Страница 43 из 94
Два с половиной часа пролетели как один. Я даже нормально переодеться не успела, как в мою дверь начала долбиться Алина. Долбилась она упорно, никак не реагируя на мое недовольное шипение. Джинсы приятно обтянули ноги. Я уже устала ходить в этом платье и всячески контролировать свою юбку. Это утомляло. Но выйдя из комнаты, я обнаружила всю нашу гоп компанию. Владимир недовольно на меня покосился, разглядывая тоненькую кофту, пока я пыталась натянуть на себя пуховик.
- Замерзнешь ведь, — я упрямо мотнула головой, завязывая волосы в хвост. Прыгать и бегать в пуховике я не собиралась. Ясное дело, его придется снимать. Но и утепленная кофта тоже не вариант.
- Да нормально все, пошли, — до стадиона мы дошли в полном молчании. Я просто была поглощена темными думами о том, что наверняка заболею и слягу на неделю. О чем думали остальные — не известно. Алина в черных тренировочных штанах гордо вышагивала рядом со мной, высоко подняв голову и вперив уверенный взгляд в деревья, которые окружали трибуны. На трибунах, кстати, было на удивлении много человек. Толпа действительно любит хлеб и зрелища. А тут такой аттракцион — продолжение многонедельного скандала. Превосходно и весьма увлекательно, ведь так?
Остановившись около нижних скамеек, мы группой замерли. Блэра так и не было видно. Я достала палочку из чехла, расстегнула пуховик. Прошло минут десять, я уже успела немного окоченеть, как его высочество ученик по обмену из В.А.Д.И. прилетел на своей метле. Вместе с Фомягиной, которая крепко в него вцепилась. Я проводила их парочку презрительным взглядом, а позже и вообще отвернулась, делая вид, что готовлюсь к дуэли. Пальцы окоченели, но я явно собиралась кое-кому надрать задницу. Мне был приятен тот факт, что он будет страдать. Возможно, что даже так же, как и я, видя эти их «милости-пряности» с Фомягиной.
- Ты готова? — я снова вздрогнула от его голоса, но нашла в себе силы повернуться к своей главной проблеме этого года лицом.
- Естественно, — Алина тронула меня за плечо, но осталась стоять около трибун. Я же пошла за Блэром, всячески игнорируя окружающий мир вокруг. Фомягина осталась стоять там же, где они и приземлились, держа в руках пальто Блэра и его метлу. Мы вышли на центр стадиона, где был расчищен большой круг двадцать на двадцать метров. Я отошла в другую сторону этого своеобразного поля и приготовилась получать по морде.
- Правила самые простые. Человек, который первым выпустит палочку из рук, будет считаться побежденным. Можно использовать все заклинания, кроме трех запрещенных. Согласна? — Блэр расслабленно крутил свою палочку между пальцев.
- Согласна.
Бой начался неожиданно. Я еле увернулась от какой-то пакости, которая летела в меня быстрее, чем я даже просто успевала ее воспринимать. И правда. Он, может, и казался расслабленным, но таким не являлся.
- Вердимилиус! — я уклонилась от очередного заклинания и послала свое в ответ.
Голова начинала болеть. Медленно, словно нехотя, моя бедная голова становилась тяжелой. Хотелось лечь, просто ничего не делать. Неужели что-то да попало? Поток зеленых искр Адама так и не достиг. Заклинания летели как бешеные. Я не успевала их выкрикивать и одновременно от них уворачиваться.
- Эварте статум! — я даже сообразить не успела, что происходит, как меня отнесло в сугробы. Палочка, совершив пируэт, упала прямо перед Блэром. Об этом я узнала чуть позже, когда мне помогали вылезти из сугроба.
Но сейчас я лежала в ледяном плену, думая о том, какие все парни мудаки. Да, виновата я сама, но он вполне мог не назначать эту дуэль заново. Прекрасное голубое небо без единой тучки было прямо перед моими глазами. Возникало такое чувство, что я могу дотронуться до него рукой. Снег, соприкасаясь с моей разгоряченной шеей, таял, создавая определенный дискомфорт. Создалось такое ощущение, что когда Блэр победил меня, я обрела внутренний покой.
- Соловьева, ты жива? —, но я отмерла, и мне пришлось вставать.
- Лучше бы умерла, тогда бы тебя посадили.
Я поднялась из сугроба и увидела спешащего ко мне Владимира со своей курткой.
- Крам, там же моя лежит, разве нет? —, но Владимир мне не ответил, подхватив меня на руки и буквально вытаскивая из сугроба. Еще и в куртку свою завернул. Заметив скривившегося Блэра, я показала ему один весьма нелицеприятный жест и гордо удалилась с поля боя. Точнее меня на этих руках удалили. Ну все, моей репутации пришел полный пиздец. Ну, жизнь всего одна, так почему бы не провести ее так, как ты этого хочешь? Палочку мою забрал Власов.
- А где Алина? — я вопросительно приподняла бровь.
- Пошла за палочкой, которую она в комнате забыла. Даже странно, — я кивнула головой и села на очищенную от снега скамейку. На горизонте появился недовольный Адам.
- С тобой все в порядке? — я закатила глаза.
- Если ты все еще надеешься меня умертвить, то катись подальше, пожалуйста. Я жива, более менее здорова и хочу тебя убить. Так что проваливай, — судя по всему, ответ Блэру не понравился. Но он нахмурился и уже собирался уходить. Однако вместо этого он резко поднял меня за воротник кофты.
- Ты, Соловьева, не ценишь того, что тебе дано. Совершенно не заботишься о том, что чувствуют другие люди. Ты чертова эгоистка, которой плевать на всех, кроме себя. Ты даже нормально не можешь ответить на простой, понятный даже малолетнему ребенку вопрос. Нет, нам надо показать характер и свою «особенность»! — я подняла на него глаза и зажевала нижнюю губу.
- Катись к черту. Я не собираюсь с тобой нормально разговаривать, ясно? Ты для меня никто, — последнее предложение я сказала с такой интонацией, что Блэр растерянно уставился в мои «прекрасные» глаза. Я же извернулась и плюхнулась обратно на скамейку.
Меня все устраивало. Сближаться с ним? Это было актуальным предложением месяц назад. Сейчас же он — высокомерный, самодовольный, презрительный любитель раздавать людям советы, которые никому и никуда в принципе не уперлись. Сразу видно, что он привык ко вниманию других людей. Привык, что его слушают. Но я совершенно не собиралась этого делать. Переступить через себя, свои чувства — это подвиг. Подвиг, который мне необходимо совершить.