Страница 30 из 94
- Слушай, Августина, а почему на том месте не было руин? Я их не заметила, по крайней мере, — Августина третий час сидела над расшифровкой рецепта, поэтому я старалась отвлекать ее по минимуму.
- Черный Орден сравнял мой дом с землей. Я успела защитить лишь подвал, закрыв его пологом невидимости. Когда умирала, на это у меня ушли последние силы. Я не могла дать погибнуть такой коллекции редких книг, — я села на кровать, разглядывая ее прозрачную фигуру за столом.
Это было странно. Это было чертовски странно. Фактически, мне придется взглянуть в лицо смерти и плюнуть в него. Но вот в чем вопрос. Как на мне этот «плевок» отразится? И что будет, если Черный Орден все же раскроет мой спуск к Бездне? Меня действительно казнят? И как именно? Отберут магию или же мне наступит полный и бесповоротный конец?
Но на этот раз Августину я отвлекать не решилась такими глупыми вопросами. Взяв одну из трех книжек, я открыла ее на первой попавшейся странице и уставилась в строчки прямых, аккуратных закорючек. Все степенно, аккуратно. Сразу видно, что книги писали от руки и этот делали осторожно, словно боясь что-то сделать не так или же допустить ошибку. Спустя две страницы я добралась до первых картинок, которые меня забавляли больше самого текста. Обычная колба со странным зельем. Но рисунок был резким, отрывистым, в нем не было той степенности и размеренности, что была в самом тексте. Но почерк определенно был похожий. Видимо, переписчик все же не удержался от такого проявления «чувств» на идеальной бумаге. Закрыв книгу, я провела кончиками пальцев по гладкой, на первый взгляд, обложке. Твердая, но одновременно мягкая и слегка шершавая, она слово нагревалась при каждом прикосновении. Большие буквы на переплете все так же были написаны тем же языком, что и сама книга. Никаких подсказок о содержании самой книги не было.
***
Понедельник начался с того, что меня разбудила мама. Я еще даже глаза раскрыть не успела, как получила целый список наставлений и заданий. Начиная от «давай быстрее собирайся» и заканчивая «я тебя прошу, не лезь на рожон, игнорируй их». Я отодрала голову от подушки только к концу маминого монолога. Августина сидела в кресле напротив моей кровати и словно спала.
- И давай быстрее, я тебя умоляю! — мама прокричала эти слова уже в коридоре. Почему с утра у нее отвратительная привычка бегать и орать?
- Я сложила тебе сумку с вещами и учебниками. На всякий случай положила пару теплых носков, на улице немного похолодало, — я что-то вяло пробормотала на слова Августины, но меня этот поступок сильно удивил. Кто-то, кроме мамы, обо мне заботится? Приятно.
Утренние сборы прошли спешно и суматошно. Если неделю назад меня и волновала эта ситуация, то сейчас мне было откровенно насрать. Именно сейчас я права как никогда. Неплевать ли на тех, кто думает иначе?
Но при выезде из дома я все же включила телефон и интернет. В школе не произошло ничего за рамки выходящего. Вот один пост в группе школы меня все же привлек. Обсуждали именно мой случай. Было фото, видео. Что за поколение — как что не случится, так сразу надо все это фотографировать и снимать на видео?
Но и видео и фото мне понравились. Именно на этих материалах я выглядела до жути грозной и самоуверенной. Ну и немного зареванной. Прочитав обсуждение, я все же пришла к выводу, что большинство людей выступают за меня. Ла-адно, уже лучше. Но школа была ближе, чем я могла представить себе на первый взгляд. Не прошло и часа, как мы доехали до этого оплота знаний.
- Детка, помни, главное — они этого не стоят, — я неловко улыбнулась маме, поцеловала ее в щеку и вышла из машины.
- О, Таня? Проходи, — вахтерша около ворот отперла калитку, и я проскользнула во внутренний двор. Внутри меня всю трясло. Я чувствовала себя и виноватой и уверенной в своих силах одновременно. А еще я боялась реакции других людей, что раньше случалось со мной довольно-таки нечасто. Была не была.
Я полный неудачник, так как попала на перемену между вторым и третьим уроком. Сначала меня никто не заметил, но потом начали шептаться, оглядываться, что-то говорить. Не успела я вещи по полкам разложить, как меня вызвали к директору. Слухи распространяются настолько быстро? Но делать нечего. В кабинете все было точно так же, как раньше. Даже слой пыли.
- Здравствуй, Татьяна. Как ты? — я насторожилась.
- Здравствуйте, спасибо, все в порядке. По какому поводу меня вызвали? Все вопросы с возникшим инцидентом мы выяснили еще на прошлой неделе, верно? — директор сложил руки в замок на столешнице.
- Верно. Это касается твоего участия в Турнире Зельеваров, — я чуть не скривилась, но почуяла, что пахнет жаренным. — Ты дисквалифицирована.
В первые секунды мне показалось, что даже свет в комнате погас. Моя мечта. Они посмели ее разрушить?
- На каком основании и с какой стороны прошла дисквалификация? Неужели приемной комиссии не понравилось мое зелье, которое я отослала? — руки начали дрожать, вспотели. Но я собиралась узнать всю информацию. И звонить матери, если дисквалификация произошла со стороны школы.
- Дисквалификация произошла с нашей стороны. Мы не хотим отправлять тебя на международный конкурс в виду твоего отвратительного поведения в последнее время. Прости, но это так, — я встала с кресла, демонстративно достала телефон.
- Спасибо за информацию, я приму ее к сведению, — выйдя в коридор, я набрала маму.
- Мам? Привет, разворачивайся. Меня дисквалифицировали на Турнире Зельеваров.