подобный твоему Мэндэллу? Да он не то что бы к Митчеллам, к твоим тапочкам ревновал бы и выискивал любой, самый незначительный повод, чтобы припомнить тебе каждого с кем ты встречалась, на кого не тем взглядом посмотрела или с кем, не дай бог, рискнула заговорить. А дети? Нет, ты мне сейчас скажи честно! Ты что, хотела бы родить от него дауна или в лучшем случае ребёнка с большим букетом неизлечимых болячек, которыми только и может наградить своё потомство спившийся папочка? Ты действительно думаешь, что у вас было бы какое-то сверх особое и исключительное гипотетическое будущее без всех этих заморочек, жёстких реалий и прочих ударов под дых от нашей столь непредсказуемой обыденной жизни? И сейчас ты пытаешься меня обвинить в том, что я тебя лишила этой радужной иллюзии?
Господи! Кто-нибудь из вас когда-нибудь додумается вовремя остановиться? Неужели вы не видите, что делаете со мной? Неужели не понимаете столь очевидных вещей? Если ломать во мне кости одну за одной на протяжении всего этого дня, они же не срастутся во мне обратно! Я не вампир и не сверхъестественное существо, я не регенерирую за считанные секунды!
- Ты и вправду считаешь, что я так поступила из-за каких-то особых эгоистичных побуждений, а не потому, что хотела тебя уберечь от твоих же возможных последующих глупостей?
- Я не знаю!.. Может быть... Возможно ты права... Но о таких вещах нельзя узнавать десять лет спустя из уст человека, который никогда об этом не забывал, да ещё и в подобной подаче! Так, по крайней мере, я точно бы знала в чём меня обвиняют и в чём я действительно виновата!.. Вот только, боюсь, это уже не имеет никакого значения... абсолютно никакого грёбаного значения!
Я не смогла! Не удержала... не успела вовремя переключиться. Она всё-таки закоротила, замкнулась циклической шоковой дугой в моём теле. Всего несколько секунд – много и не надо, чтобы расшириться и рвануть, накрыть, выбить, ослепить изнутри... затопить с головой, со всем, что ещё так панически цеплялось и удерживалось за острые края её поверхности. Она же сама меня и топит... моя собственная боль!.. Моя самая кошмарная, самая первая и почти желанная боль с твоими глазами, теплом твоего голоса, бархатом твоих ласковых рук. Медленно, быстро, резко замирая, снова ускоряя темп... останавливаясь и опять, начиная с прерванной точки своё головокружительное погружение... в меня... во все раскрывшиеся раны... в бьющийся предсмертными конвульсиями шокированный разум, в разрывающиеся на острые осколки-кристаллы оголённые чувства...
Боже! Пожалуйста!.. Это же всё неправда!.. Оно не может быть правдой! Это не можешь быть ты! Это не ты! Кто угодно, ЧТО угодно, только не ты!
Я же пришла к тебе! САМА! Добровольно!.. Я хотела этого! Я хотела ТЕБЯ!.. И возможно... всё ещё хочу!