Третья стадия

"Мы не хотели себе такой свободы. Мы бы лучше остались под землей, где свет лился только из алых энергосберегающих ламп, а неоновые плафоны изредка мигали в полутемных туннелях в такт грохочущим раскатам механизмов. Мы бы остались в лабораториях и законсервированных бункерах, забыв о том, что такое океаны, солнечный свет и свежий воздух после грозы. Но нам нужно было выйти. Человечество должно было вступить в третью стадию и выйти на поверхность, где под огненным ветром города превращались в прах, где под знойным серым небом растапливалось стекло, затягивая пустыри серебряной пленкой, а, казалось бы, вечные океаны слились с небом непроглядными, черными от копоти тучами. Людям нужно было выйти в этот ад и тогда... они создали нас. Нечто большее, чем просто пилоты в экзоскелетах, совершенней, чем те вояки с протезами, пропитанные антирадом от многочисленных лечений. Мы стали новой программой. "Вторым поколением", как окрестили нас научники. Если бы мы знали, что нам за это грозит. Если бы ученые провели немного больше опытов... Согласились бы мы, добровольцы, на такой риск? Ха.. О чем речь, конечно же, да. Зная цену, мы все равно бы отдали жизни ради "обновления", предвкушая каково это - ощущать себя единым целым с машиной. Когда ты чувствуешь своим телом каждый датчик и сенсор, когда считываешь показания всех фотоэлементов раньше, чем они бы успевали обрабатываться обычным искусственным интеллектом. Да, такими мы были, "Вторые". Единственные, кто выходил на поверхность, пускай даже и не своим телом, а машиной. Мы были надеждой человечества и его верой в новое будущее. С нами мир вступил в Третью стадию..."

 

Файл_03.

   2065 год (40 лет назад)

   Из воспоминаний.

   Массивные створки с натужным грохотом расползлись в стороны, впуская в шлюзовой отсек раскаленный воздух. Блестящий кристаллизованный песок шелестел по стенам и царапал обшивку. Дикий вой ветра доносился до экипажа мелкой вибрацией по всему самолету. Ему вторил нарастающий гул в хвостовом отсеке.

   - Экипаж "Альфа", взлет разрешаю. Коридор чист. Температура за бортом - двести пятьдесят три градуса по Цельсию, - диспетчер помолчал и добавил уже более фривольно. - Да сегодня, ребят, у нас прямо заморозки, - в его словах отчетливо послышалась ухмылка.

   - Команду на взлет принял. Выходим на стартовый заряд.  - ответил командир корабля, сидящий в центральном кресле на мостике. - Крос, Джой, как у вас?

   - Достижение стартового заряда через пятнадцать секунд, - не отрываясь от мигающих приборных панелей, доложил младший пилот.

   - Состояние обшивки стабильное, энергощит в норме, - в свою очередь отчитался бортинженер.

   - Джейси? "Они" на подходе? - голос командира экипажа прозвучал сухо, а взгляд стал стеклянным и холодным.

   - ...Десять секунд, - продолжал отсчитывать время младший пилот.

   - Да, Спирит, - доложил диспетчер искаженным от помех голосом. - "Их" корабль уже вошел в атмосферу.

   Командир тяжело вздохнул, и ладони сами собой крепче сжали подлокотники.

   - ...Пять секунд.

   - Да пребудут с нами Высшие..

   Двигатели под бортом оглушительно загудели, накапливая заряд для взлета. Весь корабль задрожал еще сильнее, так, что у экипажа застучали зубы - в узком шлюзовом отсеке было тяжело удерживать стабильное положение.

   - Командир! Мы готовы!

   - Взлетаем!

   Последовал сильный рывок, и машина тяжело, с неохотой, двинулась вперед. С каждой секундой скорость нарастала, и перегрузки вдавливали экипаж в кресла. Двигатели с силой проталкивали самолет по узкому длинному туннелю на поверхность. С бешеной скоростью мелькали в лобовом стекле защитные панели шлюзового отсека, сливаясь в равномерно-матовую серь. И только вверху и впереди темно-алая точка неспешно увеличивалась, превращаясь в выход из туннеля, смотрящий в бордовое небо.

   Последний рывок, машину повело в сторону, но младший пилот резким движением штурвала выровнял ее. Оглушительный гул резко стих, как будто его просто выключили, когда корабль покинул туннель. Прекратилась и бешеная тряска. На долю секунды самолет завис в воздухе, немного провалился, клюнул носом, но пилот включил дополнительные двигатели, перераспределив заряд. Огромный корабль, укрепленный лучшей на тот момент обшивкой и оснащенный новейшей аппаратурой связи, завис на месте, лениво покачиваясь, как на волнах. А члены экипажа, все до единого, широко раскрыв глаза, впились взглядами в окружающий пейзаж.

   Низкие алые тучи мерно проплывали по грязному серому небу. Ветер, смешанный с песком и мелким бетонным крошевом, яростно хлестал по обшивке. Даже сквозь толстое стекло и броню чувствовался непереносимый Жар. И только там внизу, где чернела поверхность земли, расстилалось вымершее царство железобетонных скелетов крупнейшего города одной из стран планеты Как обожженные колья возвышались небоскребы, блестели потекшим стеклом уже давно остывшие улицы. А обрушившиеся крыши чернели, как распахнутые пасти превратившихся в камень страдальцев.

   Впервые за долгие десятилетия люди увидели это своими глазами, а не на картинке, переданной роботами и беспилотниками...

   Но вот в нескольких километрах от города начал образовываться смерч. Тяжелые тучи просели, закрутились в воронку, сквозь просвет мелькнул первый лучик губительного солнца. А затем, вопреки всем ожиданиям и опасениям экипажа, из просвета опустились черные плети. Они извивались как живые, медленно сворачивались в кольца и распрямлялись, шаря под собой в поисках опоры. Ветер вокруг них продолжал скручиваться в воронку, будто был намерен запутать гигантские щупальца, но те продолжали опускаться, и за ними лезли все новые. Дикая для человеческого глаза картина длилась до тех пор, пока не показалась иссиня-черная туша громадного существа, больше похожего на помесь необъятного мохнатого таракана с кальмаром.